Дела семейные под грифом 'секретно'

Глава 63 Ещё одно покушение

- Так зовут вас…
- Младший лейтенант Таль.
- И откуда вы родом? Давно в столице? Как вам здесь? Нравится? – Жюли болтала без умолку, не давая младшему лейтенанту возможности ответить на первый вопрос и не забыть, при этом, о чём был последний. – Погода сейчас не из приятных, но, говорят, скоро дождям конец. Балы начнутся. Столица совсем другой покажется. Я даже ещё не знаю хочу ли я на эти балы, но все в один голос 'Ах бал' 'Ох бал'. А вы на балах бывали? Мне нравится, как на военных парадный мундир сидит. Очень красиво…
- Что ты несёшь? – шепнула ей Ежи.
- Не мешай, - так же шёпотом ответила Жюли, удерживая на губах улыбку.
- Он решит, что ты совсем дура.
- Значит я всё правильно делаю, - улыбаясь ещё шире, прошипела Жюли.
- Но не на столько же! – воскликнула Ежи.
- Именно настолько! Должно сразу быть заметно.
- Никогда не поверю, что твоя сестра такая дура.
- Конечно же не дура. Она очень умная, в отличии от меня, - улыбка Жюли заметно погрустнела, - она всегда отлично разбиралась в людях и вела себя в соответствии. Со стороны это выглядело смешно, она любила посмеяться, но потом, когда вспоминали. А так – никогда. Насмешка - вещь очень болезненная, по себе знаю.
- Давай я гляну. Ну давай! Я долго не буду. Только с кем и всё.
- Нет Ежи. Мы же договаривались. Только в крайнем случае.
- По-моему это и есть тот самый крайний случай.
- Не говори ерунды. Так, лёгкое беспокойство. Если буду знать – беспокойство перестанет быть лёгким. Я себя знаю. Тогда, на приёме такое вытворила! До сих пор стыдно.
- Хорошо, я гляну, а тебе не скажу…
- Ну нет! Это ещё хуже. Я приставать начну, и ты мне всё равно скажешь. При этом мы ещё и обидемся друг на друга. Знаешь, что посмотри, - и девушка многозначительно кивнула в сторону окна в которое упорно глядел их спутник. – Будем знать стоит ли напрягаться…
Ежи согласно закивала и вроде как тоже в окно уставилась.
- Так вот, господин младший лейтенант, о чём это мы с вами говорили, - вернулась к прерванному разговору Жюли.
От разговора опять отвлекла беспокойная Ежи.
- Нам выйти надо, - сообщила тоном, не терпящим возражений.
- Ну хорошо, давай выйдем, - согласилась подруга.
- Без него, - ткнула пальцем в оживившегося лейтенанта.
- Но Жюстин…
- По таким делам ходят без сопровождения, - сказала, как отрезала.
- Ну и куда мы теперь? – проворчала Жюли, выбираясь, вслед за подпрыгивающей Ежи, из закрытого экипажа, - надо было кучера попросить. Он бы довёз нас до мест цивилизованных.
- Проси, если хочешь.
- А где кучер? – удивилась Жюли, обнаружив свободным место на козлах, - Кого просить?
- Вот и я об этом. Пойдём в тот дом. Там всё равно никого нет.
- Но Ежи, это как-то неудобно…
- Мне и под кустом удобно. А вот тебе будет неудобно рядом стоять. Ведь ты меня одну не оставишь. Не оставишь ведь?
- Не оставлю. Идём уже, горе луковое. Мы быстро, господин младший лейтенант.
Девушки, взявшись под ручку, прогулочным шагом, отправились к неказистому домику, которым любовались уже не первый час.
- Ты уверенна, что там никого нет.
- Уверенна, - в голосе Ежи слышалось беспокойство.
- А что ты видела?
- Когда?
- Когда на лейтенанта смотрела.
- Много чего видела, но точно знаю, что с ним ты на бал не пойдёшь.
- Вот и ладненько, - обрадовалась Жюли, - а то он мне совсем не понравился.
- Зачем же ты для него из себя дуру корчила?
- Прежде всего, для практики. Должна же я уметь это делать. Ну и потом, мало ли… У девушки всегда должен быть выбор.
- У тебя есть выбор – можешь остаться дома.
- Это, дорогая моя, не выбор – это злой рок.
- Смешная ты. В злой рок веришь, а мне нет.
- Я тебе верю, но боюсь. Вдруг я, по своей глупости или неловкости, пойду не той дорожкой, что, к счастью, ведёт. Нет, пусть всё идёт как идёт. Нечего судьбу испытывать.
