Дамский выстрел

16

16

Первый день, Калининград, 17:00

«Что я имею? Длинноволосая блондинка по имени Ева. Обслуживала клиента в гостинице «Дона», – рассуждал вечный агент противоборствующих спецслужб Андрей Станкевич. – Эх, в былые времена по этим данным я бы вмиг девчонку вычислил. Визит в местный РОВД – и у тебя выход на сутенера. А может сразу и координаты проститутки подскажут».

Но соваться с липовым удостоверением к бывшим коллегам рискованно. Есть другие способы. Для профессионала, каким, несомненно, считал себя Андрей Станкевич, вычислить проститутку, работавшую в конкретном отеле, рутинное дело. И хотя в последние годы сомнительная профессия превратилась в массовую, далеко не каждую шалаву пускали в приличный отель, да и сутенеры соблюдали договоренности о разделе территории. Была лишь одна загвоздка – время. Семь лет притворного стона под бесконечной чередой голых задниц не каждая выдержит. За этот срок с девчонкой могло случиться что угодно.

На подходе к «Доне» Станкевич купил яркую газету для автолюбителей. Как и ожидал, на последних страницах наряду с банальной информацией о круглосуточных саунах он нашел рекламные блоки с полуобнаженными красотками в зазывающих позах. Креативное творчество продавцов любовных утех развивалось. Пятидесятитрехлетний Станкевич почувствовал легкое возбуждение, просматривая картинки под заголовками: «Империя страсти», «Любой каприз за ваши деньги», «Отдых налево», «Вход в любую норку».

В холе отеля у стойки администратора Станкевич задержался. Он ловко изобразил смущение подобающее добропорядочному семьянину в командировке.

– Простите меня. Я хотел бы провести приятный вечер, но боюсь ошибиться с выбором. Ну, вы понимаете…

Он выложил рекламный разворот на стойку. Только агент с психологической подготовкой мог заметить, как легкая брезгливость на лице некрасивой администраторши маскируется под дежурную улыбку. Она молча коснулась ноготком «Империи страсти». Станкевичу больше запало в душу игривое приглашение во все норки, но солидному отелю подобал имперский размах.

Поднявшись в номер, Станкевич насладился копченым угрем, обильно запивая его холодной водой. После окончания трапезы агент позволил себе глоток виски из мини-бара. Годы уже не те, перед щекотливой встречей опасно расслабляться. Придав себе барский вид, он позвонил по объявлению «Империи страсти». Предстояло изобразить богатого привередливого клиента.

Спустя полчаса в его номер постучали. Станкевич открыл дверь. Перед ним стоял вертлявый прилизанный гость из той породы, которые так рьяно цепляются за ускользающую молодость, что и в двадцать пять и в сорок выглядят одинаково. Рубашка его блестела, как свежие сопли, а волосы источали густые волны парфюма, под напором которых запах останков копченой рыбы съежился до размеров мусорной корзины.

– Это тебя замучила ностальгия? – гость отодвинул Станкевича и прошел в номер. Его удовлетворила спокойная обстановка и он снисходительно улыбнулся. – Зачем тебе раздолбанная кошелка, дядя? У меня в машине две сочные телки, выбирай любую.

– Я уже в том возрасте, когда мне требуется особый подход.

– Да знаю я всё про твой возраст. Не волнуйся, любая из них поднимет твоего петушка из небытия. А то хочешь, бери обеих. Исключительные впечатления гарантированы.

– Меня больше греют воспоминания. Незабываемая ночь семь лет назад. Пышные светлые волосы, нежная кожа…

– Ты хоть взгляни на товар! – Сутенер швырнул на стол цветной буклет. – Там и Ева твоя есть.

Станкевич раскрыл эротическое портфолио. По степени откровенности глобальный «Playboy» терпел сокрушительное поражение в сравнении с провинциальной «Империей страсти». Каждая девушка была снята в двух позах, одна пикантнее другой. Под фотографиями стояли имена, явно вымышленные: Эльза, Лола, Кристина, Диана. Станкевич нашел Еву. Рыжеволосая бестия сидела на стуле и жеманно закрывала соски, заманивая клиентов раскрытой вагиной и пухлыми губками.

– Ну, как тебе телочки? – перешел на ласковый тон сутенер. – Подгоню любую. И за умеренные деньги.

Станкевич видел, что Еве на фотографии не больше двадцати лет. Та, которую он искал, даже, если она перекрасила волосы, должна быть старше.

– Давно обслуживаете эту гостиницу? – спросил он.

– Как только она открылась. Мои девочки лучшие в городе. Лично подбираю и учу.

Опытный агент услышал то, что хотел. Ну, что ж, он достаточно притворялся, изображая многолетнюю тоску по шлюхе. Пора сменить личину. Специфика профессии сутенера в том, что он лучше всего понимает язык силы. Левой рукой Станкевич всё еще держал буклет, а правую опустил в карман пиджака. Он посещал тренажерный зал, плавал в бассейне, но возраст и желание вкусно покушать брали свое. Сил с годами не прибавлялось, а сейчас собеседнику требовалось предъявить весомый аргумент. Для этих целей как раз и служил фирменный кастет, который подхватила правая рука.

– Это не моя Ева, – мотнул головой Станкевич.

– Во, уперся. Эта лучше! – Сутенер улыбнулся, не догадываясь, что его ждет.

В следующее мгновение утяжеленный кулак впечатался в его солнечное сплетение. Гость рухнул на кровать. Агент дождался, когда упавший сможет дышать, схватил его за грудки и подсунул кулак под нос.