Дань. Без права на любовь

Глава 3

О том, что свадьба состоится уже завтра, мне рассказали вечером. Я выдержала эту новость с достоинством, а когда ушли слуги, присела на кровать и дала свободу чувствам.

Вот и все. Как бы я ни храбрилась, что бы ни говорила сестрам и матери, я боялась. И сейчас, наедине с собой, могла признать это.

Да, я собиралась выполнить все, что задумала, но видят боги, как непросто взять себя в руки и сделать вид будто смирилась.

Этот Великий меня пугал. Если уж отец боялся его, то чего ждать мне, слабой женщине? Не будь у меня шрама на лице, возможно, все вышло бы иначе.

«Почему он выбрал меня? – подумала я, повернув голову и выглянув в окно. – Чем он руководствовался, ведь мои сестры без изъяна?»

Когда узорчатые двери распахнулись, я вздрогнула и поспешила подняться, увидев эйята. Отец стремительно вошел. Полы его дорогого халата распахнулись, но я видела лишь глаза Бахтияра, горевшие подобно углям в жаровне.

- Насира, - позвал эйят.

Я преклонила голову, при этом со стыдом осознавая, что не испытываю должного уважения к тому, кто подарил мне жизнь.

- Ты, верно, уже знаешь, что завтра станешь женой Джада Великого, - отец не спрашивал. Он утверждал.

- Да, отец, - я кивнула и распрямила плечи.

Он подошел, пристально посмотрел на меня, затем протянул руку и коснулся моей щеки. Той, что была изуродована шрамом.

- Ума не приложу, почему он выбрал тебя? – пробормотал отец, но тут же улыбнулся. – Все к лучшему. Ты принесла в мой дом счастье, Насира. И станешь женой одного из величайших воинов нашей страны.

Я промолчала, понимая, что говорить то, что думаю, не имеет смысла. Отец просто не поймет.

Бахтияр обошел вокруг, рассматривая меня так, будто увидел впервые.

- Ты хорошо сложена, но не более. Мадина и Закия красивее. Они идеальные.

- Спасибо, отец, за похвалу, - сорвалось, прежде чем успела прикусить язык, но хвала богам, эйят не уловил в моем голосе сарказма.

- Раз уж ты помогла мне, пусть и сама того не желая, говори, что хочешь получить в качестве свадебного подарка, - предложил Бахтияр, встав напротив меня. – Проси, что только пожелаешь. Сокровищница в твоем распоряжении. Любое украшение, любой наряд, или дорогого скакуна. Ну же, Насира, не смущайся.

- Ты очень щедр, отец, - я поклонилась, пряча усмешку от взора эйята.

- Это будет удачный союз, - кивнул Бахтияр. – Итак…

- Я бы хотела подумать до завтра, - попросила тихо.

Он кивнул.

- Хорошо, - затем еще раз внимательно посмотрел на меня, явно пытаясь понять, что такого во мне увидел варвар, затем, смирившись с собственным непониманием, пожелал мне доброй ночи и ушел. Слуги закрыли за эйятом дверь, а я осела, понимая, что не могу позволить себе быть слабой завтра. А эта ночь, остаток уходящего дня, все еще принадлежит той Насире, которой завтра не будет.

***

Джад наклонился, погладив голову большой черной пантеры. Затем распрямил спину и оглянулся на стены дворца. Сегодня за трапезой он понял, насколько лживыми бывают трусы. А повелитель Бахтияр, эйят этого города, был именно таким.

Когда Джад получил город, первой его мыслью было разделаться с предателем. Великий знал: предавший однажды, предаст снова. Да, какое-то время он будет бояться, но страх имеет свойство уходить. Время лечит не только раны. Правильно было бы избавиться от Бахтияра, но Джад решил проявить милосердие. Первый и последний раз. Всегда проще покарать мечом, но что, если союз с таким, как эйят Майсара принесет пользу? Ведь он до сих пор не знает имена заговорщиков. Тех, кто подбил глупца Бахтияра на предательство.

Джад направился к палаткам. Его воины разбили лагерь прямо перед дворцом и теперь походные шатры поднимались серыми треугольниками, выделявшимися на фоне белоснежных стен, окружавших дворец. А огромные костры дышали дымом в небо, уже покрывшееся бисером пробудившихся звезд.

Выставленные перед лагерем стражники увидели своего предводителя и поспешно склонили головы, прижав к груди ладони. Одна из пантер Джада вырвалась вперед, пробежала мимо костра и исчезла в самом большом и красивом шатре, что в отличие от остальных был расшит простыми узорами.

- Повелитель! – проговорил один из львов пустыни.

- Великий! – подхватил второй.

Джад кивнул своим воинам и вошел в лагерь.

Привычка выставлять следящих уже не раз спасала лейсов. Джад мог доверять только своим людям, проверенным временем. А здесь, в центре Майсара, он более всего опасался врагов. Да, эйят преклонил колено. Да, отдал за него свою дочь, но Джад не был глупцом и знал – удара в спину можно ожидать, где и когда угодно.

- Все ли спокойно? – спросил он.

- Да, великий, - ответил следящий.

Джад скользнул взглядом по своим людям – они ужинали, сидя у костров, и Великий не стал тревожить воинов. Тенью скользнул в свою палатку, следуя за пантерой.

- Зря ты поверил этому мерзавцу, - встретил лейса женский голос.

Джад поднял взгляд и увидел Джанан. Женщина уже успела надеть тунику и теперь сидела на циновке, поджав ноги, и смотрела на воина. Она была стара, но темноволоса. В глазах, зеленых, как первая трава, светился ум.

- Согласен с сестрой, - ответила пантера, застывшая у ног Великого.

Джад опустил взгляд, успев проследить, как шерсть пантеры вошла под кожу, а тело изогнулось, принимая человеческий облик. И вот миг спустя на ноги рядом с Великим поднялся молодой смуглый мужчина с гривой роскошных черных волос. Он был наг, но не стеснялся своей наготы.

- Стоило убить мерзавца, а его тело бросить на корм собакам, - добавил оборотень и шагнул к сестре.

Старая пантера подняла с соседней циновки расшитую черную тунику и бросила брату. Он с ловкостью поймал ее, надел и опустился рядом с Джанан.

- Нельзя прощать предательство, - пропела оборотница.

- Ты проявил милосердие. Но оно не всегда приносит сладкие плоды, - продолжил следом за сестрой оборотень.