Даже если это любовь...

Глава 19

Уважаемые читатели, следующая выкладка ТОЧНО будет ПОСЛЕДНЕЙ!!! Книга практически сразу пойдет на редактуру. Все, кто читает в процессе, смогут дочитать. 

Глава 19

Еще раз напрминаю, что это черновик.

Он позвонил ей часа через три. Поинтересовался самочувствием, спросил, нашла ли она всё необходимое –  утром он приготовил ей зубную щетку, полотенце, расческу… и там же, в ванной около стиральной машины, оставил свои тапочки.

Алина не стала их обувать: его сорок пятый размер для ее тридцать пятого был равносилен лыжам, на которых она сроду не каталась.

 – Ты не голодная? – участливо спросил. – Поела?

 – Да. Позавтракала.

 – И всё? – кажется Кирсанов в легком шоке. – Ты на часы смотрела? Обедать давно пора.

 – Я ж проснулась недавно, еще не успела проголодаться.

 Алина улыбнулась. Она действительно хорошо поела. На столе нашла вазочку с печеньем, бутерброды с бужениной, сыр, шоколадные конфеты. По шкафчикам и полкам холодильника лазить не стала, потому как аппетита особо не было.

 – Загляни в холодильник. Всё что найдешь – твое.

 – Я поняла. Спасибо.

 Кирсанов появился дома около восьми. С порога забросал вопросами:

 – Не скучала? Что делала? Чем занималась?

 Алина опешила от такого напора – не успела ответить ни на один.

Артур прошел в комнату, окинул Алину внимательным взглядом. Чуть заметно улыбнулся. Кажется, он немного расслабился, когда убедился, что с ней все в порядке.

 – Ну, ты как?

 – Нормально, – немного смущенно ответила она.

 – Тогда может расскажешь, что вчера было? Почему плакала? – спрашивал мягко, спокойно, будто боялся напугать. Ему важно было знать, причины ее срыва.

 Алина залилась румянцем. Стало стыдно. Очень стыдно. Только уже всё случилось и ничего не изменишь, переиграть партию нет возможности.

 – Не знаю. – Тихо призналась. – Сама не понимаю. Наверно, перенервничала. Извини, пожалуйста.

 Артур ничего не ответил. Молча притянул к себе. Обнял крепко, давая понять, что все хорошо.

 – Ты уверена, что все в порядке? Если тебя что-то беспокоит – скажи.

 – Всё в порядке. – Подтвердила Алина, – это всё нервы.

 Он наклонился к ней и поцеловал. Нежно. Трепетно. Осторожно.

Долго целовал, а Алина и не сопротивлялась, отвечала, плавилась в его руках…

 К теме еды они вернулись, как только Кирсанов заглянул в холодильник.

 – Не понял? – от удивления его брови поползли вверх. Суп не тронут, котлеты, судя по всему, тоже. Громко вздохнул, но голос не повысил.

 – Алина, а ты почему не поела? Боишься отравиться или стесняешься?

 В ответ Алина пожала плечами. Вот как ему сейчас объяснить, что ее даже от одного вида продуктов выворачивает наизнанку. Обычное для нее дело: как перенервничает, так на еду смотреть не может.  Реакция организма на стресс такая. Мало кто верит, что такое бывает. Кирсанов, скорее всего, тоже не поверит.

 – Мне не хотелось. У меня бывает такое. Скоро пройдет, и я буду есть как удав. – Попыталась улыбнуться.

 Артур хмыкнул, но спросить не стал. Не стоит сейчас на Алину давить. Успеет он еще высказаться на эту тему.

 Он наливал себе кофе, когда Алина покачнулась: схватилась за край стола, стараясь сохранить равновесие.

Внезапно закружилась голова. Неудивительно, конечно, если учесть, что в последний раз Алина ела еще утром. Артур за долю секунды оказался рядом, и она почувствовала его крепкие руки на своей талии. Он, как всегда, заметил всё, что с ней происходит, понял, что сейчас она нуждается в его помощи.

Молча притянул ее к себе поближе, она же уткнулась носом в его грудь, прикрыла глаза и попыталась отключиться от реальности на несколько секунд. Знала, что не упадет: в его руках не страшно, они удержат. Моргнула пару раз, стараясь согнать с глаз сонную дымку. Не получилось. Наоборот, все еще больше расплывалось. Вот сейчас умоется холодной водой, и все пройдет. Только бы еще до ванной дойти и не убиться, тогда совсем хорошо будет.

 - Я не буду читать тебе нотации, но ты ведь сама понимаешь, что голодные обмороки не сулят ничего хорошего. - Тихо сказал он, еще не зная о том, что Алина его уже не слышит - провалилась в темноту, и стала медленно сползать вниз.

 Она очнулась в кровати, рядом сидел Артур. От его напряженного, беспокойного взгляда сердце сжалось.

 - Всё в порядке. – Прошептала она. Протянула руку ко лбу, потому что ей что-то мешало: тяжелое, будто давящее. Артур опередил ее. Убрал сам. Алина прищурилась, вглядываясь. В руках Кирсанова оказалось полотенце. Она съежилась, вспомнив какое оно на ощупь. Мокрое и холодное.

 - Я вижу, как в порядке. – Кирсанов всем своим видом демонстрировал недоверие и осуждение. – Ты дождешься, пока я отвезу тебя в больницу, где тебя начнут кормить с помощью капельниц. Насильно. – Рубил фразами тишину. – Ты этого добиваешься?

Она улыбнулась.

Смешно ей! А у него сердце чуть не остановилось, когда он понял, что Алинка сознание теряет. Это страшно. Очень страшно видеть, как твоей любимой женщине плохо.

Любимой? Да, любимой. Она давно опровергла его теорию о любви, давно поселилась в его сердце, мыслях, желаниях. А теперь даже думать не хотелось, что с ней может случиться что-то непоправимое. Жутко наблюдать за тем, как кровь отходит от ее лица, делая кожу смертельно бледной.