Даниэль и Чёрное перо демона

Глава 8. Ключ надежды

Портал уже открылся за их спинами — мерцающая сфера, внутри которой крутились спирали энергии. Майкл держал кадуцей обеими руками. Посох был лёгким, почти невесомым, но от него исходило странное тепло — будто живое существо узнало потомков своего создателя и откликалось на их присутствие.

— Уходим, — сказала Аника. — Мама ждать не может.

И в этот момент песок под ногами вздрогнул.

Раз. Другой. Ритмично, как шаги. Как будто нечто огромное шло к ним из глубины пустыни, и каждый шаг отдавался гулом в костях. Майкл обернулся первым.

Из-за бархана, заслоняя собой звёзды, поднималась фигура.

Демон был выше любого из них на две головы. Широкие плечи, покрытые чешуёй цвета запёкшейся крови. Глаза горели жёлтым, как у шакала, и в них не было ничего, кроме голода. В правой руке он держал оружие — чёрный массивный молот, с навершием, испускающим багровое свечение. Вдоль рукояти бежали руны — они не просто светились, они двигались, сползали по металлу, как живые змеи.

Аника замерла. Майкл увидел, как побледнело её лицо.

— Адрамелех, — прошептала она. — Молот, способный уничтожить божественное. Если он ударит...

Демон усмехнулся, обнажая зубы — заострённые, в два ряда.

— Рад, что ты помнишь историю, бывшая Богиня, — его голос рокотал, как камнепад. — Хозяин передаёт привет. И просил вернуть то, что ему принадлежит.

— У твоего хозяина нет ничего, — холодно ответила Аника. — Кроме ненависти и пустоты.

— Ошибаешься. У него есть я.

Он прыгнул.

Это было невозможно — для существа такой массы двигаться с такой скоростью. Майкл едва успел оттолкнуть Анику в сторону, когда молот обрушился на то место, где она только что стояла. Земля взорвалась фонтаном песка и каменной крошки. Ударная волна швырнула Майкла на несколько метров, и он больно приложился спиной о каменную глыбу. Кадуцей выскользнул из его рук и покатился по песку.

— Майкл! — закричала Аника.

Но она уже действовала. Заклинание четвёртого уровня сорвалось с её пальцев — поток чистой энергии, способный прожечь сталь. Демон принял удар на молот, и руны на рукояти вспыхнули алым. Заклинание рассеялось, даже не достигнув цели.

— Молот поглощает магию! — крикнула Аника, отступая. — Не используй заклинания!

Майкл перекатился и схватил кадуцей за мгновение до того, как на него упала тень. Демон замахнулся снова. Майкл вскинул посох, даже не думая — просто инстинктивно, как воин вскидывает меч, зная, что проиграет, но отказываясь сдаваться.

Молот Андромелеха столкнулся с кадуцеем.

Звук был не просто громким — он был неправильным. Не лязг металла, а звон, ушедший куда-то за пределы слышимого. В ультразвук. В дрожь земли. В вибрацию, от которой у Майкла кровь потекла из носа.

А потом по кадуцею побежала трещина.

Он увидел её — тонкую, как волос, на мгновение вспыхнувшую золотом. Змеи на жезле замерли. Анх на вершине потускнел. И посох раскололся надвое.

Взрывная волна отшвырнула Майкла, и мир померк.

Он очнулся от холода. Кто-то лил воду ему на лицо.

— Майкл! Майкл, вставай!

Голос Аники. Живой.

Он открыл глаза и увидел над собой бледное, перепачканное песком лицо жены. В её волосах запутались песчинки, на щеке алела царапина. Но она была цела.

— Где он? — прохрипел Майкл.

— Ушёл. Исчез, как только... — Аника запнулась и посмотрела на его руки. Точнее, на то, что от них осталось.

Кадуцей лежал на песке, разделённый надвое. Трещина, которую Майкл увидел в момент удара, разрослась, расколов посох пополам. Золотые змеи, обвивавшие жезл, больше не двигались. Анх на вершине потускнел и походил теперь на обычную безделушку.

— Нет, — выдохнул Майкл. — Нет, нет, нет...

Он схватил обломки, прижал их друг к другу, будто это могло что-то исправить. Но магия ушла. Он чувствовал это кожей — посох был пуст. Мёртв.

— Он сказал: «Хозяин передаёт привет», — прошептал Майкл. — Кто этот хозяин? Кто послал его?

— Не знаю, — Аника опустилась на песок рядом с ним. — Но он знал, где мы будем. Знал, что мы найдём кадуцей. Это была ловушка. С самого начала.

Ветер гнал песок по плато, заметая следы битвы. Где-то вдалеке, на фоне светлеющего неба, всё так же возвышалась пирамида Хеопса. Безмолвная. Равнодушная.

— Мы можем починить его? — спросил Майкл. — Магией?

— Не знаю, — повторила Аника. — Но мы должны попытаться. Дома. А сейчас — уходим. Пока он не вернулся.

Она помогла ему подняться. Портал всё ещё мерцал за их спинами — каким-то чудом не разрушенный ударной волной. Майкл подобрал обломки, прижал к груди и, хромая, шагнул в сферу. Аника — за ним.

Плато Гиза опустело. Только песок, потревоженный битвой, и след огромных ног, уходящий в пустыню, напоминали о том, что здесь произошло.

Портал выбросил их на планету Эль на рассвете.

Майкл вышел первым, бережно прижимая к груди обломки кадуцея. Аника шла следом, молчаливая, сосредоточенная. За всё время пути от Гизы до дома она не проронила ни слова. Только раз, когда они уже стояли у порога, сжала его руку — коротко, почти незаметно. И отпустила.

В комнате Аиды ничего не изменилось.

Эммануэль сидел у кровати жены в той же позе, в какой они оставили его сутки назад. Он не спал. Не ел. Просто сидел и держал её за руку — высохшую, лёгкую, почти невесомую. Когда они вошли, он поднял глаза, и Майкл увидел в них то, чего боялся больше всего. Надежду.

Надежду, которую ему предстояло убить.

— Мы нашли его, — сказал Майкл, доставая из сумки обломки. — Кадуцей существовал. Он был настоящим. Но...

Он положил две половинки посоха на край кровати. Золотые змеи больше не двигались. Анх на вершине потускнел и выглядел как обычная бронзовая безделушка.

— Нас ждали, — продолжила Аника. — Демон с молотом Адрамелеха. Он знал, что мы придём. Знал, где мы будем. И он сломал посох.

Эммануэль молчал. Потом протянул руку и коснулся обломка. Его пальцы дрогнули.