Дана и Бродяга

Глава 4

Госпожа Нилсон жила на отшибе в частном доме, окруженном высокой оградой.

Вик вошел во двор первым. Именно ему, как представителю власти, предстояло рассказать пожилой женщине о смерти сына. Он нервничал и часто оглядывался на Джета, но тот не собирался облегчать ему задачу.

Очень вежливая пожилая дама ходила медленно, зато улыбалась заразительно.

У Вика духу не хватило вывалить ей всю правду, спросил сначала про машину.

Та развела руками:

– Сынок мне купил. Увидел, что мне ходить трудно, вот и купил. Неделю назад. Да я в ней и посидеть-то не успела. А что случилось? Эндрю честно заработал эти деньги, он у меня молодец. Работает гидом в известной фирме. Он ни в чем не виноват, спросите у кого угодно!

– Дело в том… – Вик замялся, подбирая слова. Ему еще ни разу не приходилось говорить такие вещи, – что ваш сын, Нилсон Эндрю, сегодня ночью был убит. В пустыне. Извините…

Женщина побледнела и поднесла пальцы к бескровным губам:

– Не может быть! Вы, наверное, ошиблись!

Джет подхватил ее под локоть, предложил:

– Вы присядьте, пожалуйста. Нам нужно задать вам несколько вопросов.

Она послушно отошла к лавочке, устроенной под навесом, который не дает солнечным лучам проникать в окна. Навес был полупрозрачный, голубой. Из-за этого лицо госпожи Нилсон стало казаться еще более бледным.

– Да, да, конечно, – сказала она тихо. – А как же… а что же мне теперь делать?

– Прежде всего, ответить на наши вопросы, это нужно, чтобы поймать преступников. А потом… сегодня днем с вами свяжется специальный человек из полиции, и все расскажет. Куда идти, и что делать.

– Хорошо. Но я же ничего не знаю. Я представления не имею, кто мог бы… кто желал Эндрю смерти.

– Это и не нужно. Вспомните, пожалуйста, когда именно ваш сын ушел из дома?

– Вчера. Днем еще. Сказал, что повезет группу в кочевье. Четверо туристов и он. Собирались выехать ближе к закату, чтобы было выгодное освещение, но и чтобы от жары не мучиться. Скажите, а вы не ошиблись? Это точно мой сын?

Джет покачал головой:

– К сожалению. А какие планы на ночь, он не говорил?

– Да какие планы, – всхлипнула женщина. – Туристы разные бывают. Иногда съездят, посмотрят на пустынников, и сразу назад. А бывают такие любопытные, остаются в становище на целую ночь. Эндрю никогда не знал сроки своего возвращения…

Джет еще не бывал в кочевьях Народа кхорби. Но историю рутанской колонии представлял себе неплохо. Не слишком длинная это была история.

Шестнадцать лет назад здесь кипели бои. На планету, несмотря на заслон орбитальных сил, прорвались десантные отряды гведи и попытались закрепиться. Рута с момента основания колонии была миром приграничным, независимым. Жителям казалось – выбор, какую из сверхдержав поддержать, остается за ними. Однако эти фантазии быстро развеялись. Вторжение со стороны вооруженных сил ФСМ в зоны, подконтрольные Солнечной Федерации, началось именно от межевого узла, расположенного на границе системы Руты, сразу за здешней версией облака Оорта. Регулярные части зоны Визиря сдерживали атаку. Часть флота интервентов смогла пробить заслон и прорваться к единственной обитаемой планете системы. У гведи был план создать здесь большую опорную базу. Однако планета оказалась крепким орешком. Как водится в таких случаях, в результате больше всего досталось местным кочевым племенам. Их древняя культура оказалась наименее устойчивой к воздействию силовых снарядов и ковровых бомбардировок. То, что сейчас показывали экскурсоводы немногочисленным туристам – всего лишь неточная реконструкция, почти театрализованное шоу. Говорят, война сильно откатила кочевья по исторической спирали. Говорят, у пустынников в былые времена была своя письменность и искусство, и даже уникальная политическая система, обладающая многими признаками государства…

Прорыв чудом удалось заткнуть и даже выдворить гведи с планеты. Вот только за победоносной армией всегда тянется самая разная шваль, охочая до легкой поживы. Так что мир на Руту пришел еще не скоро. Но пришел.

Города восстановились, производство работает.

И кхорби все так же кочуют по пустыне, следуя своим неведомым тропам.

– Скажите, – наконец решился вставить слово Вик, – как давно ваш сын начал работать в этой фирме?

– Давно. Врать не буду, но почти с самого ее основания…

Дальнейшие расспросы помогли добавить несколько штрихов к психологическому портрету погибшего, и больше ничего. Честно говоря, Джет боялся, что ему придется сканировать пожилую женщину. И был рад, когда оказалось, что этого не нужно, по крайней мере, прямо сейчас. Что бы он там ни говорил своим клиентам, а полностью отрешиться от чужих эмоций у него никогда не получалось.

Вик остался фиксировать детали и получать подтверждения точности записи, а Джет решил, что пора. Бродяга, наверное, его уже ждет.

Солнце не успело подняться, но основательно прокалило городские улицы, быстро разогнав скопившуюся за ночь прохладу. Ну что же, вперед. В салоне «мустанга» пахло сосновой корой и влагой – любимый утренний запах. Едва заметный, и в отличие от других ароматизаторов, вовсе не имеющий химического, парфюмерного оттенка.