Дед Мороз для Пульки

Даша

Даша

Закрываю дверь и долго стою, прижавшись к ней спиной. Не могу перестать улыбаться. Мне нравится, как он на меня смотрит. В детстве я была бы счастлива до небес, если бы он меня просто заметил.

Я рвалась в соседнюю квартиру с того момента, как только впервые увидела этого парня. Он был слишком серьёзным, слишком правильным, слишком красивым, слишком взрослым. А я была просто мелкой и потому незаметной. Каждое утро я требовала, надеть на меня платье, которое считала самым взрослым и модным в моём детском гардеробе. Я точно знала, что выйду за него замуж. Какие могут быть сомнения, когда на тебе красное платье в весёленький горох с воланами и крылышками. Я мельтешила в соседской квартире каждый день, ожидая, что он придёт, увидит и полюбит на веки. Но он пришёл с подружкой, на которую смотрел так, как должен был смотреть на меня. Заметив меня, протянул мне две конфеты в красивых фантиках с золотинками. Конфеты пахли беспечным детством и абсолютным счастьем. Я взяла их и убежала рыдать. Невозможно подсластить горечь безответной любви даже самыми вкусными конфетами.

И вот теперь он смотрит на меня так, как я и мечтать не смела. Только теперь я большая взрослая проблема, с ребёнком и бабушкой-инвалидом. К тому же без образования и без работы. Невеста с прицепом, как говорит мой отчим.

Звонок в дверь выводит меня из раздумий. Открываю дверь.

— Дашенька, вот держи шарлотку и оливье. Я ещё мясо из духовки возьму и к вам.

Наталья Сергеевна вручает мне блюдо с пирогом и вазочку с салатом. Не закрываю дверь, она быстро вернётся. Пора накрывать на стол. Нечего мечтать о несбыточном. Он снова принёс мне конфеты и ушёл. Теперь я старше его, на целого ребёнка.

— Так, а что это у вас ёлка ещё не нарядная? Даша, давайте-ка с Сонечкой наряжайте, а я оливье заправлю и на стол накрою.

Растерянно смотрю на ёлку. А как её ставить-то?

— Подставки у вас нет? — догадывается наша соседка. — Та-а-ак. Мишка про неё и не подумал, и я забыла. Позвони ему, Даша, может, он что придумает, посоветует. Мужчины в этих вопросах посообразительнее нас.

— Так нет у меня его номера, — растерянно хлопаю ресницами.

— С моего телефона звони.

Щёки тут же вспыхивают огнём, сердце срывается в бешеный ритм. В последних звонках нахожу нужный номер и делаю вызов.

— Да, бабуль, — тут же отзывается он.

— Миша, это я, соседка…