Дар Ведьмы

Глава 7

Воздух в хижине был густым, пропитанным запахом сушеных трав, дыма и чего-то еще… чего-то древнего и тревожного.
Ведьма медленно подняла голову, ее взгляд остановился на мне, проникая сквозь мою одежду, сквозь мою броню, прямо в душу.
Я почувствовал, как по спине пробежал холодок.
— Любовь, — прошептала она, словно пробуя слово на вкус. — Сильная штука. И опасная. Она может завести совсем не туда, куда вы хотите.
— Я заплачу, — сказал я, мой голос дрогнул. — Все, что вы пожелаете. Золото, земли, любые услуги.
Она усмехнулась, и в этой усмешке было больше мудрости, чем в моих многолетних правлениях.
— Золото — прах. Земли — лишь пыль. Я хочу другого, Лорд Лим. Я хочу… правду. И вашу готовность заплатить цену, которую вы еще не осознали.
Я не стал спорить. Я был готов на все.
— Хорошо, — сказал я. — Что вы хотите?
— Сейчас, — она встала, ее движения были плавными, несмотря на возраст. — Мне нужно кое-что. То, что принадлежало ей. Что-то, что хранит ее запах или ее тепло, ее… душу.
Я лихорадочно начал перебирать в памяти. Что могло быть у Лары, что я мог бы принести?
Ее любимый шелковый шарф? Нет, он остался в замке. Ее гребень с инкрустацией? Тоже там. Мое сердце сжалось от отчаяния.
— У меня ничего нет, — признался я, чувствуя, как по щекам стекает пот, несмотря на холод хижины.
Ведьма подошла ближе, ее глаза изучали мое лицо.
— Не лгите мне, Лорд. Любовь оставляет следы. Даже если вы не видите их сами. — Она протянула свою костлявую руку, и я, не задумываясь, протянул свою.
Ее пальцы коснулись моей ладони, и я почувствовал странное покалывание, словно тысячи крошечных иголок.
— Ваше сердце, — прошептала она. — Оно принадлежит ей. Оно — самое ценное, что у вас есть. И оно хранит ее отпечаток.
Я замер. Мое сердце… Действительно ли оно так сильно связано с Ларой? Я никогда не думал об этом в таком ключе.
— Я… я не понимаю, — пробормотал я.
— Скоро поймете, — ответила она, ее взгляд стал еще более пронзительным. — Теперь, когда у меня есть то, что нужно, мы начнем.
Она вернулась к очагу, где уже горел небольшой костер.
Ведьма достала из мешка какие-то травы, сушеные цветы и что-то, похожее на мелкие кости.
Она бросила их в огонь, и воздух наполнился едким дымом, который заставил глаза слезиться.
Затем она взяла небольшой глиняный горшок, наполнила его водой из стоящего рядом кувшина и поставила на огонь.
— Смотрите внимательно, Лорд Лим, — сказала она, ее голос стал еще более низким и завораживающим. — Сейчас я призову духов, которые знают все тайны. Они покажут мне путь вашей потерянной любви.
Она начала читать заклинание, слова которого были чужды моему слуху, но которые звучали с такой силой, что казалось, сама хижина дрожит.
Дым от костра начал шевелиться, принимая причудливые формы. В нем я начал различать очертания, которые смутно напоминали… Лару. Ее волосы, ее силуэт.
— Где она? — вырвалось у меня.
Ведьма не ответила, продолжая свой ритуал. Она взяла нож, сделанный из черного камня, и сделала небольшой надрез на своей ладони.
Кровь капнула в кипящую воду. Вода зашипела, и из нее поднялся пар, который был не просто паром. Он был наполнен образами.
Я увидел город. Море, солнце. Лару, стоящую на краю обрыва и смотрящую, как волны бьются о прибрежные камни.
Ее лицо было бледным, но в глазах горел огонек. Она не выглядела испуганной, скорее… задумчивой.
Я был готов броситься туда прямо сейчас, но ведьма остановила меня жестом.
— Терпение, Лорд. Цена еще не уплачена. Она посмотрела на меня, и в ее глазах мелькнул отблеск чего-то, что я не мог расшифровать.
— Вы увидели ее, вы знаете, где она. Но это лишь начало. Путь к ней будет нелегким. И цена, которую вы заплатите за ее возвращение, может оказаться выше, чем вы готовы отдать.
Я смотрел на клубящийся пар, на образы, которые таяли и возникали вновь. Лара, на берегу моря… Что она там искала?
— Скажите мне, что это за место, — потребовал я, мой голос вновь обрел твердость.
Ведьма медленно кивнула.
— Любовь, Лорд, как я уже сказала, — опасная штука. Она толкает на безумства. Ваша Лара давно обрела свободу от вас и вашей любви. И получила то, что вы не смогли ей дать.
