Давай забудем...

= 6 =

*Карина*

В ванной комнате, как всегда, клубится пар и пахнет бананово–мятной пеной для купания. Шапки этой самой пены хлопьями лежат на поверхности воды и окружающих предметах, а еще на голове и носике малыша, порозовевшего от водных процедур. Он радостно хлопает ладошками по воде, устраивая шторм для игрушечного кораблика, барахтающегося рядом с ним. Задорно смеется и вновь поднимает в воздух брызги ароматной воды с мыльными пузырями. 

Такую шалость я позволяю ему нечасто – экономим воду и мамино время. Но сегодня у меня нет вечерней смены, а завтра вообще выходной. Так что, вот уже полчаса, как мой малыш плещется в ванной, устраивая бури и потопы, а я сижу рядом на невысоком стульчике и, поглядывая одним глазом в телефон, другим слежу за его шалостями. 

Довольная мордашка, разрумянившиеся щеки и радостный детский визг – приятный антураж моего тихого вечера. Еще чуть–чуть, и пора будет сворачивать увеселительное аквашоу, иначе потом до полуночи я его просто не успокою. А пока…

Я откладываю телефон, встаю со стульчика и, в один шаг сократив расстояние между нами, опускаюсь на колени около ванны. Взбиваю шапку пены на своих ладонях и, подув на нее, устраиваю шоу мыльных пузырей. Разноцветные воздушные шарики взлетают вверх и оседают на воду и на смеющегося карапуза. 

— Э–э–э–э, нет! — шутливо возмущаюсь я, когда маленькие ладошки бьют по воде, и теперь уже фонтан мыльных хлопьев окатывает меня. Я становлюсь похожей на мокрую курицу, стряхивая с волос остатки пены, — мы так не договаривались, — качаю головой и щелкаю довольного сынишку по маленькому носику–кнопочке. 

Он забавно морщиться и норовит повторить процедуру омовения, но я молниеносно подхватываю его под подмышки и вынимаю из воды. 

— Не–е–е–ть! — недовольно сучит ножками и зло хмурит бровки мой единственный и любимый мужчина во всей вселенной. 

— Дять! — в его манере отвечаю я и закутываю обидевшегося мальчишку в большое пушистое полотенце, — в комнату и мультики, — предлагаю ему альтернативу, чтобы сменил свой гнев на милость. 

Волшебное слово действует безотказно. Обида тут же уходит на задний план, а затем и совсем растворяется, когда на экране мелькает заставка любимого всеми детьми мультсериала. 

Я быстро вытираю сынишку, облачаю его в пижамку и, опустив в манеж, ухожу в ванную убирать последствия водных баталий. В этом небольшом пространстве совмещенного санузла сейчас полнейший хаос. Окидываю все это безобразие немного уставшим взглядом и так хочу окунуться в расслабляющую безмятежность водной глади. Но, увы, мне горячая ванна с душистой пеной «светит» не раньше, чем часа через три, когда мой годовалый карапуз уснет богатырским крепким сном.

Ловко справляюсь со всем мыльным безобразием, протираю насухо пол и расставляю все резиновые игрушки по местам, а затем иду на кухню. Быстрый ужин, и я смогу часик посидеть за ноутбуком, доделывая заказ по оформлению веб–сайта одной успешно–развивающейся цветочной фирмы. 

Раскладываю по тарелкам картофельное пюре и паровые котлетки. Наливаю вкусный яблочный компот, расставляю все это на небольшой поднос и несу в комнату. Это тоже часть ритуала, после вечернего купания слопать незамысловатый ужин под аккомпанемент мультяшных зарисовок.

Но не успеваю с комфортом разместится на диване, как телефонная трель нарушает наше с сынишкой спокойствие. Звонок с работы. Это я могу определить, даже не заглядывая в экран орущего аппарата. 

По спине пробегает холодок нехорошего предчувствия, и я, переглянувшись с Васяткой, прикусываю губу в размышлении. Имею право не отвечать – у меня выходной и маленький ребенок, а на часах уже шесть вечера. Но, с другой стороны, у меня самая идеальная работа, для моего положения и отличное начальство, и звонить они будут мне только в очень крайнем случае.

Чуть расстроенно вздыхаю, ставя крест на безмятежном отдыхе, и отвечаю на входящий звонок. 

— Карин, солнц, срочно приезжай! — без приветствия, почти с налету, требовательно заявляет Ксю – моя подруга и администратор отеля, в котором я работаю. 

— Ксю, — торможу ее запал, — во–первых, объясни, что стряслось. Во–вторых, ты в курсе, что Васятку мне девать некуда… 

— Я все помню, я все знаю, но тут такой ажиотаж и велено прибыть всем сотрудникам. 

— Да что у вас там за десять часов успело случиться? Президент что ли нечаянно попутал курорты и завалил к нам? 

— Хуже! — выдыхает взволнованно она, — через час здесь будет новый владелец. Звонил Инессе, потребовал собрать весь персонал в конференц–зале для знакомства.

— Дурдом! — возмущаюсь я, запихивая в рот котлету, чувствую, ехать придётся и отвертеться не получится, а я голодная, как волк, — а завтра он не мог все это организовать? — жуя, продолжаю свой недовольный спич, — как все нормальные люди – с утра…

Это уже был не вопрос, а так, мое брюзжание. Начальство оно такое, оно имеет право на многое. 

— Бери Васятку и гарцуй сюда, — заключает она, — не впервой, так что найдем кому его на время пристроить.  

— Скоро буду, — вздыхаю, проглотив вставший комом в горле остаток ужина.

На общественном транспорте до отеля на побережье добираться нам с сынишкой минут двадцать, включая поход до остановки и с остановки до места назначения. Но я решаю потратиться на такси. 

Довольно скоро облачаюсь в узкие брючки темно–синего цвета и белую футболку, на ноги удобные кеды. Вечереет, и я не забываю прихватить с собой кардиган. В рюкзачке все необходимое для ребенка, а сам малыш уже в модных джинсах и водолазке. 

Успеваю подхватить коляску–трансформер и сынишку, когда раздается сообщение о прибывшем и ожидающем нас во дворе автомобиле.

Несусь по лестнице вниз, забавно пересчитывая ступеньки с помощью детской считалки – так мы учим с малышом счет, а затем ныряю в ожидающее нас такси. 

— Ну и где он? — шепотом интересуюсь я у, стоящей около входа, Ксю, закатывая в холл отеля коляску с довольным сынишкой.