Декада Джонс: Проклятие Падших

Глава 12

1

Я открыла глаза и тут же зажмурилась. Было больно смотреть на свет после долгой отключки. Стоп… Что произошло? Почему я здесь и где «здесь»? Несмотря на нестерпимую боль в висках и во всем теле, будто я упала с пятого этажа, не меньше, я подняла голову и огляделась. Поначалу перед глазами все плыло, но я постаралась сфокусироваться и понять все–таки, где я нахожусь. Пошевелив руками, я обнаружила, что они пристегнуты к поверхности, на которой я лежала. Точно так же, как и ноги. Когда картинка перед глазами, наконец, восстановилась, я смогла понять, что кроме меня в комнате никого нет. Комната представляла собой нечто золотое и слепящее, как будто стены были специально выкрашены в этот цвет, чтобы мне было еще больнее. Впрочем, из–за того, что руки были скованны, я не могла сесть и оглядеться вокруг. Мне было доступно лишь небольшое пространство, которое я могла увидеть. Но зато я поняла вот что: надо мной было нечто вроде прозрачного купола, и через него я могла видеть, что небо заволокли черные тучи, словно предвещая нечто зловещее и ужасное.

Я попыталась восстановить цепочку событий и вспомнить, почему же я здесь оказалась. Это место однозначно было мне незнакомо, хотя подсознание твердило обратное. Так, мы с Эриком встретились с Дайзаром, я прочитала текст проклятия, а потом… О, черт! Осознание ударило меня, будто током. Дайзар, бедный Дайзар… По моим щекам неосознанно полились слезы. Этот сумасшедший убил его, просто потому что колдун стоял на его пути. И это уже не повернешь вспять. Дайзар пытался помочь мне, искал информацию о проклятии, я благодарна ему за это, но против Уильяма он был бессилен. Хоть я и не видела, как Крайм его убил, иголки нескончаемой безысходности больно впивались в кожу. Бедный Дайзар, он ведь не заслужил смерти…

– Еще как заслужил, – раздался холодный голос в тишине комнаты. Я вздрогнула и повернула голову вбок, пытаясь разглядеть фигуру падшего. Выглядел он еще более безумно, чем до этого. Темно-серые крылья волочились по полу, волосы растрепались, а слепяще–белая рубашка в пятнах крови дополняла вид безумца. Ах да, еще он хищно улыбался, напоминая мне этой улыбкой Джокера. – Вы все заслужили смерть, самую жестокую. Только я, верный Мерсиде, имею право жить в этом мире. Когда ритуал будет исполнен, вы все останетесь лишь воспоминанием.

Падший вышел из поля моего зрения, я подняла голову и постаралась увидеть, где же он, но от боли в шее не смогла это сделать. Глухо застонав, снова положила голову на нечто, напоминающее операционный стол. Раздался хриплый безумный смех, и Уильям склонился надо мной, схватив меня за волосы и до боли сжав их. Я вскрикнула, с ненавистью глядя падшему в глаза. А он тем временем продолжал свои бредни, с наслаждением садиста удерживая мою голову на столе. Как бы я не пыталась вырваться, у меня не получалось, но попытки я не прекращала до последнего, пока шею не свело жутким спазмом.

– Мы создадим новый мир, – произнес мужчина. – Я и Мерсида. Я стану настоящим ангелом, и в этом мире больше не будет ни грязи, ни проклятий, только идеальный мир ангелов.

– Не позволю, – прорычала я из последних сил. Уильям только усмехнулся. Меня эта усмешка раздражала, я собрала всю злость, что была во мне, и с остервенением плюнула мужчине в лицо. От неожиданности он даже отпустил мои волосы и стал раздраженно вытираться. – Михаил придет, и тогда ты пожалеешь о том, что вообще родился на этот свет!

– О, моя дорогая Декада, Михаил не придет, – улыбнулся, почти по–отечески, как родитель, умиляющийся первому слову ребенка. – Этот трус сбежал. Впрочем, он слишком стар и бесполезен, чтобы я переживал по этому поводу. Его силы слишком долго были в заточении и почти истощились. Он ничего не сможет сделать. А ты – уж тем более.

Я пораженно застыла, глядя на Крайма–старшего. Нет, не может быть! Это же самый первый Падший, он ведь должен был помочь… Если он ушел, то что тогда могу я и мои друзья? Мои друзья! Боги, где они? Что он с ними сделал?

– Что с ними? – почти выплюнула я, точно зная, что он понимает, о чем я. Но Крайм наигранно удивленно поднял брови и тут же расхохотался своим безумным смехом. А ведь странно, что я раньше не замечала в нем этого. Настолько хорошо скрывал? Или же он настолько опьянен предвкушением победы, что человеческое ему уже настолько далеко и чуждо? В любом случае, мне нужно было что–то делать. Хотя казалось, что это конец. Впрочем, это он и был. Я больше не могла сопротивляться и просто лежала, глядя в темное небо и ожидая смерти. Надежда испарилась вместе с Михаилом.

– Ты, наверное, думаешь, что я чудовище, убил собственного сына и даже не моргнул глазом?

Я молчала. Из глаз потекли слезы, а я даже не могла их вытереть. И остановить не могла. Ненавижу.

– Хватит реветь, – раздраженно сказал мужчина, и мокрые дорожки как–то непроизвольно высохли. Боже, он и на такое способен?

– Так вот, – будничным тоном продолжил Уильям и склонился надо мной. Я отвернулась, мысленно желая ему самой ужасной смерти. Говорить что–то было бессмысленно. А Крайм–старший тем временем продолжал свою речь: – Твои друзья живы. Пока что. Они все равно ничего не смогут сделать. Ритуал неотвратим, не пытайся это отрицать. И раз уж вскоре ты отдашь свою жизнь во имя благородной цели, я расскажу тебе все, что захочешь.

Я посмотрела на него и удивленно подняла брови, как бы спрашивая, с чего бы это. Неужели он настолько уверен в своей победе? И нет шанса спастись? Но… Раз уж это конец, то я хочу хотя бы все узнать, от начала до конца.

– Почему?