Дело о пропавшем змеёныше

12. Мадлен

— Времени у нас полно. — Я устраиваясь глубже в мягкие подушки дивана. — Брам говорил, что они с Доментианом вернутся только ближе к вечеру.

Мы с Лайон успели пересмотреть три альбома с моими работами и выяснили, что если у Иветты нос по цвету напоминает пионовый лепесток, то у Козетты — капельку малинового варенья.

Теперь мы наблюдаем, как Лума парит над пирожными, посыпая их сине-золотистой пыльцой. Каждое прикосновение её крыльев оставляет на сладостях лёгкое сияние, будто они покрыты инеем из звёздной пыли.

Чуть поодаль развлекается Акси — фамильяр Лайон. Этот храбрый малыш-аксолотль стал несколько больше с тех пор, как я в последний раз его видела. Он медленно плавает в воздухе, как в невидимом аквариуме, оставляя за собой след из крохотных пузырьков.

— Пусть мужчины решают свои дела, — говорит Лайон, отпивая чай. — Нам достанется больше сладостей. К примеру, вот эти, — она указывает на меренги в форме сердечек, — восхитительны! Никогда не пробовала ничего подобного.

— Это из Сьор-Брулони, — улыбаюсь я. — Отец каждый год присылает мне коробку в подарок. И нам действительно повезло, что они ещё остались. В прошлый раз Брам почти сразу всё съел.

Лума делает вираж и садится мне на плечо, сложив крылья. Акси пускает длинную цепочку пузырей, и один из них лопается прямо над головой Лайон.

— А вот Доментиан, кстати, вообще равнодушен к сладостям. Ну, почти. — Она улыбается и понижает голос, будто собирается рассказать секрет. — Недавно мне всё же удалось его удивить. Я приготовила фейриское суфле из мёда, лепестков лунной фиалки и закатного сиропа. Подала в хрустальном бокале, по краю — узор из искрящейся пыли. Доментиан смотрел на это, как на артефакт высшего порядка.

— Ого! Лайон, ты обязательно должна оставить мне рецепт. Я вряд ли смогу повторить сама, но, может кондитеры в Идригасе справятся.

— Вы поедете в драконью столицу?

Я киваю.

— Да, к родителям Брама. Там планируются торжества в нашу честь. Только представь, сколько всего нужно взять в дорогу!