Давай мы станем незнакомцами

Глава 24

Подхожу к двери и, затаив дыхание, начинаю всматриваться в монитор, пытаясь отыскать Мереминского. Но домофон почему-то вместо посетителя демонстрировал мне чёрный экран.

Странно, он же ещё вчера нормально работал… Точно в подтверждении моих мыслей на мониторе начинают приступать какие-то блики, кусочек лица… И тут я понимаю, что какой-то умник просто закрыл камеру большим пальцем!

А в моём окружении был только один человек, которому могло прийти в голову заниматься подобными глупостями!

- Мереминский, какого чёрта?! – рявкнула я, поднимая трубку.

- Не понял, у вас что теперь по всему периметру дома натыканы камеры? – смеётся этот «умник». А потом всё-таки являет камере свою красивую и до неприличия довольную физиономию.

- Повторяю свой вопрос: какого чёрта тебе здесь нужно?!

- Мы пропустили наш утренний кофе!

- И что?!

- В смысле и что? Надо навёрстывать.

- Мереминский, на дворе ночь!

- Мариш, самое время, чтобы выпить чашечку кофе! Добавим тебе побольше молока, будешь потом спать сном младенца.

Нет, он это серьёзно?! Вот меньше всего на свете я хочу этой ночью спать сном младенца! У меня, вообще-то, были совершенно другие планы!

Тихо сквозь зубы отвешиваю несколько нецензурных фраз в ответ на столь потрясающее предложение и оборачиваюсь к Елисею. Меланчук стоял чуть поодаль от меня, скрестив руки на груди, и прожигал домофон своим пылающим от гнева взглядом.

Так, кажется, если в ближайшие пару минут я не избавлюсь от общества Мереминского, эту почётную миссию возьмёт на себя Лис. И методы у него будут далеко не самые гуманные…

- Ярик, иди домой.

- Пойду. Но сначала мы поговорим.

- Нет!! – воплю я, с ужасом замечая, что Елисей уже двинулся в сторону двери. Вот только мужских разборок мне сейчас не хватало для полного счастья! – Мереминский, я отключаю домофон.

- Ха! Думаешь, меня это остановит? – нагло заявляет Ярик. - Вообще, если хочешь – можешь не открывать. Я с тобой могу и через забор пообщаться. С голосовыми связками у меня всё в порядке, так что не переживай – услышишь каждое слово. Расскажу тебе, что я думаю по поводу нашего вчерашнего разговора. Про твою чудесную идею связаться с Лисом… У тебя ведь нет секретов от соседей, Мариш? О! Могу ещё песенку тебе спеть! Какую ты там любишь? Вспомнил!

У синего моря, где бушуют бураны,

Жила там девчонка с именем странным…[1]

Заголосил Ярик прямо в динамик, оглушая своим пением меня и всю округу.

Да он издевается!!

- Подожди меня, я сейчас его придушу и вернусь! – бросила я Елисею. Не дожидаясь от него ответа, выскакиваю за порог в тёплую майскую ночь.

Злобно отстукиваю каблуками по дорожке, ведущей от дома до калитки, и на ходу приглаживаю растрёпанные волосы. Хотя толку-то от этой манипуляции? Припухшие от поцелуев губы я всё равно не скрою, смятое у подола платье тоже. Да и вообще, какого чёрта я должна что-то скрывать?! Пускай Мереминский любуется моим внешним видом и знает, что на нём свет клином не сошёлся!

И ведь надо же ему было явиться именно сейчас! Когда я уже была готова... Да на всё я была уже готова! И в первую очередь выкинуть из головы этого синеглазого гада!

Лампочка у него там, что ли, загорается, оповещая, что я вернулась домой?!

До самых ворот я шла и мысленно костерила Мереминского на все лады, пока этот грёбаный романтик вовсю надрывался, громко и с выражением распевая слова старой песенки, на радость моим соседям.

Хотя про радость это я, конечно, погорячилась. Ни стыда, ни совести! Перебудит сейчас всю округу своими «Алыми парусами», свалит домой, а мне потом разбирайся с недовольными жильцами из соседних домов!

Едва успеваю распахнуть калитку, как Мереминский тут же проскакивает на участок и одаривает меня хитрой улыбочкой, от которой у меня начинает сладко ныть сердце. А вместе с тем поднимается внутри настоящая паника. Потому что злобный, молчаливый Мереминский, которого я видела утром – это было ещё полбеды. Ему я могла противостоять. Раздражённый Мереминский, который пытался перехватить меня у офиса и пререкался с Лисом – это тоже было не так уж страшно. Его я могла просто проигнорировать. Но весельчак Мереминский, который шёл напролом, подключив в виде тяжёлой артиллерии своё природное обаяние и нескончаемый запас шуток – это была моя ходячая погибель. Перед таким Яриком я всегда пасовала и в конечном итоге делала всё, что он хотел. Именно в таком настроении он с лёгкостью склонял меня к нужному ему решению. Я даже не понимала, в какой момент просто сдавалась под действием его чар. И если он вбил в себе в голову, что мы должны поговорить именно сейчас, значит, так оно и будет.

Или… после вчерашнего вечера в моей крови всё-таки начал вырабатываться иммунитет к его обаянию?

- Ты правда думала, что сможешь от меня бегать до скончания века?

- Я думала, что ты понимаешь человеческий язык, - огрызаюсь я, скрещивая руки на груди. – Мы друг другу всё сказали вчера. Больше нам с тобой разговаривать не о чем.

- Неужели? – делает шаг ко мне, продолжая освещать ночную мглу своей белозубой улыбкой.

- Да. Тебе лучше уйти. У меня гости, – невольно отступаю я.

- Уж не господин Меланчук пожаловал к тебе в столь поздний час? – притворно изумляется Мереминский, кивая в сторону чёрного автомобиля, припаркованного на подъездной дорожке.

- Да.

- И тоже на чашечку кофе? – выгибает бровь Ярослав.

- Какие мы догадливые, - цежу я в ответ.

Вот ни черта не смешно! От былого романтичного настроя не осталось и следа. Сейчас мне просто хотелось выпроводить непрошеных гостей и остаться одной в тишине.

Тоже мне, понимаешь ли, придумали оригинальный способ напроситься к девушке в гости! Раз такие умные, пускай плантацию себе разведут кофейную и наслаждаются этим прекрасным напитком в обществе друг друга!

- Надо бы его выпроводить, - заговорщицки подмигивает мне Ярик, улыбаясь так, что моё глупое сердце вновь начинает неистово отстукивать в груди.