Дарханы. Пламя перемен

Глава 2. Бьёрн. Верните женщину

Лес превратился в месиво из теней и гари. Ни звезд, ни луны — только рваные силуэты деревьев, вырастающие из темноты как засада. Бьёрн шел первым, не разбирая дороги, ведомый только пульсацией в плече. Не подпускал никого к себе близко, а на все расспросы команды отвечал зловещим молчанием.

Слишком долго этот человек ускользал. «Страшный человек», как назвала его Кейсара. Он вряд ли был фанатиком или вождем повстанцев. Он охотился на Императора с пугающим спокойствием, словно считает себя вправе судить богов.

Но здесь, в лесах Иввара, Бьёрн был на своем поле.

— Твою мать, де Ларс! — Ильхас, взвинченный после бойни, сорвался на крик. — Ты хоть слово скажешь? Куда мы прёмся? И где Кейсара?!

— Камень у вас? — хрипло вытолкнул Бьёрн. Каждое слово царапало горло.

— Он у генерала, — мрачно буркнула Тьяра. — Так куда мы теперь?! Или ты тоже не в курсе?

Бьёрн снова замолчал, только крепче перехватил ребёнка, который, казалось, стал его частью: тёплый, живой комок энергии, пульсирующей под сердцем. Он тяжело сопел, укутанный в плащ так плотно, что виднелся только крошечный нос и запутавшиеся в меху волосы.

Ожоги на руках Бьёрна всё еще горели, но он упрямо цедил остатки сил, направляя магию внутрь плаща. На каждом выдохе его собственное тело ныло от истощения, но дыхание ребенка становилось ровнее. Делал хоть что-то, что было в его власти, чтобы не взреветь от отчаяния.

— Эй. Что ты там прячешь? — Ильхас прибавил шагу, поравнялся с ним и рывком откинул край ткани.

Лунный свет мазнул по его обугленному наручу, по прожженному меху и упал на лицо мальчишки. Черные волосы вперемешку с сажей, глаза-угольки, он смотрел на дарханов без слез, с застывшим и совсем недетским ожиданием.

Мальчишка выжил там, где плавился камень.

Бьёрн выставил руку, защищая его от волн злости и страха.

— Ребёнок... — Тьяра замерла. — Это варвар, де Ларс. Гетт! Один из тех, кто только что прикончил троих наших. И ты... тащишь его с собой?

Они обступили его, сжав кольцо. Вымотанные, злые, с покрасневшими глазами и пальцами, побелевшими на рукоятях мечей.

Даже их магия изменилась — Бьёрн чувствовал, как она шумит в воздухе, будто потревоженный улей. У каждого из дарханов был дар, и сейчас, когда страх, кровь и первый настоящий бой сорвали последние завесы, всё пульсировало: всплески живой энергии пробегали по воздуху, искрились на коже, собирались в ладонях. Слишком ярко, слишком сильно — как у неуправляемых юнцов.

Но они прошли обучение, почти прошли испытание, чтобы стать дарханами. И ему придётся идти с ними по приказу генерала.

Бьёрн медленно обвел их взглядом, прикидывая, кто первым решится отобрать у него ношу. Ребенок у него на груди дышал неровно, с хрипом, будто каждый вдох приходилось вырывать у смерти силой.

— Это не просто ребёнок, — процедил Бьёрн. Голос был сухим и тяжелым. — Он ранен. И, похоже, он — стихийник. Огонь.

— Тем более! — Тьяра шагнула вперед, но Бьёрн перебил её, не меняя тона:

— Он будет нужен их племени. Шаманы отдадут всё, что у них есть, они дорого заплатят за того, кто вернёт им одарённого. Живого. И целого.

Это для них достаточная причина сохранить ему жизнь, верно? Ветки хрустнули под ногами. Ветер принёс запах горелого дерева и далёкие выкрики — остатки сражения, затихающего где-то за спиной. Снова повалил снег такой тяжёлый и вязкий, будто тоже вымотался и не хотел ложиться на землю.

— Так и куда… — Ильхас чуть поморщился, будто привкус крови всё ещё был у него на языке, — куда ты ведёшь нас теперь, де Ларс? Что за новый приказ?

Бьёрн подкинул сползающего малыша повыше, и тот закряхтел и захныкал от непрошедшей до конца боли. Пришлось снова потратить силы, делясь с ним жизненной энергией через соприкосновение кожи к коже.

— Я должен найти того, с кем уже встречался однажды. Личного врага императора, — нехотя ответил Бьёрн, поднимая взгляд и переводя его с одного лица на другое.

Арден смотрел внимательно, Ильхас хмурился, Тьяра утёрла рукавом кровь с щеки. Эллиан затихла, глазея из темноты.

— И как ты его найдешь?

Бьерн кивнул на свое плечо, отчего в голове всё помутнело:

— Он оставил мне шрам на память. Теперь… под действием зелья, я чувствую, если этот человек рядом.

— Мы должны его убить? — уточнила Тьяра.

— Если получится.

— А ребёнок? — подала голос Эллиан. — Мы идём на задание вместе с ним?

— Если я его брошу сейчас, он умрёт.

— А если не оставишь — сдохнем мы? — Тьяра шумно выдохнула. Злость ушла, остался только голый, дрожащий страх. — Ты уже решил для себя, кто важнее, сентар де Ларс?

Бьёрн резко окинул всех взглядом и бросил:

— Просто заткнитесь и следуйте за мной. Времени мало.

Позади раздался шум, ветви деревьев качнулись: их догнал Тир Райнен. Волосы парня слиплись, на виске засохла кровь, карие, почти чёрные глаза горели — точь-в-точь как у Кейсары.

— Тебя тоже отправили? — выдохнула Тьяра с таким видом, будто ждала увидеть кого угодно, только не его.