Дело исчезновения моего отца. I

III

Сегодня на первый урок Аделина опоздала. Открылась дверь, и онемел весь класс, даже учитель географии остолбенел. Вихорки на его затылке вздыбились, а в линзах очков мелькнули синие огоньки. Аделина дышит порывами, а на её груди почти отрываются пуговицы на белой блузке. Жилет спрятался в её школьном рюкзаке, как испуганный питомец. Сочится аромат розы, а в локонах цвета меди зияет розовый лепесток.

- Мне жаль, - отдышавшись, пропела Аделина, из её глаз потекли лучи. Сердца наших мальчиков в них плавятся. С этой минуты каждый влюблён в неё. От их мыслей меня начинает тошнить. Я сдавила виски руками, неужели я и правда слышу их мысли? Кристи выдернула меня из хора невидимых голосов.

- Ева, - шепнула она мне на ухо, - она опять на скамейке...

Я кивнула. Холод змеёй ползёт по спине. Я хотела возненавидеть Аделину и даже сжала зубы, но у меня не получилось. Она звезда нашей школы. И на лбу написано, и походка играет. А я не могу ненавидеть красоту.

Географ промямлил: "Садитесь", когда Аделина уже дефилировала по моему ряду. Она изящно лаковой туфелькой пнула мой портфель, и одноклассники захихикали. А мы с Кристиной, согнув спины, запихивали в мрачные отделение портфеля пряничных зайчиков и леденцы, словом, всё то, что я купила перед уроками в школьном буфете.

- Стерва, - крикнула ей вслед Кристина, и я в ужасе предстоящего скандала схватила её за руку, - Что ты схватила меня грубо, - возмутилась она и отпрянула. А со своей парты ведьминой улыбкой Алелина улыбнулась мне.

- Прости, Кристи, - со страхом шепнула я под аккомпанемент весёлого разноголосья.

- Ты накинулась на меня, - буркнула она. Географ снял очки и повернулся к доске. Он чертит чёрным фломастером прямоугольники, значит, изучаем новую схему.

- А ты зачем обозвала её "стервой", - возмутилась я.

- Откуда тебе знать?!

- Как? Я своими ушами слышала!

- Ничего ты не слышала, - пошла на новый поворот Кристи, - я просто так подумала. Я просто подумала! Ева? – воскликнула она, и географ повернулся к классу. Он погрозил фломастером нашему ряду и опять обернулся спиной.

До конца урока мы не обронили ни слова. А на перерыве отправились пить смузи.

Настоящая драма разыгралась на следующий день. Сама по себе тренировка тянулась как самая обычная скучная тренировка. Вода в бассейне булькала, как спящий гейзер, а мы с командой ещё приседали на счёт.

Кристина старается, дышит, ноздри расширяет по лошадиному. Она мне кажется такой маленькой пони. Кристина стоит в конце ряда, а я ближе к началу, где обитает Аделина и мой Боб. Я время от времени бросаю взгляд на подругу. Я подаю ей знаки глазами – не надо так дышать, но она не смотрит меня. Я приседаю со старанием, но отстаю от других. Вот, тренерша нахмурила лоб и свистит. Косые вихры на её голове напитались влагой и распускаются, как венчики цветов.

- Ева! – вопит она, - Резче, резче!

Чтобы она отстала, я прибавила мощности ногам. Смотрю на её озабоченное тренировкой лицо и не могу угадать её возраст.

- Прыгай в воду – возмутилась она и опять свистнула.

Оказывается, ребята уже в воде и плывут по дорожкам.

- Когда ты будешь работать? – спросила она с досадой в голосе, - ни одной медали! или кубка! Сожалею, что взяла тебя в нашу команду.

Я опустилась в воду из положения сидя на борту и оперлась на бордюр локтями. Под свисты тренерши ожидаю, когда появиться махровая голова Кристины. Наконец, она вынырнула в середине бассейна и обозначила взглядом меня. Я вытянула шею – и правда, две дорожки пусты…Аделины тоже нет на заплыве, отчего же тренерша обрушила гнев только на мою бритую голову?

Когда Кристина взбиралась по лестнице вверх, я болталась в воде поплавком и глазела на тренершу. Та жевала свисток и трясла рукой пред лицами своих подопечных. Совсем не хочется выбираться из уютной ванны и вставать в строй прессуемых для победы. Поэтому я отмахнулась, когда Кристи окликнула меня. Окликнула и замолчала на полуслове с открытым ртом. Глаза её почернели в одно мгновенье. Первая мысль, которая прилетела тогда в мою голову – опять дикий поезд вырвался из сумрачного тонелля. Но, оказалось – это алое облако расплывается по зеркалу воды вокруг моей талии.

Я закричала, Кристи тоже. Один прыжок и я жалкая, как изгнанная в непогодь из дому собака, стою на суше и дрожу, постукивая челюстями, а моя команда заливается в дружном хохоте.

Тренерша ринулась к воде и уставилась на тающее алое облако.

- Вон! – закричала она, выплюнув свисток.

Под смех, с этой минуты уже бывших друзей, клацая зубами и не касаясь мокрой стали лестницы, я вылетела в раздевалку.

- Это всё она! – простонала Кристи, набрасывая на меня полотенце и халат, - Надо рассказать тренерше. Это Аделина!

- Я ухожу.

- Ева! зачем? Мы просто расскажем правду. Её отчислят со школы.

- Нет, - отрезала я, - я сюда не вернусь.

Дома я самозабвенно строчила домашку, чтобы не повеситься. Сири молчит, наверно, готовится к вечернему шоу звёзд. Я нарисовала для неё сногсшибательного аватара, по мотивам саги о Железном человеке. Мама говорила, что отец обожал серии о супергероях 21-го века. Особенно он восхищался Ро́бертом Да́уни – вот и я окунулась в тему.