Дама с собачкой

Дама с собачкой

Лора медленно шла вдоль аллеи вековых деревьев, тянувшейся у кладбищенской стены. Кнопка семенила рядом, то отставая, то забегая вперёд. Иногда она останавливалась и ждала, пока хозяйка не догонит. Собаке казалось, что нет такой силы, которая могла бы заставить Лору идти быстрее или медленнее.

Лора полюбила этот маршрут после смерти мужа. Он покоился в каких-то десяти шагах от стены, вдоль которой она теперь прогуливалась каждый вечер. Старое кладбище, где уже не хоронят. Но для него сделали исключение, подхоронили к родителям — получилось в два этажа. Лора решила, что это лучше, чем урна с прахом в стене нового кладбища. Теперь эти прогулки вдоль ограды она воспринимала как свидание с покойным, не задумываясь, зачем ей это нужно.

Аллея заканчивалась небольшой смотровой площадкой, похожей на старомодный балкон с массивными перилами. С неё открывался вид на нижний город и на вокзал, куда по земле, по воздуху или по морю приезжали люди и откуда они же уезжали. Казалось, вокзал жил независимой от города жизнью, наблюдая за расставаниями и встречами, слезами и смехом, суетой и неторопливостью.

Лора доходила до площадки, дожидалась, пока мелькнут огни какого-нибудь уплывающего или улетающего экспресса, и поворачивала домой. Кнопка усвоила это и торопилась вперёд, зная, что там её ждёт отдых.

На этот раз площадка оказалась занята. У парапета стоял приятный мужчина лет шестидесяти и любовался нижним городом так же, как привыкла это делать Лора. Глупая Кнопка подбежала и уселась у его ног. Мужчина взглянул на собаку, потом окинул взглядом аллею, разыскивая хозяйку. Увидев Лору, он приветливо кивнул.

— Можно погладить?

Кнопка — существо безобидное, и Лора не стала возражать. Не укусит.

Мужчина дважды погладил собаку и выпрямился. Его лицо показалось Лоре знакомым. Но откуда?

Её замешательство не осталось незамеченным.

— Я занял ваше место?

— Нет, что вы! Просто… Ваше лицо кажется мне знакомым. Не могу вспомнить, откуда.

— Ничего странного. Мы живём в одном городе, вполне могли встречаться.

И тут она вспомнила.

— Я видела вас утром, в кафе на улице Роз. Там, где большой торговый центр и три жилые башни.

Каждое утро по пути на работу Лора проходила мимо этого уютного кафе. Почти круглый год посетителей обслуживали не внутри, а на улице, где под пёстрым навесом стояли небольшие столики. Он как раз прощался со своими спутниками — людьми того же возраста. Похоже, в таких кафе собирались те, кто привык начинать утро с общения, а не те, кому негде было попить кофе.

Другой раз она его видела днём, в магазине дамского белья «Афродита». Нельзя было не обратить внимания на единственного мужчину. Он подошёл к продавщице, показал ей электронную записную книжку с номером заказа на экране. Девушка улыбнулась и скрылась в подсобном помещении. Он ждал спокойно, не ощупывая взглядом бельё, как это делают некоторые. Через минуту девушка вернулась с пакетом. Спросила, как обычно: не подарок ли, не завернуть ли в красивую бумагу? Конечно, подарок. Не себе же он покупал бельё в таком магазине.

Интересно, кому? Жене? Подруге? Дочери? Скорее всего, подружке. Мужчины дарят нарядное бельё в надежде, что этот подарок откроет возможность понаблюдать за тем, как дама будет его примерять.

Потом он ушёл, и Лора почти забыла о нём.

Мужчина улыбнулся.

— В этом кафе я бываю почти каждое утро. Нет ничего приятнее чашечки кофе в компании старых друзей. Но не буду вам больше мешать любоваться видом.

Он галантно попрощался и отправился по тропинке, ведущей к четвёртому кварталу, где находился торговый центр. На прощание он окинул её оценивающим взглядом. Лора испытала приятное чувство — ну хоть на кого-то произвела впечатление. А затем вздохнула с досадой. Его дома кто-то ждёт. Свободный мужчина в таком возрасте — редкость. А куда ей девать свою новообретённую свободу? Всего пятьдесят пять, а выглядит на тридцать пять — если верить подругам. **Ну, на сорок, если кто-то уж слишком придирчив.

Выходит, ей пора записываться в клуб знакомств. Только злые языки твердят, что нормальный мужчина за пятьдесят не может быть свободен.

До сих пор она этого не делала, потому что её мучил вопрос — а нужно ли? Кавалера на выходной найти нетрудно. Есть даже фирмы, которые подыскивают таких «одноразовых» кавалеров. И никаких обязательств.

— Пошли, Кнопка, — Лора повернула назад. И предупредила: — Устанешь — я тебя на руках нести не буду.

Раньше она выбирала, какой дорогой идти на работу. Теперь все маршруты, кроме того, что проходил мимо того самого кафе, были отброшены. У торгового центра она специально сбавляла шаг, чтобы не прозевать незнакомца —вдруг он появится?

Лора не узнавала себя. Всю жизнь — с момента замужества — она вела тихую, размеренную жизнь. Ни с кем не флиртовала, ни на кого не заглядывалась. Повезло ли ей с мужем? Кто знает? Она вышла замуж рано, в двадцать лет, даже не закончив учёбу. Муж был на двенадцать лет старше и казался могучим, как скала, и надёжным, как швейцарский банк. Вдобавок он не лез в домашние дела, так что она считала себя вполне счастливой.

Работа у неё была простая: занималась очисткой баз данных от цифрового мусора: удаляла многочисленные повторы одной и той же информации. Потом ей доверили работу посерьёзнее — отыскивать и уничтожать информацию, не имеющую общественной ценности. Речь о дневниковых записках, художественных работах, посланиях, которые странным образом попадали на сайты с неограниченным временем хранения. Это требовало особой внимательности. Попадались ценные записки, в которых отражалась эпоха, запечатлевались события и люди, а бывали и такие, что были понятны лишь тому, кто их составил. К этой информации уже десятки лет никто не обращался, значит, пометку «бессрочное хранение» можно отменить.

Но нет такого места, в котором стоит оставаться всю жизнь. Однажды она тепло попрощалась с коллегами и снова пошла учиться. Её новой страстью стал дизайн пищевой печати. Всё началось с пустяка.