Мои кулаки сжались.
— Я могу дать ей все! Я дам ей больше, чем кто-либо другой!
— Но хотите ли вы того, чего хочет она? — ведьма подняла бровь. — И готовы ли вы принять, если ее желания пойдут вразрез с вашими?
Я замолчал. Слова ведьмы заставили меня задуматься.
Я всегда считал, что моя любовь к Ларе — это дар, который она должна принять и ценить.
Но что, если у нее были свои мечты, свои стремления, которые я не замечал?
— Я… я не знаю, — признался я, чувствуя себя уязвимым, как никогда прежде.
— Вот именно, — прошептала ведьма. — И пока вы не узнаете, пока не поймете, что движет ею, ваш путь будет полон опасностей. Духи показали мне, где она. Но они не показали мне, почему она там. И что она нашла.
Она протянула мне глиняный горшок. Пар рассеялся, оставив лишь мутную воду.
— Возьмите это. Вода сохранит образ. Но помните, Лорд. Это лишь карта. Путь вам предстоит пройти самому.
Я взял горшок, чувствуя его тепло в своих руках. Образ Лары, стоящий на берегу, был все еще жив в моей памяти.
— И цена? — спросил я, вспомнив ее слова. — Вы сказали, что я еще не осознал цену.
Ведьма подошла к окну, за которым уже сгущались сумерки.
— Цена, Лорд Лим, — это не золото и не земли. Цена — это ваше понимание. Ваша готовность отпустить. Ваша готовность принять то, что она выберет. Даже если это будет не то, чего хотите вы.
Она обернулась, и в ее глазах я увидел отражение моих собственных страхов.
— Вы ищете свою любовь. Но вы должны быть готовы к тому, что она может найти себя. И это может оказаться не рядом с вами. Если вы не примете это, кара будет ужасной.
— А ребенок?
— Ребенок у вас уже есть.
Я замер… Ребенок? Никто кроме Лары не мог родить мне его. Я никогда не любил никого кроме нее.
Я вышел из хижины, держа в руках горшок с водой. Воздух снаружи казался свежим и чистым после едкого дыма.
— Она согласилась? — Изабелла, про которую я уже забыл, смотрела на меня вопросительно.
— Я решил, что этим уже ничего не исправить. Только развод.
— Нет! Ты не покроешь мое имя позором! Не вернёшь меня родителям как ненужную вещь.
— Ты сама к ним вернешься, если не хочешь за попытку убийства на казнь пойти.
Изабелла задохнулась от возмущения. И бросилась по тропе прочь от меня.
Но мне было плевать на ее чувства, я думал только о Ларе. Ларе, которая оказывается родила мне наследника.
Мое сердце забилось сильнее от мысли, что у меня есть сын. Или дочь. Это не важно.
Важно то, что я должен найти ее и вымолить у нее прощение.
Как мог я променять ее ласку и любовь на жену, не способную на это? На женщину, чьим единственным достоинством было то, что она родилась в подходящей семье?
А Лара, моя Лара, позволила мне поступать так, как я считал правильным, даже когда это приносило ей боль.
Только сейчас я понял, что она чувствовала, когда узнала, что мне придется жениться на другой.
Только сейчас, когда ведьма сказала мне, что кто-то другой дал ей то, что не смог я. Что это могло быть?
Лара хотела только любви, верности и немного заботы.
Неужели она все это нашла?
Где-то вдали от меня, от замка, который опустел после ее ухода.
Неужели она смогла полюбить кого-то кроме меня?
Ярость и гнев поднимались во мне черным маревом, отравляя душу и сердце мыслями о том, что кто-то еще прикасается к ее нежному телу.
Целует пухлые губы, теплые, податливые и сладкие, как лесные ягоды по осени.
Из моего горла вырвался рык. Я убью его. Кем бы он ни был, ему не жить после того, как он украл мое!
Перед моим мысленным взором встала старая ведьма.
— Цена, Лорд Лим, — это не золото и не земли. Цена — это ваше понимание. Ваша готовность отпустить. Ваша готовность принять то, что она выберет. Даже если это будет не то, чего хотите вы.
Это ее слова. И они подействовали на меня как ушат ледяной воды. Так вот о чем она говорила.
Но смогу ли я? Смогу ли увидеть мою Лару и отказаться от нее, если она так захочет?
Неужели это и есть любовь? Нет! Я не хочу. Я хочу просто все вернуть. Вернуть себе и Лару, и нашего ребенка, и то, что мы чувствовали к друг другу до того, как я совершил ошибку и женился не на ней.
Я шел по лесной тропе, в руке я сжимал глиняный горшок, в котором, как обещала ведьма, хранился образ Лары.
