Дар без цвета и запаха

Глава 4

Глава 4

Открыв глаза, я щурюсь от солнца, лучи которого буквально ослепляют меня. Обычно мое окно всегда наглухо закрыто плотными портерами, но не сегодня. В воздухе витает запах каких-то незнакомых мне трав. Как будто мази или отвара. Немного привыкнув к свету, я медленно сажусь в кровати силясь вспомнить, что было вчера. Мое тело пронзает тупая боль. И воспоминания о холодном вечере еще больше усиливают ее.

«Разве я не умерла?» -вертится в моей голове. Но боль в спине, ногах и руках не позволяет мне сомневаться в реальности происходящего.

От размышлений меня прерывает Эвелина. Наверное, пришла читать нотации о моем вчерашнем безрассудстве.

-Доброе утро, Мисс Либрериан! Вижу, вы проснулись даже раньше чем я пришла. Сегодня такое морозное ясное утро в отличие от вчерашней пурги. Ваш Отец не смог уехать вчера. Экипаж пришел за ним только 3 часа назад…

Во время своего монолога Эвелина задергивала шторы, наливала горячую воду в таз. Но увидев мое лицо, она застыла как вкопанная с сиреневым платьем в руках.

-Мисс Кристина что с вами, вы здоровы? Как вы себя чувствуете? —удивленно произнесла она.

«Разве она не знает, что со мной было?» -пронеслось в голове.

В тот момент, как только я хотела это выяснить моя вчерашняя прогулка дала о себе знать. Я не смогла выдавить из себя ни слова, кашель одолел меня, горло страшно опухло, голова болела так как будто хотела взорваться. Эвелина тут же бросилась ко мне, укрыла одеялом и побежала за необходимыми лекарствами. Причитая о моей «внезапной» болезни, девушка скормила мне чуть ли не половину всех снадобьев и отваров, которые только у нас были. Она почти каждый час поила меня странно-пахнущей жидкостью и мазала мое лицо и руки все в мелких ранках и кровоподтеках мазью, как она говорила из еловых шишек.

«Но, когда я утром открыла глаза, пахло совсем не шишками чем-то приторным похожим на мяту. Хотя, может мне просто кажется или это последствия моего приключения. Ведь замерзла я сильно и чуть не умерла на том треклятом озере».

Состояние ног оставляло желать лучшего: все в синяках и ссадинах. Крупные кровяные мозоли покрывали мои ступни. Увидев их, Эвелина грустно и одновременно испуганно посмотрела на меня. Она будто не понимала или просто хорошо прикидывалась, что не понимает истинную причину моей болезни. Но ее постоянный уход за мной весь день и грустное участливое лицо заставило меня сомневаться в том, что она действительно что-то знает. Но кто тогда спас меня? Кто принес в комнату, переодел и уложил спать? Неужели Отец?

К вечеру я смогла наконец встать с кровати. Весь день я спала и не съела ни крошки. Меня мутило от одного запаха еды. Поэтому встав с постели, я медленными шагами пошла на кухню, чтобы точно не умереть с голода.

Там уже вовсю кашеварила Эвелина и увидев меня, она улыбнулась и тут же дала мне горячую кружку чая и клюквенный пирог (мой любимый).

-Я ему не скажу.

Без предисловий произнесла Эвелина. Я чуть не подавилась.

-Не хочу читать нотации. Но впредь прошу, будьте бдительны к своему здоровью иначе еще одна такая прогулка убьет вас быстрее чем вы успеете добраться до постели. И даже мои лекарства не смогут вас спасти….Да и…

Я была ей благодарна за то, что она скроет причину болезни от Отца. Но дальнейшие ее слова я пропускала мимо ушей так как она сейчас походила на него с вечными нотациями и знанием как правильно поступать в любой ситуации.

Единственное, что я услышала было это: «…Ох черт меня дернул не занести вам вчера чай. Подумала, что вы уже спите. Кто же знал то о ваших ночных рандеву…»

-Ты зашла ко мне только утром, Эвелина? Так? - остановила поток ее мыслей я.

-А? Да. Я же говорю, что обнаружила ваше больное тело утром, когда пришла будить. Мне показалось странным ночное платье, выбранное для сна. Вы его, ну, вроде как ненавидите… Отец ведь подарил...-я усмехнулась - обычно вы носите другое.

-Ему тоже скажешь про платье? - неожиданно даже для себя почти выплюнула я.

Эвелина, стоящая спиной ко мне резко обернулась (ее каштановые пряди немного выбились из высокого пучка на голове и упали на глаза): - Если бы я ВСЕ ему рассказывала, ты была бы уже в могиле так как прекрасно знаешь, Мистер Либрериан терпеть не может твои постоянные закидоны.

Ее лицо выражало не более чем простую заинтересованность в моих и отцовских делах. Скорее всего это были повторенные слова, услышанные ранее за глухими дверьми кабинета. Так обычно и ведет себя прислуга, когда дело принимает интимный характер. Либо держится в стороне, либо не сдержавшись говорит одной стороне конфликта пару колкостей от оппонента тем самым подливает масло в огонь. Что и сделала Эвелина.

«Хм в могиле… пусть только попробует …-подумала я, обдумывая какие страшные вещи, я все еще не знаю об Отце.

……………………………………………………………………………………………..............................................

Мысли о чудесном спасении никак не покидали меня. Незадернутая штора, запах незнакомой мази и тем более ненавистная отцовская рубашка на плечах. Этих доказательств вполне достаточно, чтобы сделать вывод: в доме вчера кто-то был и этот кто-то спас мне жизнь.