Давай попробуем летать

Глава 4 «Урок» от Ядовитого принца.

«Урок» от Ядовитого принца.

— Итак... — за последним учеником закрылась дверь, оставив меня и юную грубиянку наедине. Хотя это громко сказано — грубиянка. Сейчас она больше походила на испуганную зайку, что отчаянно кусала пухлую нижнюю губу, пряча лицо за светлыми волосами. — Фиалковски?

Скрестил я руки на груди, упираясь бедром в преподавательский столи привлекая к себе внимание. Робкий голос, тише шелеста листьев осенью, стал мне ответом:

— Д-да, профессор.

— Подойдите ближе, адептка. Хотя бы во второй ряд.

Я приглашающе взмахнул рукой, но девчонка лишь побледнела и отрицательно качнула головой:

— Спасибо, мне и тут хорошо.

И руки под стол убрала, не зная, куда деть взгляд от страха. Я на миг действительно почувствовал себя монстром. Не сказать, что таким я не был. И тем более совру, если скажу, что данный факт когда-то меня заботил или давил на совесть.

В общих чертах, адепты о моей персоне были наслышаны,хотя слухи, как всегда, были сильно приукрашены и ходили впереди меня. Как итог — умные делали выводы и под горячую руку не лезли.

Так что со своими подопечными я зверствовал очень редко. И всё же казусы были. Были и те, которые вылетели из сего обучающего заведения с моего пинка для ускорения. Были и те, которые в придачу ещё и пару переломов получили, опять-таки от моей лёгкой руки.

И ни с одним из них я почему-то не чувствовал чего-то наподобие сегодняшнего. Нет, этот ребёнок пока не заслужила ни первого, ни второго. Её ответы меня как преподавателя удовлетворили. И даже после того, как Фиалковски блеснула знаниями, стало понятно её воинственное желание отвоевать ту книгу по ядоделию.

Всё логично. Всё-то оно всё.

Но преподать урок ей всё-таки стоит. Ядовитый принц я сего заведения в конце концов или кто?

— А скажите мне, адепткаФиалковски, как так вышло, что у вас человеческая фамилия, драконье имя в придачу ещё и мужское, а родом вы из Изумрудной Долины?

Девчонка недоуменно моргнула, аккуратно наблюдая за мной из-под ресниц. Немного расслабившись, она коротко себе кивнула. Неужто решила, что я её не узнал? Хм, какой наивный ребёнок.

— Хм, — тонкие пальцы убрали за ушко золотистый локон, привлекая к этому жесту моё внимание. — Так вышло, что я родилась во время войны... И... Родители погибли...

Я едва ли её слышал.

— Чуть громче, Фиалковски. — властно бросил, слегка раздражающе. Мои глаза по-прежнему блуждали по её тонким кистям с миниатюрными пальцами.

— Хм, да. Меня вырастила тётя, но она погибла, и я перешла под крылоеё дочерей моихстарших сестёр. Одна из них вышла замуж в Долине, и меня забрали к себе. Вот так...

Скомкано ответила она, не вдаваясь в подробности и не упоминая имён. Либо умная, либо не желает привлекать к себе внимание. Что в принципе одно и тоже.

Но я чуял, что она что-то недоговаривает. Скрывает. Умалчивает. И это интриговало. Заставляло хищно пройтись языком по клыкам в предвкушении развязки этой тайны.

Что может быть ценнее для дракона, кроме сокровища? Как известно, сокровища всегда охраняют. И ничего на этом свете не охраняют сильнее, чем тайны.

— Что насчёт имени? Эзра — с древнего наречия драконов это «помощь» или «тот, кто помогает».

Она тут же нахмурилась, тяжело вздохнула, пряча взгляд. Не позволив прочесть свои эмоции.

— Я... Хм... Не знаю насчёт имени. Наверное, услышали родители где-то... И понравилось...

Она неуверенно пожала узкими плечиками.

Всей своей зажатостью давая понять, что тема ей неприятна. И разговаривать она не желает.

Что-то в её зажатости и этих жестах показалось мне знакомым. Где-то я уже это видел.

— А насчёт факультета, адепткаФиалковски. Как же вас угораздило поступить на артефактории? На данной специальности обычно мало девушек.

— И это неправильно! — она воинственно подняла слегка вздернутый нос, робко заглядывая мне в глаза. — Артефактория — наука подвластная и девушкам! Это интересно и реально!

— Разве? — я скептически приподнял правую бровь. — Женщина и кузнечное дело?

Она поджала губы и взглянула на меня с вызовом. Так забавно, как мышка перед ястребом.

— Вы некорректны, профессор. — Девчонка вздернула подбородок. Но, столкнувшись с моим прямым взглядом, тут же пожалела о своей воинственности и дерзости. Поникнув, она чуть тише продолжила: — Артефактория — это не только кузнечное дело, плотничество и ювелирное искусство. Вышивание, плетение, лепка и даже резьба по дереву. Всё это по силам женщины, и даже где-то она талантливее в этом, чем мужчина.

Что ж, инстинкт самосохранения в ней есть. Как и чувство такта. Но, несмотря на это, её слова заставили меня улыбнуться. Покладистая, но со стержнем внутри.

Такие редкость. Ещё и среди людей. Интересно, как её только не выдали замуж? Человечки же, у них разговор с этими короткий, особенно с сиротами.

— Что ж, ЭзраФиалковски, вам удалось меня заинтриговать. Пожалуй, я даже буду иметь удовольствие наблюдать за прогрессом вашей группы. — Хмыкнул я, и прижав томик Нояк к бедру, шагнул с кафедры на пол.

Она недоверчиво следила за каждым моим шагом.

— Помните о ваших словах, Фиалковски. Потому как я до окончания семестра точноих не забуду. — Посоветовал я юной магичке, зашагав в сторону двери. Тихое девичье «Да, профессор» раздалось в спину как раз в тот момент, когда я взялся за круглую ручку двери. Тут я замер.

— Чуть не забыл, — Поворачиваюсь к ней корпусом. — К понедельнику краткий реферат о символистике ядовитых растений гор, страниц на двадцать, скажем так...

Тепло приятной негой стекает по моему израненному эго, когда девчонка буквально не хватает воздуха от возмущения. Щёки краснеют, а глаза горят.

— Но... Профессор, за что?!

— За учебник по ядоделию, Фиалковски. За учебник по ядоделию. — Махаю ей рукой на прощание и покидаю аудиторию, оставляя затихшую девушку позади. Что ж, жизнь жестока. Даже для таких хорошеньких, невинных детишек, как ЭзраФиалковски.