Давай сыграем в любовь

Глава 3 - Кристина

Выхожу из такси. Соболев настолько обнаглел, что не соизволил даже подвезти меня до своего дома. Он у него находится практически за городом, а вокруг сплошной лес, горы и тишина.

Переминаясь с ноги на ногу, смотрю, как с неба падают снежинки. Первые в этом году. Ух… морозно тут, конечно. Я еще и оделась так… Одно из правил моего образа фиктивной девушки — строгий внешний вид. Никаких ярких кофт и юбок, только темные или нежные светлые тона, и волосы обязательно должны быть собраны в хвост либо косу.

Руслан сказал, что ему нужна девушка только для родителей, в универе мы с ним продолжим быть незнакомцами или врагами. На вопрос, почему именно я, Соболев не ответил, как и не рассказал, для чего вообще весь этот цирк. Скинул только адрес и время, мы с ним даже толком историю нашей типа любви не продумали. Тоже мне стратег.

Высокие ворота открываются, и я вижу, как быстро приближается ко мне мой «парень». На нем кремового цвета свитер и темные брюки. Руки скрещены на груди, а на волосах уже успели осесть снежинки. Домашние тапочки дополняют образ… ну точно — хорошего мальчика. А ведь в универе он тот еще хулиган и задира. Многие побаиваются Руслана и его компашку — никогда не знаешь, чего от них ожидать.

— Шустрее, Лисица, — машет он, чтобы я подходила.

— Твои родители знают, что ты гоняешь на байке? — спрашиваю я между делом, когда мы направляемся к дому.

— Запоминай, Крис. — Он опять пропускает мой вопрос. Да что ж такое?! Какой-то тотальный игнор. Нет, я тоже не горю особым желанием становиться его другом, но как иначе мы сможем поддерживать теорию наших якобы отношений? — Мы познакомились в универе и вместе уже год.

— Год? — ахаю я, останавливаясь.

— Год — это двенадцать месяцев, Лисица, — ехидно подмечает он. — Ты учишься со мной в одной группе и идешь на красный диплом, — продолжает Соболев, пока я оглядываю ухоженный сад, мимо которого мы шагаем.

— Что еще?

— Ты вегетарианка, — огорошивает он меня. Господи, я ведь обожаю мясо. — И часто поддерживаешь петиции против насилия над животными.

— То есть… мне даже нельзя будет есть всякие мясные вкусняшки? — с грустью вздыхаю я.

— Что же еще…

Мои вопросы сегодня, видимо, ответов не получат. Неужели Соболев совсем не переживает, что я могу где-то промазать? Мы же с ним толком ничего не обсудили в кафе, я его почти не знаю. Единственное, он сказал, что ему на месяц, может, два, нужна фиктивная девушка. Мне придется какое-то количество раз прийти к нему домой, пообедать или поужинать с его семьей, и на этом все. Дело несложное, но его подход немного напрягает.

— Руслан, — я дергаю его за руку, заставляя резко повернуться. — А если у меня…

Договорить не успеваю, дверь открывается, и перед нами появляется женщина, очень милая, с дружелюбной улыбкой. На ней светлое вязаное платье, волосы собраны в высокую прическу, на лице почти нет макияжа. Она выглядит скромной и при этом достаточно молодой, привлекательной.

— Мам, — Соболев моментально меняется в лице и из вредного колючего ежика превращается в покорную лань. Вот это да. — Ты чего вышла? Холодно же.

— Ну как не выйти? Такое событие. — Она спускается ко мне и протягивает руку, маленькую, с тонкими пальцами, довольно изящную. Я тушуюсь несколько мгновений, затем принимаю ее рукопожатие.

— Здравствуйте, — почему-то смущаюсь, будто знакомлюсь с мамой своего реального парня. — Меня зовут Кристина.

— А я Лидия Владимировна, мама Русика, — сколько тепла в ее голосе, мне даже не верится, что они родня.

— Рада знакомству, — киваю я, закусив губу.

Она подается ко мне и шепчет уже на ухо так, что Руслан не слышит:

— Сегодня особенный день, мой сын никогда не приводил девушек знакомиться. Я немного волнуюсь.

— Мам, пойдемте в дом.

Милая атмосфера разрывается, когда мы переступаем порог шикарного особняка. Я не успеваю осмотреться, как тут же встречаюсь с суровым взглядом мужчины, на которого очень похож Руслан. Они будто клоны — тот же нос, скулы, даже стрижка в чем-то схожа.

— Пап, мы уже идем.

— Время не резиновое, — бурчит мужчина и, не удосужившись представиться, направляется в сторону, судя по всему, обеденной комнаты. Вот в кого пошел Соболев — в отца.

Стол, к слову, накрыт шикарно, словно в ресторане: тут и салаты, рыбные и мясные блюда, фрукты, в том числе клубника. И все, главное, таким вкусным выглядит. Живут же люди!

Руслан отодвигает для меня стул, мы усаживаемся с ним напротив его родителей. Прислуга разливается нам вино и соки, затем уточняет, кто и что хочет, и я, позабыв обо всем на свете, прошу положить мне кролика в сливочном соусе.

— А я думал, вы, Кристина, вегетарианка, — строгий голос отца Руслана обжигает, словно удар хлыстом. Я аж выпрямляюсь. Соболев кидает в мою сторону убийственные взгляды, пока с меня сходит сто потов. Божечки, ну и ситуация.

— Так я не себе, — нахожусь я, меняя интонацию на фальшиво-игривую. — Это Русику. Он любит кролика. Да, любимый? — От «любимого» у Соболева вытягивается лицо. Это выглядит так забавно, что мне с трудом удается сдержать смешок.