Дарующие смерть

Глава 7. Поезд

Мы успели аккурат к прибытию поезда. Времени едва хватило, чтобы купить билеты и разместиться в нужном вагоне. Однако прежде мы всё-таки избавились от лошадей. Лина настояла, аргументируя тем, что более выгодного курса покупки нам не найти. А деньги лишними не бывают. Особенно в нашем положении.

И действительно. Даже старые особи оценивались станционными скупщиками очень высоко, так как по сошествию с поезда многие приезжие предпочитали взять коня в аренду, чтобы добраться до интересующего их города. Чаще — курортного. Не нанимать же экипаж на одного мужчину, верно? Покупать коня тоже особого смысла нет. Если только деньги девать некуда.

Таким образом, вложения спекулянтов быстро окупались. Буквально за один сезон. Ведь лошади чаще всего возвращались к ним обратно. А людям, которые не внушают доверия, они просто заламывали цены и давали самых непригодных животных. И мой Конь был ещё не худшим вариантом.

А чтобы я не чувствовала себя слишком неуютно на фоне безупречной спутницы, Лина попыталась разбить иллюзии относительно своей идеальности:

— А когда мы приедем, точнее, выйдем где-нибудь в середине пути, вместо того чтобы трястись до станции назначения, то возьмём коней в аренду... И не вернём! Сама понимаешь, плохих животных нам предлагать не станут, мы производим довольно приятное впечатление. А если нарядимся в какие-нибудь из твоих платьев, может, и скидку выклянчим. И в результате окажемся в плюсе. Только Милку жалко. Как с ней будут обращаться… И смогу ли я подружиться с новой лошадью…

Не выдержав, я уже было повернулась обратно, выкупить хотя бы её кобылку, но девушка мигом взяла себя в руки:

— Ничего. Нам бы всё равно пришлось их бросить! Уж лучше так, чем на скотобойню, куда чаще всего отправляют бесхозных животных.

На её лице не осталось даже тени печали от разлуки с любимой лошадкой! И я в сотый раз восхитилась её невообразимой стойкостью.

Даже мне было грустно расставаться с Конём. Впрочем, меня больше огорчала перспектива оправдания перед Главой. И необходимость отрабатывать стоимость гильдейской собственности... Но когда это будет? Может, к тому времени от меня и воспоминания не останется. Так что пока беспокоиться было не о чём. Сначала требовалось сохранить себе жизнь.

А между тем отправление задерживалось. Мы успешно погрузились, нашли свой закуток и даже успели осмотреться, а поезд всё не двигался с места. Что меня немного нервировало.

Я ежесекундно ждала, что двери вагона распахнутся и на пороге появится Каратель. Но обошлось.

С опозданием в пять минут, показавшихся мне вечностью, поезд наконец-то тронулся, и я облегчённо выдохнула.

Денег, вырученных за лошадей, хватило на два билета в классе повышенной комфортности, оборудованном узкими койками для сна и занавесками, чтобы отгородиться от других пассажиров. Впрочем, пока их было не так много.

Подозреваю, что кассирша слукавила, когда заявила, будто билеты в более дешёвые классы уже раскуплены. Ради прибавки или премии. Но возвращаться и выводить её на чистую воду было уже поздно. К тому же я была совсем не против отдохнуть со всеми удобствами.

Напоследок. Кто знает, выпадет ли мне ещё когда-нибудь такой шанс...

Лину наше размещение тоже вполне устроило. И она почти сразу предложила прогуляться. Отказываться я не стала, с готовностью вскочив на ноги.

Вещи мы благоразумно прихватили с собой, не рискнув бросать их без присмотра.

После стольких дней верхом обязанность тащить на плече сумку с бельём, книгами и провизией воспринималась, скорее, разминкой, чем тяжёлой провинностью. И не составляло для меня никакого труда. А для моей спутницы и подавно, ведь у неё там не было ничего лишнего. Только самое необходимое. Зато одеяла мы, поколебавшись, всё-таки оставили валяться на одной из коек. И правильно сделали. С ними бродить по узким коридорчикам было бы совсем неудобно. Сумки — и те мешали, так и норовя за что-нибудь зацепиться. Даже когда мы не пытались разминуться с другими пассажирами.

Наш вагон оказался центральным, поэтому мы могли либо пойти в сторону паровоза, либо изучить хвостовую часть. Вопрос решился быстро: я никогда раньше не видела паровозов вблизи, а вагоны, по словам Василины, были практически одинаковыми. В чём я убедилась, пока мы протискивались по направлению движения поезда.

Вагончики действительно выглядели близнецами. Отличались они только степенью потрёпанности да людьми, которые в них ехали. Точнее, способом размещения этих людей. Один вагон, что нам пришлось преодолевать, вообще оказался исключительно со стоящими местами! И, кстати, был забит под завязку.

Но в итоге все наши старания были напрасны. В сам паровоз нас никто не пустил, поэтому обратно мы отправились ни с чем.

— Анка, да ты не волнуйся, — заметив, как я поникла, Лина поспешила меня приободрить. — Это не последняя наша поездка, обещаю. Мы обязательно посмотрим паровозы на станции. Знаешь, возле столицы есть целое поле железных дорог, где грузовые поезда отдыхают между рейсами и откуда направляются в разные стороны. И стоят они там часто вообще без присмотра. При желании можно даже залезть в какой-нибудь вагон и сладко выспаться среди мешков с крупой или на рулонах тканей, — мечтательно протянула Лина. — А если поезд тронется, то спрыгнуть где-нибудь по пути и пойти своей дорогой! Или подтянуться, заглянуть в окошко и спокойно уйти, — значительно суше добавила она, глядя на моё вытянувшееся лицо.