dействие sky. Часть вторая.

Глава 7

Глава 7

Едва рассвело, как началась атака штурмовиков. Четвёрка Ни-24-х надвигается на наши позиции. Встречать их нечем. Все «Иглы» и «Стрелы» к ПЗРК, закончились ещё вчера. Похоже, лётчикам это известно – вертолёты идут очень низко и на малой скорости. «Крокодилы» готовятся проглотить свои беззащитные жертвы. Они дают залп реактивными снарядами, превращая всё вокруг нас в грохочущий ад. Но почти весь личный состав во время авианалёта в укрытиях: кто в ямах и окопах, кто за крепостными обломками, кто в БМД и БТР, кто в танках… Вне укрытий офицеры – Алтай, Град, Сретень, Зуй, и ещё трое бойцов с гранатомётами.

Ручной гранатомёт РПГ-7, это оружие для борьбы с танками, бронетехникой и пехотой противника. Он не предназначен для поражения воздушных целей. Его гранаты не самонаводящиеся, не управляемые, для того чтобы попасть из него, необходимо прицеливаться. Вертолёт движется быстро, куда быстрее, нежели танк или группа пехоты. Вертолёт не ползёт по земле, а летит по воздуху. Стреляя в него из гранатомёта нужно учесть скорость его движения, высоту, направление ветра… Попасть в вертушку из гранатомёта – задача архисложная. Случаев поражения вертушек из ручного гранатомёта, всего лишь несколько десятков за всю историю его боевого применения.

Но особого выбора у нас нынче нет. Боекомплект к ПЗРК – главному истребителю вертолётов израсходован. На танках, Т-90 и Т-80, 12,7-миллиметровые пулемёты полностью выведены из строя. Башенный зенитный пулемёт на «Абрагамсе», на беду оказался не вполне исправен – его частично заклинило, так, что стало невозможно направить ствол кверху; из него теперь можно бить только вниз по склону. Вести огонь по вертушкам из автоматов? Можно, но это скорее лишь для острастки, и для того чтобы помешать лётчикам вести прицельный огонь. Огонь из ручных пулемётов – штука более действенная, но и этим редко удаётся причинить штурмовику серьёзный ущерб. Так что, остаётся уповать, в основном, лишь на старый, добрый РПГ-7.

Вертушки отстрелялись неуправляемыми ракетами, подошли ещё ближе, почти вплотную. Их основные цели – три наших трофейных танка. Мы замаскировали их, как могли, но вертолёты слишком близко и слишком низко, их экипажи видят свои цели.

На концах каждой консоли крыла, у «Крокодилов» подвешены радиоуправляемые ПТУРы «Штурм». Именно ими вертушка бьёт танки противника. Алтай увидел, как от крыла крайнего справа штурмовика отделился огненный шар. Он понёсся в сторону Т-80го. Сделав небольшой зигзаг, шар угодил прямо в крышу его башни, прогремел взрыв. Крыша любого танка, значительно менее защищена, чем любая другая его часть. У нашего трофея нет никаких шансов. Танк уничтожен.

Сердце Алтая ёкнуло от досады. «Мы столько с ним промучились, и всё зря…» – пронеслось у него в голове.

В тот же миг Зуй, расположившийся с гранатомётом подле «Абрагамса», сделал выстрел. Граната пошла, и врезалась точно в лобовой фонарь командира вражеской вертушки. «Крокодила» потряс взрыв, и машина клюнув носом вниз, тут же взрезалась в склон прямо перед нашей передней линией, усеяв её горящими обломками. Почти одновременно, из под Т-90го выстрелил, защищавший его Град. Граната угодила в бок одного из «Крокодилов». Он задымился, закачался, но устоял. Три других гранатомётчика, послали свои снаряды в направлении оставшихся штурмовиков. Вертушки, две невредимых и одна, повреждённая Градом, начали набирать высоту, разворачиваться и ложиться на обратный курс. Два оставшихся танка спасены, Зую с Градом удалось сделать почти невероятное.

«Зу, Град, красавчики!» – крикнул по рации Алтай.

Пошла третья атака. Противник разворачивается в боевые порядки. Десять танков выстроились в линию, за ними движутся БТРы с пехотой. Обнаглели, идут без разведки боем. Уверены, что мы настолько истощены, что на этот раз они легко сомнут нас, или хорошо разведали наши огневые позиции во время авианалёта. «А осталось то у вас одно «старьё», ребята», – отметил про себя Алтай, разглядев в бинокль, что среди наступающей десятки танков только Т-72ые и Т-54ые.

Мы – элитный спецназ. Наша сила не в том, чтобы ломать головою кирпичи и в одно мгновение сворачивать противнику шею в схватке, хотя, если нужно, мы можем и то, и другое. Наша сила, в частности, в том, что мы в совершенстве владеем, практически, любым оружием. Мы – профессионалы широкого профиля. В добытых нами машинах занимают места бойцы, умеющие обращаться с танковыми орудиями.

До вражеских танков меньше двух километров, они открывают по нам огонь, они начинают пристрелку. Начинаем пристрелку и мы. Взрывы от их снарядов ложатся то ближе, то дальше от наших танков. Мы точнее. Уже подбито несколько БТР противника, есть попадания в их танки. Мотострелки начинают спешивание, выстраиваются позади танков в цепи. Господи, как же их много! Кажется, что необъятное цунами начинает расползаться вширь и вглубь позади танков.

Вот задымился и встал первый из танков противника, вот второй… Но и их огонь стал точнее. Есть попадание в Т-90, есть два попадания в «Абрагамс». Броня выдержала, орудия в норме, продолжаем отбиваться. Если не попадаем в танки, то наши снаряды ложатся чуть дальше, накрывая вражескую пехоту. Даём залп оставшимися ПТУРами – подбиваем ещё один танк.

До танков врага уже метров 300-400. Орудия бьют прямой наводкой. Снаряд угодил нашему Т-90 прямо под башню. Всё, отстрелялись. Теперь у нас остался только «Абрагамс». Он делает ещё один выстрел. Есть прямое попадание! Половину их танков мы выключили.

Пехота начинает обход нашего опорного пункта с обоих флангов. По ней заработал крупнокалиберный зенитный пулемёт «Абрагамса». Если ты не защищён мощной броней, то для тебя это – адское оружие: одно единственное попадание способно разорвать тебя на куски, надень ты на себя хоть три бронежилета 6-го класса защиты. Включаются все наши ручные пулемёты и гранатомёты, мы ощетинились морем огня, жёсткого и насыщенного.