Делайте шаг навстречу друг другу

9. Лия

Мы с Аней зашли в женскую раздевалку. Проверила, что в помещении нет «лишних ушей» и плотно закрыла за нами дверь.

Когда сегодня утром шла на работу, то с удивлением заметила подругу, которая уже поджидала меня у входа. Аня любила поспать подольше и обычно приходила максимально впритык к назначенному времени. Не опаздывала ‒ и на том спасибо. Она нетерпеливо притопывала ногой, а когда увидела меня, сорвалась с места. Подбежала, вцепилась в руку и без предисловий начала допрос:

— Колись, что задумала! Зачем ста́лкеришь бедную девушку? ‒ я шикнула на неё, намекая понизить голос. Не хотелось, чтобы наш разговор подслушали. В моих действиях не было ничего противозаконного, но выставлять свою личную жизнь на всеобщее обозрение не хотелось. И вот теперь мы сидели в женской раздевалке, где я собиралась с духом, чтобы поделиться с подругой своими опасениями. Неуверенно начала:

— Я вчера скинула тебе фотографии и ссылку на блог. Эту девушку зовут Соня, она учится вместе с Димой. Когда я спросила у него, какие между ними отношения, то он ответил, что они просто иногда пересекаются, потому что она делает фотографии и пишет обзоры для школьной газеты, ‒ пересказала уже известную информацию.

— Понятно. Ты подозреваешь, что Дима тебе соврал и между ними что-то есть? ‒ пришла к своему выводу подруга. Я с нежностью погладила браслет на запястье. Наверное, такое просто так не дарят, но и Дима был человеком необычным и щедрым. Вдруг этот подарок значит не больше, чем магнитик из путешествия, который покупают на память?

— Не совсем так. Скажи, Анют, а тебе ничего странным не показалось в этих фотографиях? ‒ не спешила с выводами и решила поинтересоваться мнением со стороны.

— На первый взгляд ‒ обычные снимки, но если вглядываться в них с целью что-то отыскать, то рано или поздно найдёшь, ‒ хмыкнула подруга. Я нахмурилась и уже хотела свернуть разговор, но она продолжила:

— Я поискала информацию о ней в сети, как ты и просила. Основное увлечение связано с фотосъемкой, журналистика ‒ как дополнение. Девушка общительная, друзей много, ‒ она немного помолчала, а затем закончила: ‒ Одинокая.

Почувствовала, как в душе кольнуло неприятное предчувствие. Аня взяла меня за руку и попыталась заглянуть в глаза. С усилием, но я сфокусировала внимание на подруге. Та продолжала:

— Лия, солнышко, ты же понимаешь, что нельзя делать серьезные выводы, основываясь на одних фотографиях? ‒ я робко кивнула, соглашаясь. ‒ Если бы я тебя плохо знала, то решила бы, что ты приревновала. Признайся себе: это ведь не так. Чего ты на самом деле боишься?

— Дима сказал, что у него есть возможность поступить на бюджет там, в другом городе. Получается, это ещё пять лет ожидания. Вдруг его чувства изменятся за время, что мы будем далеко друг от друга? Не обязательно эта Соня… ‒ начала говорить довольно уверенно, но на середине предложения к горлу подступил комок. Я всхлипнула, оборвав фразу. Аня обняла меня, осторожно погладив по спине. Слёзы уже было не унять. Подруга уткнулась подбородком мне в макушку, тихо спросив:

— Боишься, что он полюбит другую? ‒ я промычала что-то невнятное. Она продолжила: ‒ Знаю, что ты сейчас хочешь услышать, Лиечка: нет, Дима никогда даже не посмотрит на других девушек. Вы всегда будете вместе, жить долго и счастливо. Правда жизни в том, что я бы солгала тебе, если бы сказала именно это. Сейчас ты на эмоциях и тебе сложно призвать свою любимую логику на помощь. Вместо неё пока побуду я: мы обе знаем, что в жизни не бывает таких вот гарантий. Не важно, три года или пять лет ‒ мы не можем предсказывать собственное будущее, но у нас есть настоящее, которое мы строим своими руками и можем менять в процессе.

Я понимала, что Анюта права. Стопроцентных гарантий по жизни не бывает, а мне их хотелось. Во всём. Хотелось верить, что мои старания обязательно окупятся и я поступлю, или что у наших с Димой отношений есть долгое и перспективное будущее.

Я осознавала, что противоречила собственным словам, которые говорила вчера Диме. Правда в том, что в тот момент я просто желала уберечь его от сомнений, которые терзали мою душу уже долгое время.

Тяжело выдохнув, стала вытирать слёзы. Конечно, в словах Ани есть смысл. Я не могу знать, что нас с Димой ждёт в будущем и есть ли оно вообще. Зато могу быть рядом с ним сейчас. Снова касаюсь пальцами браслета. Аня замечает этот жест и спрашивает с улыбкой:

— Дима подарил? ‒ киваю ей, улыбаясь в ответ.

— Можно посмотреть поближе? ‒ просит подруга. Расстёгиваю браслет и протягиваю ей. Всё равно я не хотела брать его с собой и собиралась запереть в шкафчике, чтобы не потерялся. Аня несколько минут рассматривает браслет с разных сторон, возвращает мне и с уверенностью выдаёт:

— Занятный браслетик, который просто так не подаришь, ‒ я вопросительно поднимаю брови, и она поясняет: ‒ Сделан очень качественно, из хороших материалов. На обратной стороне гравировка. Явно не дешёвая вещица. Возможно, вообще изготовлена по индивидуальному заказу, ‒ закончила Аня. У меня от удивления округлились глаза. Наконец-то получилось сформировать ясную мысль и я заговорила:

— То есть мне не показалось, что он кучу денег стоит? Я хотела у Димы спросить, но как-то не решилась, ‒ на мою реплику подруга лишь пожала плечами, поднялась и пошла к своему шкафчику, чтобы переодеться. Я последовала её примеру, наш разговор продолжился:

— Может, я не очень хорошо его знаю, чтобы делать такие выводы, конечно, но, по-моему, он «из вежливости» такой браслет дарить бы не стал. Тем более, если ему нравится другая девушка, ‒ предположила Аня.