Даменсток

Эксперимент

Эксперимент №104839: Взаперти

Пациент был заперт в изоляторе без людей, но с едой и водой.

Первое время он отдыхал от городской суеты и наслаждался одиночеством, порой разговаривая сам с собой, однако со временем начал сходить с ума от тишины. Никто с пациентом не разговаривал.

Итог: заболевание и смерть.

Из приоткрытого окна доносился шелест листвы и необычайно громкие визги воронов, что кружили над лесом.

Боден Шнайдер, сидя за обставленном всякими безделушками письменным столом небольшого кабинета, что походил на гробик, расписывал спонтанно возникшую неделю назад идею для нового эксперимента. Жил он вместе со своим подопечным в непримечательном домике неподалёку от Кричащего леса. Сам Боден был невысоким мужчиной с малиновым каре, острыми акульими зубами, моноклем на правый глаз, светло-зелёными глазами с козьими зрачками, вечно одетый в белую водолазку, сшитую из трёх штанов брюки и туфли на металлическом каблуке. На шее его сверкал длинный изумрудный медальон.

– Паркер!

Боден накинул серо-розовый, всячески заштопанный халат с окровавленным подолом, взял с собой записную книжку и вышел в коридор, где столкнулся с подопечным Паркером – молодым мужчиной с длинным белым хвостом, шрамом на губе и узкими чёрными глазами. На нём был белый халат и чёрный костюм.

– Звали, отец?

– Да! Идём, у меня есть одна идея...

Боден поспешил на кухню к люку, скрывавшимся под ковром, открыл его и спустился вниз, в свою обширную подпольную лабораторию, где всё пропахло смертью и диким ужасом. Паркер следовал за ним.

Стоит упомянуть, что у Шнайдера были очень хорошие связи с тюрьмой, с которой ему тайно посылали на эксперименты преступников с пожизненным приговором, дабы «от них был хоть какой-то толк». Боден о своих экспериментах писал в научных журналах и делился ими со всем миром, утверждая, что ставил эксперименты на обезьянах.

И на сей раз его посетила мысль провести страшный, но весьма любопытный опыт: что будет, если абсолютно здоровому человеку сказать, что у него неизлечимая болезнь? И Боден решил проверить это.

Придя в отделение, похожее из-за решёток и старых каменных стен на тюрьму, где обитали его будущие подопытные, он велел Паркеру привести одного из самых здоровых заключённых в одиночную камеру для экспериментов, а сам направился к рабочему месту и принялся за печать документов, чтобы точно убедить подопытного в том, что у него онкология.

Эксперимент № 060148: Мнимая болезнь

Пациент: Лучик Дейдерай

Возраст: 31 год

Рост: 178 см

Был приговорён к пожизненному заключению из-за совращения несовершеннолетних.

Пациент помещён в одиночную камеру.

Когда Паркер вышел из камеры, Боден зашёл с кипой документов к заключённому, что сидел на койке, болтал ногами и осматривал своё новое место жительства.

– Здравствуй, Дейдерай.

– И вам здрасьте! На кой чёрт меня сюда привели? – усмехнулся Лучик.

Боден поправил монокль и жутко осклабился:

– Чтобы ты лечился.

– От чего?

– От рака, друг мой, от рака.

Улыбку с побледневшего лица как рукой смело. Дейдерай широко распахнул глаза и нервно посмеялся.

– Что, простите?

– Ты болен, друг мой. Помнишь, вы все недавно сдавали анализы? Так вот, мы выявили у тебя предрасположенность к онкологии и хотим проверить тебя полностью, дабы убедиться в диагнозе и назначить лечение.

Конечно же, лечением заниматься никто не будет, но Дейдерай не знал об этом. Да в целом никто из заключённых даже не подозревал, что все они находятся в лапах садиста и безумного, прямо как из баек, учёного; все думали, что их перевели из одной тюрьмы в другую, более приятную и добрую, где к ним относятся не как к скоту, а как к детишкам-пациентам в поликлинике.

Дейдерай затрясся при виде документов с неутешительными итогами анализов, слился с белой стеной и сквозь лихорадочное дыхание воскликнул:

– Нет, вы шутите!

– Никто тут не шутит, друг мой. Ты, скорее всего, болен.

Вскочив, Дейдерай в припадке хотел накинуться на Бодена, но Паркер вовремя схватил его за шиворот и бросил обратно на койку, приковав к ней наручниками. Мужчина трясся, визжал, брызжа слюной, и мотал головой.

– Успокойся, Дейдерай, – с омерзением прошипел Боден.

– Нет, вы шутите, шутите! Я не болен, я здоров, здоров!

– Ты болен, прими этот факт.

– Я не болен, нет, ни за что!

И он продолжал кричать и биться, пока не утомился. Померкнув и замолкнув, он бездушно посмотрел в потолок, и лишь вздымающаяся грудь говорила о его жизни.