Давай попробуем любить

Глава 2

"Семья это место где тебя помнят и ждут. Хотя вру, семья это не место, это люди которые любят и всегда рядом."

Ромина Фиалковски

Часть l

— Ниласэ, оно же ещё сырое! — подняла на младшую голос всегда спокойная Эзра, поймав кошку за наглым воровством. Они со старшей сестрой, к слову, сидели у стола и разделывали филе кабана. В казане на слабом огне томилось мясо для свеженины. Почки, печень, сердце и лёгкие — всё было тщательно промыто и, нарезанное на средние кусочки, в шипящем масле готовилось на красных углях. Но Ниласэ не могла дотерпеть, всё совала под крышку свой кошачий носик.

— Пружинка, сходи в погреб, принеси пять-шесть луковиц и почисть. И ещё бочонок помидорок в своём соку.

— Так последний же... — любовно, с лёгкой обидой протянула младшая, уж как она любила помидоры — это отдельная история. Потому и добавила грустное: — Дави их только вчера приняла.

— Неси, — махнула рукой Эзра, — какая свеженина без сока помидоров и и лука? Да и не весь бочонок добавим!

Это я слышала с улицы. От того, что печка горела с самого утра, в доме стало нестерпимо жарко, и сёстры распахнули окно. Пока они резали филе на длинные пласты, потом сворачивали их в рулетики, щедро присыпая солью, я, вооружившись маленьким топориком, рубила ребрышки и позвонки своей добычи.

Охотник из меня паршивый, что правда, то правда, так что приходилось импровизировать с моими куклами. Вспомнив про них, я тихо вздохнула, бросила взгляд на поваленную на лавку возле колодца деревянную куклу в человеческий рост, у которой не досчиталась пары конечностей. Оторвал клыками царь лесов, но хоть благо, что поймали. Но с Ли придётся помучиться, пока приведу в былой вид.

Порубив косточки так, чтобы они уместились в бочонок, я бросила их в большое деревянное ведро с холодной водой, чтобы кровь вытекла...

Вернулась в дом и хмыкнула при виде того, как Нила обливается слезами, очищая лук. Но ничего, зато такой вкусный обед мы давно не ели, обычно с учебой и работой этой проклятой я только и успевала принести припасы сестрам и подлечить Алисию и Эзру. А тут почти два дня, что вместе. Жаль, мне завтра уже уезжать.

— М-м-м... Как пахнет. — Закатила глаза старшая из нас. И светловолосая Эзра, лишь перекинула за спину толстые косы, фыркнув с доброй улыбкой.

— Ну хоть что-то ты хочешь, и при этом не тошнит.

— И не напоминай, — отложила нож Лисси, как мы называли её с детства, и, вытерев руки полотенцем, отпустила ладони на свой большой, но аккуратный животик.

На миг по её красивому лицу прошлась гримаса боли и выступил на лоб пот.

— Опять дерутся, — обеспокоенность скользнула и в чертах лица Эзры. Сглотнув, я мигом подбежала к столу и опустилась на колени перед Лисси, прижав руки к её животу. Мысленно моля Дух Природы, чтобы малыши сами смогли вытянуть из меня энергию. Ведь отдавать её добровольно я не могла. Пять минут ничего не происходило, я уже было отчаялась. Как почувствовала, что слабею, дети перестали опустошать друг друга и свою мать, а уже испивали меня тоненькой струйкой.

— Давина, хватит! Ты сейчас свалишься в обморок!

Но вопреки крикам сестры, я убрала ладони с теплого даже сквозь платье живота, лишь когда детки уснули, сами оставив источник питания...

С трудом встав с пола, я всё-таки пошатнулась и тяжело упала на лавку возле печки. Нила опять провозилась в погребе, и я смогла озвучить свою мысль, что давно крутилась в голове.

— Нужна кровь нага, иначе ты роды не переживешь... И они тоже.

Эзра рассеянно кивнула, пока старшая стыдливо отвела взгляд. Ей до сих пор стыдно за случившееся. И винит во всем она по привычке только себя.

- Только где её найти? — задумчиво покрутила ножом в воздухе единственная блондинка среди нас, даже не так, у Эзры были золотые кудри, что наталкивало на то, что папочка её был из породы золотистых.

- Найду, — твёрдо качнула головой, — только скажи, какого цвета искать, сестра?

Алисия отвернулась от меня, тяжело вздохнула и сморгнула слёзы.

— Не найдёшь, Дави. Не найдёшь...

— Не глупи, старшая, — из коридора послышался голос Пружинки, — Давина все равно едет к нагам, быть может, найдёт, кому кровь пустить.

— Ниласэ!!!

Мы с Эзрой одновременно подняли голос, но мелькая лишь подняла возмущённо подбородок.

— А что, Ниласэ?! Им нашу жизнь можно портить, а нам ихнюю нет?

Как же быстро она растёт и всё понимает. Признаться честно, я скучаю по тем дням, когда несмышленая малышка едва могла связать два слова.

— Нила, принеси, пожалуйста, соли из погреба. Будем солить мясо.

Бесцветно выдавила из себя Алисия, и на этом разговор был окончен. Весь день до глубокой ночи я помогала сестрам: сушить, коптить, солить мясо и сало. Жаль, что это были единственные припасы, что сейчас я могла позволить оставить им сейчас перед отъездом. Но с работы меня уволили, когда я заикнулась об отъезде. Мыть посуду в таверне теперь могли и другие. А монет в кармане осталось мало. Конечно, мяса им хватает на пару месяцев. Но они у меня все требуют нормального питания, особенно весной. Овощи, фрукты, зелень, каши всякие.

Уезжая на второй день рано утром, я оставляла в погребе пару бочонков ребрышек в солёном растворе, ещё два бочонка с солёным мясом. Два копчёных рулета и подвязанное на верёвках вяленое мясо. Каждый деревянный бочонок на один пуд. Один мешок кукурузной муки и ещё один мешок картошки. И пару плошек соли. Не густо. Но я надеялась разжиться работой на месте практики, не буду я три месяца сидеть только их поля исследовать?!

- Уже уходишь?