- Ты же говорила, что мои способности вещь полезная.
- Я и сейчас так говорю – в минуту опасности твоим картинкам надо верить.
- Ну тогда давай за мной, - и Ежи нырнула под крыльцо.
- Ты сдурела? – воскликнула опешившая девушка.
- Сама сказала – надо верить. Вот и верь.
- Но я в платье! Там грязно!
- Тебе что дороже, платье или жизнь? – вопрос был поставлен жёстко.
Жюли только вздохнула и молча полезла в грязную и сырую темноту.
- Не могла что-нибудь другое увидеть, - прошептала на ухо Еже, как только это ухо обнаружилось.
- Я видела. Но ты бы на дерево не полезла.
- Нет. Не полезла б.
- Вот и сиди молча.
- По-моему мы лежим.
- Какая, к триксу, разница.
- Ну не скажи. Если бы сидели, испачкалась бы только пятая точка, а так испачкалось всё.
- Хорошо, что напомнила. Мне Сибел сказал, что пятая точка это из-за костей игральных. Там четыре по углам, а пятая посредине.
- Ну и что?
- Ну как шутка получается – ручки, ножки и задница.
- А почему не голова?
- Так ведь это про игроков – они голову не считают.
- А… - протянула Жюли, удивляясь самокритичности игроков.
- Ежи, а нам тут долго ещё, - возвращаясь в зябкую действительность, спросила подругу.
- Долго, - вздохнула та, - нас Жюстин отсюда вытащит, когда уже темнеть начнёт.
- До темноты ещё часа три, не меньше. Мы с тобой за три часа замёрзнем. А лейтенант этот, как его, Толь.Может он нас вытащит?
- Не вытащит, - буркнула Ежи, - это от него мы тут прячемся.
- Что ты такое говоришь? Он же офицер! – шокированная Жюли почти кричала.
- Тш! – шикнула Ежи, - услышит ещё. Почём я знаю. Может он только-только офицером стал, ещё не привык. А может он и не офицер вовсе.                                                                                           

  - А кто?
- Не знаю. Шпион?
- А мы ему зачем?
- Вот у него и спросишь.
- Спрошу, если доживу…
- Доживёшь. Это-то я точно знаю. Эй! Ты чего носом хлюпаешь? Простыла уже?
- Нет. Это я так плачу. Я ведь с ним думала на бал пойти, а он…
- Ты же сказала, что он тебе не понравился.
- Мало-ли что я сказала. Ему я ведь не говорила, что не понравился. Обидно. Я к нему всей душой, а он…
- Ну что ты завелась. Он, да он. Не он это. Это ему задание такое дали.
- Кто?
- Ты прям, как твой брат. Ну почём я могу знать кто. Задание ему уже поручили. Я только видела, как он его выполнять будет.
- И как?
- Тебе, что, действительно интересно?
- Нет не очень. Просто его возненавидеть надо, а у меня не получается.
- Зачем нам его ненавидеть? Ему ещё хуже, чем нам. Нас он уже потерял, а с него за это спросят. Строго спросят. Два раза.
- Почему два?
- Так ведь начальников двое. Ещё и Жюстин – третий. Но его он почему-то не боится.
- Напрасно. Он ещё Жюстина плохо знает.
- Ничего. Ещё узнает.
Девушки лежали рядом, прижимаясь друг к другу и думая, каждая о своём.
- Жюли, а расскажи мне какую-нибудь историю. Не очень поучительную, а больше весёлую. Время пойдёт живее и нам теплей будет.
- Какие у меня истории? Я девушка домашняя. Профессионально воспитанная. Даже слухи доходили до меня только после строгой цензуры. Это ты у нас девушка с прошлым. Уверенна, что у тебя найдётся много весёлых историй.
- Истории то найдутся, но боюсь, Жюстин их не одобрит.
- Так его же здесь нет, а мы не расскажем. Я так точно не проболтаюсь.
- Не хочу я тебе свои истории рассказывать. Они может быть, для таких как ты, и не смешные вовсе. У вас там свои дела, у нас свои. И потом, это ты из меня барышню делаешь, а не наоборот.
- Хорошо. Я расскажу тебе историю нашей гувернантки. История чуть-чуть грустная, но конец даже весёлый.
