Дедлайн в три головы, или Как ведьма Горыныча строила

Глава 5 (обновление от 05,02)

Василий переобулся в воздухе с грацией потомственного политика. Только что он тёр шкуру о пыльный сундук, а теперь изображал святость.

— Княже, я провожу дознание по всей форме, — промурлыкал рыжий махинатор, обвивая хвостом сапог Горыныча. — И знаешь, в речах этой вздорной девицы есть крупица смысла. Если она возьмёт на себя Топи, у тебя освободятся руки для охраны Огненных рубежей. Поразмысли, государь. Хуже уже не будет, а костёр всегда успеешь развести.

Огнеяр перевёл на меня взгляд, тяжёлый, как надгробная плита.

Я поднялась с сундука, игнорируя желание почесаться от вековой пыли, осевшей на коже.

Расправив помятые кружева жакета, постаралась выглядеть как топ-менеджер на приёме у акционера, а не как узница в замке.

— Прислушайся к животинке, соколик ты наш поджаренный… То есть поджарый, — сразу исправилась я и невинно сложила руки на груди.

Пыльные человечки в углу с облегчением выдохнули, водрузив последнюю щепку на свою пирамиду.

— В твоих землях царит управленческий кризис. Болота наступают, народ на грани бунта, казна звенит пустотой. Дай мне шанс показать себя. Не упрямься. После встречи со мной лешие в чистых кафтанах побегут записываться к тебе на приём с повинной. Поверь моему опыту, я умею работать с трудными кадрами.

Князь молчал.

Это молчание давило на плечи сильнее, чем низкий свод чулана. В тишине было слышно лишь ритмичное «топ-клац, топ-клац» — человечки приступили к отделочным работам своей мусорной крепости.

— Неделя и ни часом больше, — наконец вынес вердикт Горыныч. От его баса по стенам пробежала дрожь, едва не опрокинув моих строителей. — Матрёна, проводи ведьму в западное крыло. Но смотри за ней строго. Заметишь, что она слоняется без дела — вернёшь в чулан.

— Не беспокойся, Яричек, обещаю, я буду трудиться аки пчёлка, — заверила его, уже прикидывая график переговоров с местными кикиморами. Вдруг они знают, как найти управу на леших. — Вася, организуй перо и свиток. Составим договор об оказании услуг по всей форме. Пора наводить порядок в этом хаосе.

— Тебе моего слова недостаточно, ведьма? — его голос опасно понизился, в глазах полыхнуло багровое пламя. Видимо, юридическая грамотность здесь приравнивалась к государственной измене.

— Слова к делу не пришьёшь, — отрезала я. — И хватит обзывать меня ведьмой. Раз мы теперь партнёры, обращайся ко мне по имени — Виктория. Ладно, разрешаю тебе называть меня Викой.

Огнеяр нахмурился.

В комнате внезапно стало жарко, словно кто-то подкинул дровишек в печку.

— Ты — Ядвига. Другого имени у тебя в книгах судеб этого края нет.

— Либо Виктория, либо я остаюсь здесь и не выдам ни одной дельной идеи, — упрямо вздёрнула подбородок. — Выбирай: эффективный помощник с красивым именем или вредная Ядвига и топи на заднем дворе.

Я демонстративно плюхнулась обратно на сундук.

Закинув ногу на ногу, поправила брюки так, чтобы стрелка выглядела безупречно.

«Всегда держи лицо, Вика», — прозвучал в голове голос, моей наставницы Влады из Москвы. В начале моей карьеры это был её главный совет. — «Никто не должен видеть, как ты спотыкаешься. Будь хладнокровной, несмотря ни на что, даже если внутри тебя бушует ярость размером с извергающийся вулкан. Никто не должен сомневаться в тебе и твоей выдержке».

Огнеяр смотрел на меня как на умалишённую и, видимо, ждал, когда я осознаю масштаб своей глупости.

Не дождётся.

Я в ответ начала рассматривать свой маникюр, полностью игнорируя его испепеляющий взгляд.

Василий придвинулся к моей ноге, становясь источником поддержки.

Кот смотрел на хозяина с выраженным осуждением. Мол, «хватит уже. Иди на мировую. Она всё равно не сдастся».

Огнеяр шумно выдохнул, выпустив облако серого пепла, развернулся и вышел, чеканя шаг. Я тихонечко выдохнула, но не помчалась догонять его.

Гордость не позволила.

Матрёна с триумфальным видом уже собралась захлопнуть дверь и навеки оставить меня в чулане, но тут в поле моего зрения вновь появился князь.

Он остановил её коротким жестом.

— Чего расселась, Виктория? Идёшь? — прозвучал его ровный, невозмутимый голос. — Или чулан тебе стал милее мягких перин?

Ого!

Огнеяр пошёл на уступки.

Один — ноль в пользу столичного менеджмента.

Или мне просто повезло?