Дедлайн в три головы, или Как ведьма Горыныча строила

Глава 8 (обновление от 30,04)

Когда я сделала паузу, чтобы перевести дух, она плавно подалась вперёд. Её жемчужный лиф опасно качнулся, и я испугалась, что конструкция не выдержит и рухнет, явив нам наливные молодильные яблочки.

— Это всё? — протянула она, и в её голосе прорезался металл. Тонкий такой, острый, как лезвие консервного ножа. — Ты хочешь, чтобы мы, дочери озера, развлекали людишек?

Слово «людишки» в её устах прозвучало как нечто среднее между мусором и досадным недоразумением.

— Я хочу, чтобы вы зарабатывали, — поправила её, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Разница огромная.

— Аха-ха! — рассмеялась рыжая и хлопнула хвостом по воде, подняв фонтан брызг. Часть из них попала мне на сарафан. — Посмотрите на неё! Ядвига, ты ли это? Совсем не узнаю тебя. Вредная хитрая ведьма, которая умыкнула кольцо у самого князя, теперь у него на побегушках. Посмешище.

— На себя посмотри, — процедила я и бросила красноречивый взгляд на Водяного. — В отличие от тебя, у меня трудовой контракт есть. Я — приглашённый специалист.

— Спе-ци-а-лист, — по слогам, смакуя, повторила брюнетка с молниями в волосах. Причём молнии зловеще потрескивали, как бы вторя её насмешке. — На чём ты специализируешься? В донашивании лакейских штанов?

Русалки захихикали. Водяной и тот позволил себе снисходительную улыбку. Выглядел он под стать им — как сытый удав, раздумывающий, не проглотить ли мышку просто ради забавы.

Внутри у меня что-то опасно заскрежетало. Знакомое чувство. То самое, после которого я обычно начинала говорить крайне чётко и максимально вежливо, но собеседники почему-то бледнели.

Кажется, и Василий почуял неладное: он на всякий случай забрался поглубже в седельную сумку.

Я повернулась к рыжей и ласково улыбнулась ей. Той самой фирменной улыбкой. После которой мои нерадивые подчинённые писали заявления по собственному.

Не стоило меня огорчать.

— Милочка, я понимаю, что ты пытаешься самоутвердиться за мой счёт, и не осуждаю тебя за это. Это нормально для тех, у кого нет иных достоинств, кроме красивой упаковки. Но давай, пожалуйста, договоримся: ты не комментируешь мой гардероб, а я не спрашиваю, почему при такой потрясающей внешности ты всё ещё сидишь в этом озере и пляшешь под дудку Водяного вместо того, чтобы покорять столицы. Идёт?

Рыжая настолько сильно покраснела, что аж веснушки на носу побледнели на фоне вспыхнувших щёк.

Кот Василий, высунувшийся из сумки, радостно выдал:

— Вроде пронесло!

Я перевела взгляд на Ундину. Та смотрела на меня с новым выражением — уже совсем не снисходительным, а оценивающим. Она смотрела на меня как на равную.

Даже жемчужный лиф перестал раскачиваться.

— Ты смелая, — признала она. — Глупая, но смелая.

— Я предприимчивая, — возразила ей. — И я знаю, как сделать так, чтобы это озеро перестало быть вашим рутинным болотом и стало золотым дном. В буквальном смысле.

Водяной кашлянул, привлекая внимание.

Кашлянул он красиво, аристократично прикрыв рот ладонью и попутно сверкнув жемчужным ожерельем.

— Всё это, конечно, очень занимательно, — с привычной долей высокомерия проговорил он. — Но у нас есть традиции. Уклад. Мы не можем просто отказаться от всего и начать развлекать.

— Почему?

— Потому что мы — хищники. — Он улыбнулся, сверкнув идеальными зубами: белоснежными, ровными, без намёков на острые клыки и явно знавшими лучших стоматологов подводного мира. — Мы заманиваем народ в наши воды. Это наша природа.

Я посмотрела на него долгим изучающим взглядом.

Потом на Ундину, которая скучающе перебирала воду пальцами, на рыжую, всё ещё красную от возмущения, и закончила брюнеткой с её трескучими молниями.

Потом снова уставилась на Водяного.

— Знаете, — сказала я задумчиво. — У меня на родине был один интересный случай...

И я рассказала им про Владу — мою наставницу, гениального кризис-менеджера и по совместительству главного поставщика проблем в моей жизни до её исчезновения.

Про корпоратив, который она решила «оживить». Про стриптизёра-пожарного, которого она наняла для бухгалтерии.

— И вот… — продолжила я, чувствуя, как русалки невольно подались вперёд, забыв про свои насмешки. — Иду я, значит, через весь город в миленьком платье, напоминающем ночную сорочку, к банкомату, а рядом со мной вышагивает полуголый «пожарный» в каске, латексных боксерах и с огнетушителем под мышкой. Всё потому, что Влада забыла ему заплатить. Принимал он, к сожалению, исключительно наличку. Которой у меня не водилось. Телефон как назло сел, а сотрудникам рассказать о своих затруднениях я не могла — не хотела выглядеть посмешищем в их глазах.

— Что было дальше? — не выдержала рыжая.

— Ничего. Я шла и мечтала только об одном — чтобы земля разверзлась и поглотила меня вместе с этим горе-стриптизёром и его дурацким огнетушителем. На нас то и дело прохожие оборачивались. Дети показывали пальцами. Какой-то дед наорал на нас и назвал бесстыдниками.

Василий, хохоча, хрюкнул из сумки. Водяной перестал поглаживать бороду и впервые с интересом слушал меня.