Итак, жили мы тогда ещё в городе. Дом был очень большой и слуг было много. С маман мы встречались только раз в день – в обед, а всё остальное время за нами присматривали три гувернантки. Одна за мной, одна за Жижи, а одна за нами за всеми. Её мы все очень не любили. Была она строгой и требовательной. Всегда в сером и волосы в такой тугой пучок наматывала, что мы даже не знали какого они цвета. Думали тоже серые.
Мне тогда уже лет четырнадцать было, и я считала себя вполне себе взрослой. Жиже было двенадцать, но она всёравно у нас в заводилах ходила. Куда она, туда и я. Я даже до сих пор не знаю почему я так делала – то-ли мне с ней интересно было, то-ли я не хотела её одну оставлять.
Однажды сбежали мы от наших нянек (мы это часто проделывали) и отправились в соседский малинник. У нас сад тоже был большой, но маман цветами всё засадила. Малину нам к столу, конечно, подавали, но чужая, она во сто крат слаже. Залезли мы значит в кусты объедаемся, вдруг слышим, голос знакомый. Прислушались – и в правду наша серая гувернантка с кем-то беседует. Мы ближе подползли, сквозь кусты смотрим, а она с сыном нашего соседа беседует. Я может быть и не стала бы подслушивать, но Жижи… Короче говорили они о любви, которая между ними когда-то была. Вернее, говорил он, а она только повторяла: «Уходите, уходите. Нас не должны вместе увидеть.» Он ей о чувствах, о том, что забыть не может, а она 'Уходите'. Он взял и ушёл, а гувернантка наша прямо на землю села и как зарыдает. Мне её даже жалко стало. Потом уже, когда я постарше стала и книги о любви читать начала, я поняла, что мы стали свидетелями случайного свидания двух, некогда любивших друг друга людей, а в тот момент я понять не могла – она попросила его уйти, он ушёл, чего бы ей рыдать. Вот если бы не послушался и остался… Ну да, дура я была малолетняя. Из кустов мы так и не вылезли пока наша серая нянька не отревелась вдоволь и не ушла. Идём и мы домой и сцену нами виденную обсуждаем. И тут Жижи и говорит: «Чего бы нашему соседу её любить? У него и жена уже есть. Красивая. Не в пример нашей мымре.» Я к тому времени уже знала, что красавицы из меня не получится. Я и говорю Жиже, что не красавиц тоже любят. А Жижи, с умным видом кивает и говорит: «Да, - говорит, - любят тех, кто заслуживает. Вот пусть наша серость и служит.» Рассмеялась и вперёд убежала. Я на слова её особого внимания не обратила, а зря. Она пошла прямо к матери и всё ей рассказала. А маман наша, что бы ты знала, правил строгих и за чистоту семейных уз может и в рукопашный бой кинутся. До рукопашной дело не дошло, но близко к тому было.
Маман сперва с нашей гувернанткой поговорила. Могу только догадываться о чём. Нас на беседу не пригласили. После разговора у нас на одну гувернантку стало меньше. Жижи ходила в героях, а я нашу серую мымру жалела. Пока она вещи собирала, маман решила ввести соседей в курс дела. Это она называет 'вывести на чистую воду', правда непонятно кого.
Потом к нам прибежала соседская невестка и всё пыталась с нашей бывшей гувернанткой поговорить, но та от разговора отказалась, а наш дворецкий скандальную соседку дальше гостиной не пустил. Потом пришёл сосед с сыном и прямо в нашей гостиной начали с женой этой скандалить. Да так громко, что мы всё слышали.
Эту историю много раз я слышала во всевозможных пересказах, но суть во всех сохранилась.
Гувернантка наша серая, не всегда гувернанткой была. А была она девицей знатного рода и далеко не бедного. Девицей она была благородной, воспитанной – такой какой семья гордится, а знакомые нахваливают. Пришло время, и жениха ей нашли соответствующего – и богатого, и знатного, и внешности приятной. Самое замечательное, что молодые люди друг другу понравились и к свадьбе оба семейства уже готовились. И тут появляется девица одна. Тоже рода знатного, но обедневшего и заявляет свои права на жениха. Мол, он обещал на ней женится, чести лишил и опозорил, а теперь ещё и с другой под венец собрался. Какой тут скандал начался. Не до свадьбы всем стало. Жених от всего отказывается, а у девицы этой доказательства есть. Чуть до суда дело не дошло. Но не дошло. Невеста сбежала. Слушала она все эти склоки со скандалами, слушала, да и сбежала. Письмо оставила прощальное и всё. Жених погоревал, пострадал и женился на этой опозоренной. Та ему сына скоренько родила, а ещё через полгода сама пропала. Её-то никто не искал. Навязалась, но не полюбилась. Отец сына один воспитывает, о потерянной невесте тоскует. И всё бы так и шло, но в один прекрасный день появляется какой-то человек и говорит – отдай сына. Не твой он. Опять шум, крики, скандал, одним словом. Ребёнка отдавать не желают. Свой не свой, а родной. Дело опять к суду идёт. И тут возвращается эта мать блудная и говорит – хотите ребёнка себе оставить, так и меня с ним, а иначе суд проиграете. Оставили её, ради малыша. Она, конечно, хвост трубой держала, но в семью её не приняли обратно, хоть и жила она как у бога за пазухой, но женой только для вида значилась. Вот как всё оказалось на самом деле.
