Дедлайн в три головы, или Как ведьма Горыныча строила

Глава 5 (обновление от 15.02)

К моему облегчению, кроме нашей троицы в купальне никого не оказалось.

— Ты куда уставился, котяра? — накинулась я на Василия, не сводящего с меня глаз.

— На тебя, — не подумал отпираться шерстяной паршивец.

Прежде чем я вызверилась на него, Огнеяр проговорил:

— Ядвига?

— Вика, — напомнила я ему о нашем уговоре.

Он ничего не ответил. Зато его ярость вдруг сменилась крайним замешательством. Он пристально смотрел на меня так, будто я только что на его глазах превратилась в розового единорога.

— Опять чародейством занимаешься? — он подошёл к самой кромке воды, игнорируя приличия. — Почему у тебя лицо другое? Кто ты вообще такая?

Я ничего не понимала, пока он не наколдовал зеркало прямо передо мной. Глянув в него, едва не хлебнула воды.

На меня смотрела Я!

Моя родная физиономия собственной персоной.

Но она была жутко чумазой!

Каштановые пряди лежали паклями на плечах. Хоть маленькая родинка над губой радовала. Да только потом до меня постепенно дошло: кольцо, соскользнув, убрало магическую маскировку.

— Ты не Ядвига, — Горыныч опасно сузил глаза. — Ты морочишь мне голову, ведьма. Не зря Матрёна жалуется, что слуги от тебя шарахаются и всё у них из рук валится. Что ты задумала, пришлая?

Вспомнив про костёр, обещанный Василием и ожидающий меня за враньё, я возмущённо взвизгнула:

— Я?! — после чего рассерженно вынырнула по плечи, забыв про скромность и правила этикета. — Ярик, это у тебя слуги забитые, потому что ты на них дымишь по поводу и без! У них руки дрожат от одного твоего топота. Дай людям нормально работать. Перестань рычать на них, и никто спотыкаться не будет!

Огнеяр помрачнел и с явной неохотой отвёл взгляд. Он уже почти покинул купальню, когда вновь обернулся ко мне.

— Кольцо! Где кольцо?! Ты сняла его! — рявкнул он подозревая меня в саботаже.

Я опять нырнула, на этот раз глубже, вызвав кучу брызг. Исключительно от возмущения, а не из вредности. Вынырнула, отплёвываясь:

— Да вот оно! Что-нибудь ещё?!

Взгляд Горыныча скользнул по моим плечам, по ключицам, по клочьям белой пены, которые чисто символически прикрывали грудь.

Князь не торопился нарушать молчание.

В горле у него что-то хрипнуло, дым из ноздрей перестала идти. В глазах отразился мужской интерес.

— Ничего, — глухо выдал он, внезапно осипнув.

И вышел.

На этот раз окончательно.

Я тотчас погрузилась в воду по самый подбородок. Щёки пылали жарче, чем его глаза, ощупывающие каждый сантиметр моей кожи. Если отбросить его замашки тирана, фигура у него что надо. Разве что манеры как у дикого вепря в посудной лавке.

Вот только уходя, Горыныч кое-кого забыл забрать с собой!