Слова ведьмы эхом отдавались в моей голове: «Цена — это ваше понимание. Ваша готовность отпустить. Ваша готовность принять то, что она выберет.»
Я привык к тому, что все подчиняется моей воле. Мои приказы исполняются беспрекословно, мои желания воплощаются в жизнь.
Но Лара… Лара всегда была другой. Она была как дикая птица, чьи перья отливали всеми цветами радуги, но чье сердце принадлежало лесу, а не золотой клетке.
Я любил ее, любил так, как никогда не любил никого, но, возможно, я любил не ее саму, а образ, который создал в своем сердце?
Теперь мне предстояло понять, что значит любить по-настоящему. И что значит быть готовым заплатить за эту любовь любую цену. Даже если эта цена — потеря.
Я остановился у ручья, вода в котором тихо журчала, отражая лунный свет. Осторожно, чтобы не расплескать, я наклонил горшок.
В мутной воде, словно в зеркале, проступил образ. Лара. Она шла по узкой улочке, ее силуэт был отчетлив, но лицо скрывалось в тени.
Я вспомнил ее глаза, когда она смотрела на меня. В них всегда была искра, жажда чего-то большего, чем просто жизнь в роскоши и безопасности моего замка.
Я думал, что моя любовь — это все, что ей нужно. Но, может быть, я ошибался?
Я продолжил путь, теперь уже с новой целью. Не просто найти Лару, но и понять ее.
Но сначала надо вернуть Изабеллу ее отцу.
Пора положить конец этому безрадостному союзу. Я отправился к лорду Рату, чтобы вернуть ему его дочь.
Встреча была назначена в старом замке, где когда-то звучали радостные смехи и обещания. Теперь же воздух был пропитан напряжением и невыразимой грустью.
Когда я вошел в зал, то увидел лорда Рату, который с недоумением смотрел на меня.
— Я пришел вернуть Изабеллу, — произнес я, стараясь говорить уверенно, хотя внутри бушевали противоречивые чувства.
Лорд Рату поднял брови, его лицо исказилось от удивления и гнева.
— Почему? Что произошло? — спросил он, не веря своим ушам.
Я вздохнул, подбирая слова.
— Наш брак не оправдал ожиданий. Я ожидал, что с течением времени наши чувства укрепятся, что мы сможем построить совместное счастье, но, увы, этого не произошло.
Изабелла прекрасна, но в нашем союзе нет детей, которые могли бы сделать его полноценным. Я не могу больше терпеть это разочарование, и, как бы это ни было тяжело, я должен вернуть ее вам.
Лорд Рату, все еще не веря в происходящее, сжал кулаки.
— Ты не имеешь права так обращаться с моей дочерью! Она заслуживает лучшего, чем быть просто инструментом для продолжения твоего рода! — произнес он, его голос дрожал от гнева и боли.
Я понимал, что мои слова могут ранить, но не мог позволить себе быть слабым. Развод — решенное дело. Изабелла должна вернуться к своему отцу.
Я делал все, чтобы не вызвать гнева ее отца. Не потому что боялся этого конфликта, а потому что он мог задержать меня на моих землях. Не дать отправиться на поиски той, что занимала все мои мысли.
Взгляд лорда Рату стал более мягким, но в нем все еще читалась ярость.
— Ты не понимаешь, что ты делаешь? Ты разрушаешь судьбу моей дочери. Она не просто твоя жена, она — дочь лорда. Ты разрываешь не только этот брак, но и все договоры между нами, не задумываясь о последствиях.
— Я понимаю, что это тяжело, и я не хочу причинять ей страдания, — произнес он, стараясь смягчить свои слова. На самом деле я думал, что единственное, от чего будет страдать Изабелла, — это от ущемленного чувства гордости. Она никого не любила и даже не представляла, что такое страдания.
— Но я не могу продолжать жить в этом состоянии. Я не могу быть тем, кем она хочет, и тем более тем, кем она заслуживает быть рядом с собой. Я не могу дать ей счастье, и это осознание терзает меня.
Да, я лгал, но что мне еще оставалось? Открыто обвинить ее в том, что она пыталась отравить мою любовницу? Устроить скандал, а может и войну? Я надеялся, что порцией лжи можно будет избежать этого.
Лорд Рату, все еще сжав кулаки, начал медленно успокаиваться. Он уже понимал, что его гнев не изменит ситуацию, но в то же время он не мог смириться с тем, что его дочь оказалась в такой ситуации.
— Да будет так, как ты хочешь, — сказал лорд Рату.
Я знал, что в любом случае брак будет расторгнут, оставив Изабеллу с чувством унижения и глубокой обиды.
Но считал, что она заслужила это.
Путь в мой замок казался намного быстрей, теперь, когда все дела были улажены, и мог сосредоточиться на поисках Лары и моего ребенка.