Дед Мороз на полставки

Глава 6

Сергей Морозов

Морозов с иронией смотрел, как его натуральным образом "уводят из семьи", но и отцеплять от себя девчонку не торопился.

"Какая там семья?" - тут же мелькнула быстрая, горькая мысль. "Пародия!"

- ... Я уже думала - все!

На лице девушки отражалось такое облегчение, что едкие слова "Хатико не дождалась!" так и не сорвались с его языка.

А когда на уровне третьего этажа девушка привстала на цыпочки, при этом громко загрохотав бутылками в пакете, принялась что-то подслеповато высматривать у него между пушистой шапкой и накладной бородой, видимо, целясь в нос и глаза, - кое какой момент стал Морозову понятней, но не до конца.

- Знаешь, а я тебя другим запомнила, - нервно хохотнула она, сильнее вцепившись в его локоть. Даже сквозь шубу он почувствовал какой холод источают ее пальцы.

Ну и хитрая! Значит, нервничает она сильно - просто кто-то околел так, что готов запрыгнуть на первого горячего мужика. Он незаметно прижал ее руки поближе к себе. Мол, лови, малышка, с пылу с жару, не жалко. От нее приятно пахло свежестью и морозом, чем Морозов и воспользовался - сделав глубокий вдох. Он всегда любил по-ранней весне выйти на улицу и втянуть в себя всю невинную свежесть этого времени года.

Серега усмехнулся, что насторожило Хатико, и она навострила уши, в самом деле, как суетной щенок.

- Надеюсь, у нас все в силе? - строго наморщила она нос, а затем вздернула подбородок и нагло глядя в глаза проговорила:

- Но у тебя в любом случае нет выбора. Либо ты едешь со мной, либо ты едешь со мной, но связанным.

"Сегодня, действительно, удивительный день! - сказал бы любой знакомый Сергея. - Он искренне засмеялся в голос в третий раз подряд."

Хатико вроде даже смутилась после этого и тихо попросила его больше не смеяться так.

Как "так" Сергей решил не уточнять.

- А знаешь, думаю, тебе понравится у нас. У нас всегда весело. Ты потом этот Новый год будешь еще вспоминать и детям рассказывать. В общем все сошлось сегодня, понимаешь? - она торопливо тащила его за рукав из кабины лифта, словно ведя на привязи, при этом не умолкала ни на секунду.

Темно-зеленый Жигуль стоял у подъезда.

- Садитесь с правой стороны! - крикнул нам водитель, дотянувшись с водительского места до дверной ручки, и с небольшим щелчком изнутри приоткрывая заднюю дверь.

- Подожди, Снегурочка! - приостановил все девичьи порывы Морозов. - Ты уверена, что тебе нужен именно я?

Его вопрос звучал натужно и слишком серьезно, чтобы его проигнорировать и отнестись легкомысленно.

Надя резко развернулась, теперь она знала, что нужно смотреть сразу в эти внимательные, бархатные глаза. Кажется, такой цвет она видела в какой-то старой рекламе. Шоколадный бархат, в котором так легко утонуть. Вот и нашелся первый плюс плохого зрения, можно сказать, спасательный круг.

- Да, именно ты мне и нужен, Денис! - уверенно произнесла она. - Ты будешь моим Эрнестом Пуговкиным на эту ночь!

И Снегурочка ловко затащила себя, пакеты, и самого Морозова, который несколько потерялся в хитросплетениях ее логики, в автомобиль.

И тут Морозов решил, что раз ИМЕННО он нужен, то он согласен. Тот маленький ньюанс, то, что он так-то Сергей, а не Денис решено было опустить. Потом как-нибудь скажет.

Девушка тем временем щебетала словно сорока, не замолкая.

- Поможешь мне потом с кокошником. Ай... Ой..., - зашипела она. - Эти адовы бусы зацепились за волосы.

- Угу...

- Отличненько, - кивнула она и принюхалась. - А чем это у тебя там пахнет? Я еще в лифте почувствовала.

"Скучно точно не будет!" - кивнул про себя Сергей и нырнул в пакет. Он сам давно пускал слюни на этот пакет.

Надежда Шепелева

Кто бы знал, как я на самом деле волнуюсь!

Надеюсь, мой Эрнест не сочтет меня какой-то дурочкой.

А всё моя самая идиотская привычка из всех моих идиотских привычек - болтать не прекращая ни на минуту при нервных переживаниях. К годам это все наложилось на профессиональный навык учителя, про которых говорят: "за словом в карман не полезет". А как еще выжить историкам в современных реалиях полного доступа к информации. Иногда ученики такого расскажут, что хоть стой хоть падай. Вычитают что-то в интернете, посмотрят псевдо исторический художественный фильм, который "по мотивам", а Надежда Борисовна, может, и сама такого не знала никогда, вот и выкручиваюсь, обосновываю, обязательно ссылаюсь на реальные источники.

Мужчина тем временем полез в пакет. Была бы я по наглее сама уже туда нырнула. За весь день в мой организм поступил только растворимый кофе и привычной тост со сливочным маслом.

А Денис сидит и, словно дразнит, не спешит предложить продегустировать. Не жена же это ему с собой на работу приготовила.

- А ты женат? - тут же спросила, от неловкого вопроса прикусила нижнюю губу.

- Нет. И никогда не был, - серьезно ответил он. Из пакета вынырнул первый изрядно подмятый с одной стороны контейнер, который был тут же протянут мне.

- Надеюсь, вы не обделите бедного водителя? - донеслось веселое от водителя. - Такой чесночный аромат.

Предвкушая плотный и сытый перекус, открыла контейнер и замерла.

- А это точно можно есть? - подняла глаза на расстроенного "Эрнеста".

- Можно, - тихо сказал он. - Ошибся, взял пакет с морепродуктами, вместо мясного.

Я разочаровано разглядывала, расползшуюся черную козюлю на подложке из водорослей, посыпанною тертым чесноком зеленого цвета.

- Это... вкусно... - неуверенно проговорил кормилец и добавил, словно оправдываясь. - Я больше мясо предпочитаю.

Риск - дело благородное, - решила я и забросила жесткий комочек в рот.

- А, действительно, неплохо, - воскликнула, пережевывая нечто напоминающее странного осьминога с обилием чесночного соуса.

В салоне автомобиля воцарилась тишина, только шелест шин по заснеженной трассе и редкий скрежет дворников по лобовому стеклу. Наша машина целеустремленно мчала в сторону родительского поселка. Мы уже выехали за пределы города, и единственное, что можно было рассмотреть сквозь темноту зимнего вечера это силуэты заснеженных деревьев вдоль дороги. Традиционно окна в нашей отечественной машине начали запотевать и в самых углах затягиваться изморозью. Пришлось развернуться к двери спиной, в надежде, что меня не протянет сквозь шубу, края которой я плотно запахнула подмышками, а полы зажала между коленями. Если я ее испачкаю будет совсем не хорошо, все-таки собственность школьная.