Хочешь узнать, чем всё закончилось? Конечно хочешь. Могла бы тебя помучить, но не буду. Хорошо всё закончилось! Соседский сын развод получил – Король-регент лично подписал. Женился на нашей бывшей гувернантке (а она красавицей оказалась и волосы у неё не серые, а тёмные с медным отливом). Обманщица эта убралась по добру, по здорову и малыша оставила – не нужен он ей без богатого папочки. Так и живут. У них уже двое других малышей подрастают. Я с ними недавно виделась. Вспоминали, смеялись. Ведь если бы не вредная моя сестрёнка и не маман, то и не разобрались бы они самостоятельно. Так бы и избегали бы друг друга до сих пор.
- Совсем твоя история невесёлая. Одно хорошо – длинная.
- Ну знаешь ли… Я тебе из всех своих историй самую забавную рассказала. Может быть ты хотела бы узнать, что сказала госпожа Зива госпоже Савери когда узнала, что та спит с её мужем?
- Таких разговоров я и без тебя много слышала. Разве что в высшем обществе, другими словами, пользуются.
- Если могут найти, а так наверно теми же.
- У нас ещё и в волосы вцепиться могут, - похвасталась Ежи.
- Думаешь только у вас? У нас веселее – прически сложные – шпильки во все стороны летят.
- У нас шпильки не летают… Посмотри, стемнело уже. И где твой брат?
- Это ты мне должна сказать. Забыла?
- Ничего я не забыла. Волнуюсь просто. Этих, которые нас ищут уже двое. Темно, а Жюстина всё нет.
- Зато Бри уже тут как тут, - Жюли подвинулась, освобождая место пушистому гостю.
- Вот зачем ты сюда полез. Мог бы просто знак подать, мы бы сами вылезли, а теперь ещё и тебя отмывать. Хорошо, хорошо. Мы тоже рады тебя видеть. Бри, а Жюстин один? Злодеев здесь двое. Может предупредишь?
- Наверно Жюстин уже всё знает, иначе не осторожничал бы.
- А с чего ты решила, что осторожничает. Я ничего не слышу.
- Не слышишь потому, что он тихонько крадётся. Наверно магией звуки глушит.
- А он умеет?
- Он много чего умеет. Он ведь ди Вантон.
- А почему ничего не делает?
- Ну вот же крадётся…
- А что-нибудь этакое… может?
- Что бы нам на головы хибара эта завалилась? – фыркнула Жюли. – Вы думаете магия это как пальцем щёлкнуть. Раз и готово. А сколько расчётов надо сделать, сколько мелочей всяких предусмотреть, это никому в голову не приходит.
- Ну не сердись, - виновато пропыхтела Ежи, - я же как все…
- Ладно уже. Как там? Слышно что?
- Там всё в порядке. Ничего не слышно.
- Эй вы тут? Живы? Вылезайте по одной.
-Жюстин! Лапочка! Ты нас нашёл! – первой выкатилась Жюли. Вид она имела жалкий, но в состоянии эйфории даже не заметила, что юбка прилипла к ногам, а на верхнем жакете нет половины пуговиц.
- Куда мне было деваться, без вас меня Прон в дом бы не пустил, - с наигранным ворчанием сообщил Жюстин, прижимая сестру, к гулко бьющемуся в груди сердцу.
- Напрасно вы тут обниматься надумали, - Ежи вылезла с обезьяньей ловкостью, - вы теперь оба такие грязные, что нам придётся пешком домой топать.
- Посмотрела бы на свои картинки и знала бы, что Министерство о своих сотрудниках заботится и грязными по ночным улицам не гоняет. Эй, Мил, поддавай экипаж. Мы даже пледы захватили.
- А Мил здесь что делает? – сиплым голосом спросила Жюли.
- Тебя спасает…