Давай сыграем в любовь

Глава 44 - Руслан

В универ приезжаю рано, не потому, что прямо жажду учиться, а из-за бессонницы. Несмотря на то, что я всю ночь просидел перед монитором, прописывая рекламную стратегию продвижения своей игры, сна ни в одном глазу. В лучшем случае, задремал на часа три и встал в шесть без будильника. Повернулся на один бок, другой, и нифига. Плюнул на все, сел в машину и приехал в институт.

И надо ж, первым кого встретил на своем пути – Оксана.

Мы с ней сталкиваемся в коридоре главного корпуса. Она как всегда при параде: тонкая высокая шпилька, брючный костюм, волосы струятся водопадом по плечам. В глазах огонь, уверенность дикая и улыбка, от которой прохожие парни явно ощущают тесноту в штанах. Меня тоже раньше пробирало, теперь – пусто. Просто красивая картинка, не больше.

Оксана перегораживает мне дорогу и с крайне серьезным видом говорит:

– Можем отойти?

– Ну пойдем, – соглашаюсь, выдохнув. Не хочу с ней вести разговоры. Меня максимально не интересует все, что связано с этой роскошной девушкой.

Мы отходим к лестнице, затем сворачиваем под нее, чтобы скрыться от посторонних глаз. От Оксаны исходит цветочный аромат духов, и я морщу носом – слишком терпко, навязчиво, как и сама его хозяйка.

– О чем будем говорить? – перехожу сразу к делу, мысленно отсчитывая минуты до окончания этого ненужного диалога.

– У меня к тебе предложение, – она делает шаг навстречу, дотрагивается своими длинными ноготками до моей груди. И ведет так медленно, заигрывающе, словно ждет, что я сейчас растаю. Выгибаю бровь, смотрю на Оксану все тем же высокомерным взглядом, а она уже до пуговицы на моих джинсах дошла. И как только собирается ее расстегнуть, я резко откидываю ее руку.

– Что… – опешив, шепчет блонда.

– Какого черта? Хотел бы я тебя поиметь, сам бы пришел. Смекаешь?

Губы девушки начинают дрожать, открыто демонстрируя, что мои слова ее задели. Да и плевать, я никогда не считал себя джентльменом с отменными манерами. А еще в моей голове вдруг вспыхивает другая картинка, как было бы круто, если бы на месте Оксаны все эти манипуляции проводила Кристина. И это с одной стороны, будоражит кровь, с другой, толкает меня в яму.

– Соболев, ни один парень, слышишь, – голос у Оксаны издает треск, как провод, которым может бахнуть током, если к нему притронуться. – Ни один не смеет со мной так разговаривать.

– Так я тебя не держу, – развожу руки в стороны, а следом обхожу ее, но Оксана, видимо, не может принять такой вариант. Она снова изводится ядом.

– Я тебя не прощу!

– Да, пожалуйста, – махнув на нее, как на надоедливую муху, я уже подхожу к лестнице, как в мою сторону летит очередная реплика.

– Прямо сегодня! Слышишь! Ты прямо сегодня об этом пожалеешь! Малолетка конченный!

Не отвечаю ей, не в моих правилах грубить девушкам. Вытаскиваю наушники-капельки из кармана, втыкаю их в уши и погружаюсь в музыку. Усаживаюсь на свободный стул в коридоре нашего корпуса и какое-то время стараюсь выкинуть все мысли из головы. Хочется уже спокойствия. Просто существовать, а не это все.

Вчера Кристина меня так вывела, когда стала заступаться за Германа. Бедненький мальчик. Такая у них любовь, понимаешь ли, что тронуть его нельзя. А я ведь и не думал изначально с ней разговаривать, но потом увидел на остановке, нет, даже раньше… Точно. В универе, когда она на корточках собирала пожитки в рюкзак. В этот момент меня накрыло снежной лавиной. И я захотел ей сознаться в том, что думаю о ней нон-стопом, что уверен, она тоже меня хочет. Такое у меня внутреннее ощущение, которое редко подводит.

Но стоило увидеть Германа возле подъезда Лисы, как все внутри у меня сломалось. Будто кто-то взял и врезал с кулака в челюсть. Я злился. На нее. На себя. На то, что в груди у меня атомная бомба. И она, будь оно не ладно, включила обратный отсчет. С психу я пожелал им счастья, хотя какое может быть счастье, если мой кулак норовил врезать блондину в челюсть?

Правда, обмусолить эту тему в сотый раз я не смог. Ко мне подсаживается Арс с Гором и выжидающе смотрят, будто ждут чего-то такого, сверхъестественного.

– Что? – не понимающе буркнул я.

– А ты знал, что Кристина немного… ну… – мнется Ставицкий.

– Да чушь это, – Глеб вырывает у него мобильник из рук и что-то там внимательно изучает.

– Думаешь, это ИИ?

– Честно сказать, – жмет он плечами. – В этом мире я уже ничему не удивлюсь. Сейчас голоса через нейронку прогоняют мошенники и так у людей бабки вытягивают. А тут…

– Вы о чем вообще, парни? – громко цокнув, я вытаскиваю наушники, убрав их в чехол. Может пропустил часть разговора из-за музыки? Никак не возьму в толк, о чем они.

– Сам глянь, – Гор протягивает мне телефон. Несколько секунд молча смотрю, потом до меня доходит весь контекст видео, и с губ слетает мат. Сердце глухо заходится, руки сжимаются в кулаки, ощущаю, как адреналин в чистом виде заполняет тело. Какого дьявола?

– Настоящая или нейро? – уточняет зачем-то Глеб.

– Настоящая, – на автомате отвечаю, пальцы все жестче сжимают мобильник, что кажется, он вот-вот треснет.

– Тогда я ей не завидую, – со смешком говорит Ставицкий и тут же получает мой убийственный взгляд. Я вспоминаю, как избил Влада за ролик, и ведь тогда мне было наплевать на Кристину. Теперь же ситуация в корне поменялась, так что ощущения более острые, жесткие. Хрустнув шеей, сглатываю.