Дело не в магии

Глава 12. Магия, которой не должно быть

Сижу на кровати в гостинице, с конвертом Совета, который мы наконец-то вскрыли. Письмо — вежливое, официальное и абсолютно бесполезное, как зонтик из паутинки.

И, разумеется, обращено ко мне.

Читаю вслух:

«Госпожа Петрова, Вы, как гарант честности и прозрачности “Петров Групп”, не предоставили отчёты за последние три дня. Совет выражает обеспокоенность вашим отсутствием…»

Я поднимаю бровь.

— Класс. То есть они знают, что мы чуть не выгорели от собственной магии, но беспокоятся, что я три дня не отправляла отчёт?

Виктор усмехается, но взгляд серьёзный.

— Они нервничают, — говорит он. — А когда Совет нервничает, он пишет бесполезные письма.

Переворачиваю лист, как будто там может быть что-то более умное.
Какая неожиданность — нет.

— Ладно. — выкидываю письмо в корзину для мусора. — Вопрос поважнее: кто вчера прислал этих… косплееров с амулетами подавления?

Виктор отвечает без паузы:

— Равенар. Теневой Архивариус работает только на тёмных.

— Точно. — киваю. — Он взломал наши серверы ещё до Савелия. Потом решил получить Дениса, чтобы доработать украденное. Бесплатно. Сервисное обслуживание уровня «обязан, потому что талантлив».

Мы на секунду оба замолкаем. В комнате ощущается только гул кондиционера.

И тут мысль догоняет меня, как холодный эспрессо:

Нас не было три дня. Три дня уже прошло. То есть до Переговоров остаётся четыре дня. Четыре. Коротких. Дня.

Семь дней превратились в четыре — и ни один из них мы не прожили спокойно.
Если так и дальше пойдёт, к Переговорам меня можно будет подать вместо кофе.

Выдыхаю.

— А откуда Светозар узнал про нашу «неизвестную магию»? — спрашиваю, хотя уже знаю ответ.

Виктор поднимает запястье. Браслет мерцает холодным голубым светом.

— Записывается же всё, — говорит он.

— Отлично. Можно считать, что мы живём с Советом в одной комнате.

Я откидываюсь на подушку.

— Ладно. В любом случае, я поеду к Светозару. Давать объяснения.

— Поедем, — поправляет Виктор. — Вместе.

Он сжимает мою руку.
— И после Светозара — к Виоле. Начинаем готовить то, о чём говорили.

О да, наш план!

Вспоминаю нашу ночную переписку под левыми логинами в корпоративном мессенджере.

И мне становится чуть легче. Не безопаснее, но понятнее: игра усложнилась — но у нас есть стратегия.

***

Светозар, похоже, обосновался в одном из корпусов Школы при «Зёрнах истины» навсегда.

В его кабинет входим вдвоём.

Виктор идёт чуть впереди. Я шагаю сзади и пытаюсь выглядеть расслабленно, но пульс почему-то заходится в бешеном ритме.

Глава светлых встречает нас с видом человека, которому одновременно страшно, скучно и интересно, но он пока не выбрал, что изобразить на лице.

— Госпожа Петрова. Господин Петров. Прошу садиться.

Мы садимся.

— Итак, — начинает он, складывая руки. — Совет получил уведомление о применении вами… неидентифицированного магического поля, визуально зафиксированного браслетами наблюдения.

Я слегка подвисаю. Эти «смарт-часы» ещё и визуально всё фиксируют? И даже то, что происходит между нами ночью? И даже нашу переписку? Так… Частично и с кривых ракурсов, новсё это у них наверняка зафиксировано.

Медленно отмираю и заставляю себя кивнуть.
— Да, было дело. Самозащита.

— Можете описать принцип действия магии?

— Нет. Потому что не знаем,— честно отвечаю.

Он моргает. Очень выразительно.

— Госпожа Петрова. Господин Петров. Вы применили магию, природа которой неизвестна, а последствия — непредсказуемы. Более того, вы и господин Петров сделали это в общественном месте.

— В «Без фильтров» на нас напали неизвестные наёмники, — отвечает Виктор. — Без документов, без полномочий, с артефактами подавления. Мы защитились сами и защитили хозяина кофейни. Которая, кстати, официально признана Советом нейтральным местом, подходящим для Переговоров.

— Это Совету известно, — не моргнув говорит Светозар. — И Совет выражает… обеспокоенность.

Я хмыкаю.
Он делает вид, что не слышит.

— Проблема в другом. То, что фиксируют ваши браслеты… выходит за рамки любой классификации. Понимаете, к чему это ведёт?

— К чему? — спрашиваю.

Светозар откидывается на спинку кресла.

— К тому, что ваша связь выходит за рамки нормы. Вы — аномалия. И согласно Приложению №4 о Межфракционных Санкциях, всё, что классифицируется как аномальная магия с непредсказуемым опасным воздействием, подлежит изъятию и нейтрализации.

Виктор напрягается.
Я ощущаю, как по коже бегут ледяные мурашки.

— Что значит «изъятию и нейтрализации»? — спрашиваю осторожно.

— Это может включать ограничение или изъятие магического дара, — наконец произносит он. — Блокировку доступа к памяти о магических взаимодействиях.

Пауза.

— И уничтожение самой магии, то есть вашей связи, если она угрожает межфракционному балансу.

Мои ладони холодеют. Они хотят отобрать… всё? Дар. Память. Связь.

То, что делает нас — нами. Это даже страшней, чем принудительный развод, которым он угрожал в прошлый раз.

Виктор наклоняется вперёд, голос низкий и ледяной.

— Если вы намекаете, что Совет может стереть нашу память, изъять дар и связь, чтобы мы стали безопасными, то скажите это прямым текстом.

— Я не намекаю, — отвечает Светозар ровно. — Я цитирую Кодекс фракций. И да, всё так, как вы сказали.

В кабинете повисает сухое, звенящее молчание — будто воздух превратился в хрупкое стекло.

Медленно вдыхаю.

— И что теперь?

Светозар отмечает что-то в документе — не глядя на нас.

— Теперь Совет требует доказательств того, что ваша магия не представляет угрозы. Испытания. Наблюдение. Регистрация всех проявлений.

Он поднимает взгляд.
— И ежесуточные отчёты, госпожа Петрова. По вашей неизвестной магии. И, кстати, по «Петров групп». Как гарант честности вы обязаны были предоставлять их в первую очередь.