Дар трактирной ведьмы

Глава 11. Практика и каникулы.

Второй день практики был днём глубин. Мы шли не по краю леса, а углублялись в его сердце, туда, где свет двух солнц пробивался сквозь сплетение крон лишь редкими, золотисто-зелёными пятнами. Воздух стал ещё гуще, насыщеннее ароматами гниющей древесины, цветущих папоротников и чего-то металлического, что я не могла опознать. Резонанс здесь был другим, низким, почти инфразвуковым гулом, исходящим от самых корней мира. По нему, как по камертону, сверяли каждый шаг. Сбиться с ритма означало споткнуться о невидимую выпуклость корня или навлечь на себя недовольный шелест гигантских листьев.

Мы двигались медленнее, но увереннее. После вчерашней победы с ручьём появилось нечто вроде бесшумного взаимопонимания. Ирвин и Каэлан шли впереди, без слов отмечая странности в энергетическом фоне. Брен замыкал колонну, его тяжёлые шаги были единственным громким звуком, но даже они как-то вписывались в общий ритм. Селени и Нэрия по бокам, их чувства — к свету и воздуху — работали как дополнительные радары. Кай и Лира в центре, их тихое присутствие делало окружающую реальность чуть более стабильной, предсказуемой.

Я шла рядом с Каэланом, и мое внимание было приковано к жизни под ногами и над головой. Здесь каждый мох, каждая лиана, каждая трещина в коре древних деревьев была наполнена своей, неспешной, но мощной силой. Я чувствовала, как мой собственный дар, моё «чувство жизни», резонирует с этим изобилием, не пытаясь его контролировать, а просто… радуясь ему.

Мы вышли на поляну, которую Мастер Флора в утреннем инструктаже назвала «Перекрёстком Шепотов». Это было открытое пространство, покрытое не травой, а мягким, бархатистым лишайником серебристого цвета. Посередине поляны росло одно-единственное дерево, но какое! Его ствол был переплетением множества более тонких, будто несколько деревьев срослись в одно гигантское существо. Крона его терялась высоко в пологе леса. От него исходил мощный, но не подавляющий резонанс — звук мудрости и бесконечного терпения.

— Здесь остановимся на короткий привал, — сказал Каэлан, сверяясь с картой. — И… кажется, мы не одни.

Он был прав. С противоположного края поляны из-за гигантских папоротников вышла другая группа. Их было шестеро. Я узнала их — это была одна из групп первокурсников, которые, как и мы, прибыли через Разлом из разных миров. Мы пересекались с ними на общих лекциях, но близко не общались.

Их группа была не менее пёстрой, чем наша. Я сразу узнала Рина — высокого парня с кожей цвета вулканического базальта и волосами, похожими на струи застывшей лавы. Он был из мира огненных пустошей. С ним шла Зоя — девушка, чьё тело, казалось, было соткано из тумана и отблесков света, с планеты постоянных туманов. Был там и коренастый, похожий на гнома, Торбин с металлической бородой и сверкающими глазами — очевидно, из мира высокой механики и резонанса с металлом. А ещё трое: стройная, как тростинка, Айла с перепонками между пальцами, молчаливый Кел с кожей, покрытой мелкими, похожими на перья чешуйками, и весёлая, круглолицая Мира с веточками вместо волос.

Увидев нас, они замедлили шаг. Рин поднял руку в нейтральном приветствии.

— Команда «Корни», да? — крикнул он, его голос был низким и хриплым, как шорох пепла. — Мы — «Плавники». Наши маршруты, кажется, пересеклись.

Каэлан ответил тем же жестом.

— Пересеклись. Всё в порядке?

— Пока да, — ответила Зоя, её голос звучал эхом, будто доносился из глубины тумана. — Встретили ручей с дурным нравом, но успокоили.

— Мы тоже, — улыбнулась я.

— Тогда, может, объединим привал? — предложила Мира, её «волосы»-веточки радостно затрепетали. — Шепчущее Дерево лучше слушает, когда вокруг больше живых душ. Говорят, оно тогда делится историями.

Мы переглянулись. Идея была хорошей. Конкуренции между группами не подразумевалось, скорее сотрудничество. Мастера, наблюдавшие где-то из тени, наверняка одобрили бы.

— Почему нет, — согласился Каэлан. — Только костёр в стороне от корней, чтобы не тревожить.

Мы разбили два небольших лагеря по разные стороны от гигантского дерева, но достаточно близко, чтобы общаться. Костры разожгли почти синхронно: наш — с помощью кристалла Ирвина, их — с помощью сфокусированного луча тепла от Риновых ладоней. Запах дыма смешался с ароматом леса и лишайника.

Пока мы доставали провизию (у нас — лесные дары, у них — какие-то концентрированные пасты и хрустящие плитки из своих миров), атмосфера была настороженно-любопытной. Но стоило сесть вокруг костров, как лёд начал таять. Первой, как всегда, нарушила тишину наша Селени.

— Ну что, «Плавники», как ваше плавание по лесу? Не слишком сухо для вас? — пошутила она, глядя на Айлу с перепонками.

Та улыбнулась, показывая мелкие, острые зубки.

— Влаги в воздухе здесь достаточно, чтобы чувствовать себя… почти как дома. А вот вашему огненному другу, — она кивнула на Рима, — наверное, неуютно среди всей этой зелени и сырости.