Дело Каро. Практикантка

Глава девятнадцатая

Когда они вернулись в кабинет, Анри Сильен выглядел расстроенным.

— Он мне не доверяет, — с досадой сказал молодой мужчина.

— Это как посмотреть, — пожала плечами Джейн, хотя вполне разделяла мнение детектива. — Он ведь рассказал вам, что был у дома Дианы Эдьен. Мог бы этого не делать. И он до сих пор не попросил адвоката.

— Насчёт второго не уверен, — пробормотал Анри. — Говорят, он сказал, что защищать его, если потребуется, будет некий Маурицио. Вот только в списке членов коллегии адвокатов такого имени нет.

Джейн спрятала улыбку.

— Должно быть, кто-то новенький, — предположила она.

— Странное дело, — выдохнул детектив, усаживаясь в кресло. — У меня двое подозреваемых, оба с прекрасным мотивом и возможностью, но подставить отчего-то пытаются третьего! При том, что оба до этого случая с ним знакомы не были.

— Значит, подставить хотят не они, — заключила девушка.

— Да, но кто тогда? Кому нужно, чтобы в краже и убийстве обвинили Каро? — растерянно проговорил мужчина. На миг он замолчал, а потом с сочувствием в голосе произнёс: — Стать подозреваемым по собственному делу – это же кошмар любого детектива.

Джейн задумалась над его словами. Кому-то очень хочется превратить жизнь Армана в кошмар и разрушить таким унизительным образом его карьеру детектива. Но кому? И почему?

— Вы не возражаете, если я ненадолго отлучусь? — спросила девушка, поворачиваясь к детективу. — Хочу поговорить с капитаном Дьюри.

— Конечно. Я пока просмотрю отчёт криминалистов.

В дверях Джейн столкнулась с Кэтрин Лист. Женщина как раз занесла руку, чтобы постучать. Она посмотрела на девушку, и на миг во взгляде оценщицы промелькнуло раздражение.

— Простите, что без предупреждения, — с извиняющейся улыбкой обратилась гостья к детективу Сильену и переступила порог кабинета. — Но вы, кажется, просили меня приехать в участок, рассказать о картине…

— Да-да, проходите, мисс Лист, — молодой мужчина вскочил с места и кинулся к двери. Он галантно придержал её для посетительницы. — Прошу вас, присаживайтесь. Кофе?

Джейн с любопытством проводила оценщицу взглядом. Сегодня на Кэтрин было элегантное чёрное платье, приталенное, с короткими рукавами и глубоким декольте. Наряд прекрасно подчёркивал пышную грудь женщины и делал её крепкую фигуру более женственной. На шее Кэтрин лежала тонкая нить жемчужных бус — неброское, но и не совсем подходящее украшение для визита в полицейский участок. Вообще весь наряд мисс Лист, по мнению Джейн, не соответствовал обстановке. Оценщица явно желала произвести впечатление на молодого детектива и на присутствие назойливой практикантки не рассчитывала.

Джейн решила задержаться в кабинете. Она прошмыгнула за спиной у женщины и скромно села на стул в углу комнаты. Детектив Сильен заметил это и с подозрением прищурился, но не стал задавать вопросов.

— Всё ещё не могу поверить, что это дело рук Армана, — вздохнула оценщица, когда мужчина передал ей чашку с кофе. — Никогда бы не подумала, что он на такое способен.

— Ну, пока его вина не доказана, — вежливо поправил её Анри и улыбнулся. — Кстати, вы ведь были знакомы с Арманом Каро… хм… весьма близко? Скажите, вы не знаете, почему он захотел купить именно эту картину?

— Не знаю, — пожала плечами женщина. — Он, кажется, коллекционирует картины. Я была у него в квартире — получше некоторых музеев, — она многозначительно подняла брови и улыбнулась.

— Нет, тут что-то другое, — пробормотал себе под нос детектив.

— Тогда почему бы вам не спросить его самого?

Анри Сильен хитро улыбнулся:

— Сахар? — он протянул женщине сахарницу, и оценщица положила пару ложек в свою чашку. — Расскажите мне о картине. Почему она так баснословно дорога?

Кэтрин Лист звонко рассмеялась.

— Хороший вопрос! Полагаю, его можно задать в отношении многих произведений искусства. Но ответ на него очевиден — это Искусство.

Детектив Сильен нахмурился, задумавшись, и покачал головой. Казалось, что он не совсем понимает слова женщины, но и объяснений требовать не спешил. Кэтрин сама пришла ему на помощь:

— Люди готовы платить огромные деньги за талант. Ну, или за известное имя. А имя бедолаги Диона, так трагически погибшего в столь нежном юном возрасте, — драматично продолжала женщина, — у всех в Ниоре на слуху. Его полотна выросли в цене в сотни раз после его смерти. А на этой картине, которая стала последней работой художника, изображена его муза, молодая красавица Изабель Надо.

— Надо? — переспросил мужчина. — Хм… Где-то я уже слышал это имя. Простите, я на минутку.

Детектив встал и пулей вылетел из кабинета. Не прошло и пяти минут, как он возвратился, держа в руках синюю папку.

— Ну конечно, — бормотал Анри себе под нос, быстро пробегая глазами лежащие в папке документы. Какое-то время он читал, поглощённый этим занятием и позабыв, что находится в кабинете не один. — Я так и знал, что уже слышал это имя. «Изабель Надо, наследница автомобильной империи Надо и студентка художественной академии, трагически погибла, сорвавшись со скалы во время подъёма на гору Эльзар. Впоследствии выяснилось…»