Дела семейные под грифом 'секретно'

Глава 1 Утро первого дня

Тишина скрипела полами, шуршала шторами…   И из-под тёплого одеяла вылезать не хотелось. Вообще ничего не хотелось – даже спать.  
Мысли какие-то мрачные в голове клубятся. Медленно так, лениво…
Мысли о том, что если всё будет хорошо, то всё и будет хорошо. И мать за отцом в усадьбе присмотрит, и он в городском доме как-нибудь с Проном проживёт, и прода-вать ничего не придётся…
Главное справится. Гавное не разочаровать короля-регента. Главное соответствовать…  
Нет, ну за что ему это – у всех предки как предки – ну воевали, ну семейные богатства приумножали, потомством обзаводились и потомство это по своему подобию воспи-тывали. А его дед?
 Служил, служил, а пока служил из сына балбес вырос. Нет, дед, конечно, понял кто у него в наследниках оказался, но изменить ничего уже не смог – опоздал с воспита-нием. И тогда вредный старик вцепился мёртвой хваткой во внука: детства лишил, семью отобрал и образованием всё это заменил.
Десять лет как старик помер. Десять лет как отец с успехом проматывает долгождан-ное наследство. Десять лет беззаботной жизни…
Всё!  Кончилась беззаботная жизнь.
Жюстин дер Кастэло ди Вантон, наследник герцогской короны, внук и правнук мини-стров королевства, опора и надежда семьи, решительно опустил ноги на холодный пол.
Первый рабочий день. Первый в череде, грядущих серых будней на которые обрёк его беспечный отец.
Это из-за него – очаровательного весельчака и гуляки, любимца столичного бомонда и завсегдатая домов азарта, семья и оказалась на грани краха. Да что там на грани – это и есть тот самый крах, о котором, не особенно выбирая слова и написала ему мать - герцогиня Кастэло. Орошая письмо слезами, она умоляла сына вмешаться и спасти семью от позора полного разорения.
Вот так и закончилась в одночасье беззаботная и счастливая жизнь молодого наследника.
Жюстин встряхнул головой, разбрасывая по сторонам брызги холодной воды и осво-бождаясь от тяжких мыслей.
Нет времени, надо спешить – погрустить можно будет чуть позже, в личном кабинете.
Скрипнула дверь и проновский скрипучий голос оживил утренею тишину.
- С добрым утром. Завтрак готов.
- Спасибо. Я быстро. Вот только оденусь.
- Сюртук на кухне.  Я его ночью почистил. Как новенький получился…
- Ну что ж, спасибо, - особой благодарности Жюстин не испытывал, но обижать пре-данного старика не хотелось. Придётся соответствовать представлению Прона о том, как должен выглядеть важный чиновник. Мнение самого Жюстина при этом не учи-тывалось.
- Будем завтракать, на службу в первый день опаздывать не стоит.
- И на второй тоже… - Прон любил поучать и никогда не упускал случая воспользо-ваться правом ‘почти члена семьи’.
Неаппетитно выглядящая каша, чашка кофе и хлеб, густо намазанный вареньем - в любой другой день Жюстин бы закапризничал, но сегодня сдержался.  В конце кон-цов это такая мелочь – просто старик никак не может понять, что мальчик уже вырос, что мальчику каша силы ужe не прибавит, что уже ничего силы ему не прибавит…
Вот интересно, а что может прибавить смирения и терпения?  Вот эти качества ему бы сейчас больше всего пригодились бы.
Жюстин, дожёвывая хлеб и запивая его остывшим кофе, думал о том, что старику следует найти помощника, да и кухарка не помешала бы…  Может быть стоит попро-сить у матери, пусть кого-нибудь из деревни пришлёт.  Это, конечно, не престижно, но приёмы он устраивать не собирается, а с ролью дворецкого Прон справится…
 - Сегодня женщины придут в доме прибраться. – слова Прона гармонично вплелись в жюстиновские размышления.
- Пусть верхние этажи не трогают.  Нам и нижнего хватит. А спальню мне в кабинете управляющего организуй.  Ничего выносить не надо, только кровать пристрой…
- А с гардеробом как же?
- Придумаешь что-нибудь.
- Придумаю раз надо.
- Надо Прон, надо…  Две сестры и ни одного приданого.
- Хорошие девочки… и семья…
- Не смеши меня.  Это маман рассуждает о достоинствах родословной, но времена романтики канули в лету… Род конечно хорошо, но без весомой поддержки любовь клятвами нынче не скрепляют. И будем мы с тобой до седых волос окружены сест-ринской заботой…  Тебе этого хочется?  Вот и мне тоже…  Всё.  Пошёл служить.  До ве-чера.
- Может экипаж кликнуть?
- Нет, будем благоразумны.  Кроме того, через задний двор – быстрее будет.  Кстати, будешь садовника нанимать, пусть только у центрального входа подчистит – осталь-ное я сам как-нибудь, когда время будет.
- Да когда оно будет?..
- Не бурчи Прон, когда-нибудь будет.  Думай о семье – экономия!! –  Жюстину очень понравилась твёрдость в собственном голосе – экономия! – ещё раз повто-рил, уже для себя, и решительно двинулся в сторону новой жизни - к двери чёрного хода.
Вход на территорию дедыного Министерства Жюстин отвоевал у колючего кустарника ещё в глубоком детстве.  Ему всегда нравился этот секретный уголок в глубине сада.  Здесь было уютно прятаться от назойливых гувернёров и любопытных сестёр.  Здесь он хранил свои сокровища – старый ржавый клинок, банку со сладостями, ошейник для своей собаки (которой никогда не было, но о которой он всегда мечтал) – инте-ресно, что со всем этим богатством стало?  Может быть садовник присвоил, а может так и валяется под забором его утраченное детство.
 Школа, университет…  Конечно, бывали визиты домой, но как-то времени на детские шалости не хватало. А потом дед умер, и семья окончательно перебралась в город-ской особняк Костело,  но Жюстин всегда помнил то восхитительное чувство, которое он впервые испытал именно здесь, когда кусты, повинуясь его воле, расступились, а потом послушно сомкнулись за спиной!
И вот сегодня, кустам и уговоров не понадобилось. Они признали его сразу, и рассту-пились, пропуская на встречу с детством. Только проход оказался слишком уж узким для него нынешнего. Чуть замешкался, подгоняя под себя просвет в зарослях. Всё как в памяти! Вон и коробка с сокровищами, словно вросшая в искорёженную корнями землю. Когда-нибудь он ею займётся – интересно будет.
Но сейчас надо спешить – его ждут в другой реальности – по ту сторону забора.