Дело не в магии

Глава 2. Золотая клетка

Некоторые считают, что богатство даёт свободу. На деле оно просто дарит тебе клетку — зато с панорамным видом на парк, обслуживанием и капучино по расписанию.

Стою у окна пентхауса и ловлю на стекле отражение своего лица — девушка с темно-рыжими волосами и серьёзным взглядом куда-то вдаль. Будто смотрю на чужую жизнь.

Телефон вибрирует: три уведомления от фракций, одно из центрального офиса. Всё требует ответа. А я пока не хочу отвечать.
Всё идеально: панорама, стекло, кофе, аромат свежей роскоши. И всё равно неуютно. Слишком блестит. Слишком дорого. Слишком не моё.

В своей хрущёвке на четвёртом этаже, купленной в ипотеку, я чувствую себя свободнее. Там пахнет реальностью, обжаренным кофе и любовью, которая помещается в один плед.

А здесь — как в витрине. Вроде живёшь, а на самом деле просто стоишь на подсветке.

Смотрю на город свысока и думаю: вот она, цена успеха.

Одиннадцать лет назад Виктор Петров был просто парнем с горящими глазами и хроническим недосыпом. Делал стартапы, ставил сроки и мечтал о большом бизнесе.

В один ни разу не прекрасный день к нему подошли очень вежливые люди и сказали: «Хотите, чтобы все ваши проекты были на сто процентов успешны?»
И он, конечно, хотел.

Маги из фракции Хранителей Сумерек искали предпринимателя со смекалкой и минимальным инстинктом самосохранения для своих игр. Нашли.
А Виктор обрадовался, что нашёл «серьёзных инвесторов» и гарантию успеха.

Так и завертелось: семинары, кофе-брейки, программы личностного роста вроде «Как стать версией себя, на которую не стыдно смотреть». А под всем этим — магия в кофе.

Спустя время Кассиан, прежний глава тёмных, аккуратно объяснил про магию и магов.
Но к тому моменту колесо уже не просто крутилось — оно ехало на Викторе, не спрашивая разрешения.

Теперь он — олигарх, маг, который скрывает свою природу даже от фракций, и человек, у которого есть всё, кроме свободы.
Пентхаус, костюмы, охрана, корпоративные улыбки — всё как надо. Только график жизни составляют не часы, а магические протоколы.

Я делаю глоток кофе и думаю, что очень понимаю его попытки играть против этой системы. Просто чтобы самому выбирать, когда ложиться спать.

Год назад я тоже мечтала о свободе от фракций — и оказалась в том же клубе «Золотая клетка делюкс». Только теперь у нас семейный тариф.

Иногда я думаю: а можно ли вообще выйти из этой клетки? Или свобода — это только иллюзия, которую можно себе позволить между двумя отчётами для фракций?

— О чём думаешь? — раздаётся у меня за спиной.

Я вздрагиваю. Виктор подходит, обнимает. От него пахнет шампунем, паром и чем-то домашним, тёплым.
— О тебе, — честно отвечаю.
— И я тоже, — улыбается он.
— Тоже о себе? — прищуриваюсь.
— О любимой жене, — говорит он и, не давая мне договорить, подхватывает на руки. Кружит, как будто мы в фильме про счастливых людей.

Я смеюсь, но на полпути смех замирает. Вдруг чувствую — пусто. Нет отклика. Нет его эмоций. Ничего.

Вчера ночью мы были… ну, скажем так, очень синхронны. Настолько, что я бы дала нашей связи премию за лучшую командную работу. Несмотря на фильтры и зашумленность... А теперь — тишина. Как будто кто-то выдернул роутер из розетки.

Виктор замечает моё лицо, осторожно ставит меня на пол. Смотрит внимательно.
— Что?
— Связь, — говорю. — Молчит.
Он хмурится.
— Я тоже почувствовал.
— Может, это потому, что нас теперь не двое, а… немного больше? — произношу я с кривой улыбкой, глядя на него исподлобья.
Он на мгновение замирает.
— Возможно, — тихо отвечает. — По-хорошему, нужно съездить к Учителю. Он бы точно объяснил, почему связь себя так ведёт.
— Давай съездим.
— Сейчас некогда. Потом обязательно поедем.

Он целует меня в висок и уходит собираться. Я открываю окно.
Город шумит, солнце режет стекло, кофе остывает.

И вдруг я думаю: если эта связь, созданная магией правды исчезнет совсем… значит ли это, что мы опять сможем врать друг другу?

А я ведь так привыкла к честности за этот год. Даже к той, что горчит сильнее, чем эспрессо без сахара.

Пью последний глоток — он горький. И думаю, что правда в отношениях похожа на кофе: пока горячая — обжигает, пока честная — бодрит, а если остыла — просто потеряла вкус.

Через пару часов Виктор уходит на встречу.
Я только успеваю вдохнуть спокойствие, как телефон взрывается звонком.

Денис.
Мой личный индикатор катастроф.

— Алиса! — орёт он из динамика.

— И тебе доброе утро, Денис.

— Алиса, слушай! У меня приборы показали магический всплеск. Серьёзный. В вашем районе.

Я замолкаю.
— Может, у тебя провод коротит?

— Проверял. Всё чисто. Всплеск — реальный.

— Ну, может, это просто коллективное просветление клиентов после утреннего эспрессо?

— Алиса, — вздыхает он, — ты шутишь, потому что боишься.

Молчу. Он знает меня с универа... И он попал в точку.

— И да, — добавляет Денис. — В эпицентре был Виктор. Остальное не по телефону.

***

Пока лечу на лифте вниз, думаю, что кофе всё-таки переоценён. Он бодрит тело, но абсолютно не помогает, когда бодрить нужно душу.

Лифт едет мучительно медленно. Этажи мигают, как пульс. Сердце бьётся в такт лампам.

Такси уже ждёт под моросящим дождём. Сажусь, вожу пальцем по стеклу — город размывается, как молоко в кофе.

Мысленно прокручиваю разговор с Денисом. Он не маг, просто человек, зацикленный на идее фиксировать магию приборами. И пока он единственный, кто добился в этом колоссальных успехов.

Так что если Денис говорит «магический всплеск» — значит, всплеск был. А если зовёт говорить не по телефону, значит, дело серьёзное.

Пентхаусы, фракции, эта показная роскошь — вдруг кажутся театром для слепых.
Когда едешь навстречу человеку, который умеет фиксировать магию, ты понимаешь, как мало в жизни фиксируешь сам.