Дело о диком имбире-1

Глава 16. Глава-перевыртыш: двое в свете керосинового фонаря. Ларри и Рели

* * *

Аурелия Бек не успела понять, что с ней происходит. Она снова утопала, но не захлебывалась, причем в ледяной соленой воде, которая дикой волной понесла ее сквозь тьму и страх, будто Ларри приказал ей чего… Ларри!..

Он собственноручно вытащил ее на сушу в охапку, и тот момент, когда хвост превратился в ноги, Рели не отметила. Только брюк опять не хватало. Ларри бесцеремонно вытащил из ее сумки за спиной тот самый лазурный шарф и обернулся им в стратегически важном месте. Операцию спасли также рубашка и пиджак, в которых он вальсировал с Надей: те остались на месте.

Но Рели отметила все эти моменты лишь машинально.

Было темно, холодно, дул сумасшедший, пронизывающий до кишок ветер, и они на отрезке холодного сырого песка, скрытого в тени парапета набережной от дрожащего света знакомо мерцающего плохонького фонаря… Тот самый, с треснутым стеклышком, напротив окон ее дома. Он всегда на ветру еле выживает, фонарщик жаловался в ратушу насчет бюджета на освещение, но все прошения потонули в проекте ГЭС…

Так вот они где, оказывается. Родная Северная набережная.

Аурелия обхватила себя за плечи, с удивлением обнаруживая, как влага и капли воды вдруг начинают поспешно испаряться с рук, одежды, с ботинок… И окутывают теплой дымкой вроде той, что на Фогу, только с запахом соли и ветра, а гусиная кожа, что облепила уже как своя, до самого сердца — понемногу отступает.

Ларри стоял босиком, по щиколотку утопая в песке, и в легком недоумении рассматривал собственные ладони. От него тоже исходил благоухающий пар, и на фоне неровного фонарного луча рыжий мокрый эколог выглядел и вовсе эфемерно.

— Ты и такое умеешь?!.

— Я в шоке сам тоже… — пробормотал суланиец. — Раньше греть было не надо, я не знал. Теплокинез!

— Что за заумные слова, — ворчливо прокряхтела совершенно дезориентированная Рели, пытаясь подняться.

Лоуренс подхватил ее ладонь и дернул вверх, но девушка с занемевшей ноги споткнулась и упала ему прямиком на грудь, а крепкой подошвой — куда-то на босую ступню. Ларри глухо охнул, болезненно скривился и убрал руки. Аурелия поспешно отступила, отряхивая снова ставшее шикарным платье от прилипшего песка. И уткнулась взглядом в свой шарф. Находящийся в вопиюще неподобающем для него месте.

— Давай купим тебе юбку, — брякнула она, размышляя, сколько же теперь его отстирывать и будет ли он по-прежнему пахнуть лавандой.

— Что?..

— Вроде в горах Нордхавена так одеваются самые лучшие воины. На сей раз ты лопнул штаны мэра. Это ведь был ты?

И посмотрела ему прямо в поблескивающие белками и искорками в неверной ночи глаза. Те отвечали честнее своего хозяина. Конечно, он.

Потому что испугался за нее до смерти. И почему-то… не понравилась ему идея, что она может стать чьей-то чужой девушкой, пусть и не по-настоящему.

Что с тобой, Ларри Немо?.. Не узнаю вас в гриме! Он снова повертел ладони перед собой, будто те могли ему ответить. Судя по всему, действие теплокинеза не продлится долго, и сейчас они тут заморозятся вусмерть, если не поторопятся.

Но Бяку вся эта проза жизни явно не интересовала, даром что романистка. «Цитрусовые сказки», акула его разорви на части!..

Она бушевала вовсю, размахивая кулачками перед его лицом:

— Ты испортил нам всю операцию!

— Я?!

— Милн уже был у меня почитай в кармане! Он рассказал, что я напоминаю ему одну знакомую юности, с которой его брат вместе стажировался — и угадай, где? На Батуу! Я показала на Закари, сказав, что его знаю — спасибо Наде и Мирке — и что, вроде, его давно не было, так Влад упомянул, что сегодня тот впервые вернулся в Секвойю после десяти лет отсутствия. А убрался в столицу он как раз из-за той «дурацкой командировки на Батуу, будь она неладна». Потом Влад поспешно сменил тему, что-то про мои волосы. Ты хоть понимаешь, что это значит?!

Она так смешно выпучила свои глазищи, в которые падал отсвет фонаря, что Ларри невольно фыркнул во время ответного вопроса, и прозвучало чуть более высокомерно, чем он бы хотел:

— Что?

— Да то, что у них с Эррелом общее прошлое, тот ведь тоже прилетел с Батуу! И не так просто он через десять лет вдруг явился в родной город козни на ГЭС строить, еще и подкладным письмом через Надю, тут наверняка все глубже, чем просто конкуренция, дубина! Чего ухмыляешься?! Я бы узнала, что там дальше, и он был не против, и на коктейль пригласил, а ты… Взял и все испортил! Козлы капитана знают, зачем!

Это было смешно. И обидно. Да он же ее спас, а она — с козлами и кулаками!

— И ты веришь, что он был в кармане?! Твоем?! После крика, что ты детектив?!

— Кто?!

— Владислау, батилихнопсы, как его, Милн! Ты видела его взгляд?!

— Я бы справилась!

— Как? Успела научить приемы самозащиты?! В полгода жизни? Даже наручники у меня!

Он нырнул в карман и победно продемонстрировал. Волны носят своего принца бережно, ничего не теряют. Только штанам не везет, но раньше он и не погружался в одежде, никогда. А тут…

Аури поджала губы. Протянула ладонь, словно она все еще здесь командует:

— Отдай.

— Не отдам. Ты буйная, они могут быть мне нужны.

— Что?!. Да как ты…

Лоуренс взял упрямую девушку за плечи и подтолкнул к парапету.

— Пора выбираться. Скоро холодно станет. Где лестница? И одеться тепло.

— Я бы выкрутилась, а побег — доказательство вины. Теперь мне в доверие не втереться. Ты будто криминальный кодекс не читал.

— Не читал, конечно. Сейчас наручники закрою, — Ларри покачал своим веским доводом перед недовольным лицом девчонки. Она подпрыгнула, чтоб отнять, но Ларри отступил, и Аури смачно завалилась лицом в песок. — Наручник у меня — я решаю.

Она мрачно отплевалась и поежилась, собираясь в кучку. Вот и высохли. Вода испарилась вместе с паром. И сделалось снова холодно — да что там «холодно»! Ветер сгрыз все органы разом. Ларри рассердился — прежде он бы за такие выбрыки, что творит Бяка, приговорил бы к розгам и дело с концом. Что за глупая несговорчивость! В носу мгновенно защекотался уже знакомый насморк.