Дело о пропавшем змеёныше

13. Брамион

— Дороги до Ионеля — минут двадцать. Я знаю короткий путь.

— Показывай.

Я веду Доментиана к старому городскому кладбищу, где осенью мы с Витальго закапывали скелеты из моей персональной пыточной. Небо темнеет с каждой минутой. Остаётся только прибавить шагу и надеяться, что полуорк обладает действительно нужными сведениями.

Калитка скрипит, когда мы доходим до кладбища. В сторожке пусто — похоже, смотритель решил встретить Хон Галан в компании поприятнее, чем мертвецы.

— Дальше куда? — уточняет Доментиан.

— Направо, — я машу рукой в сторону, — а там по прямой… Стой! Ты чего делаешь?

Демон заносит ногу над низким холмиком.

— Ты же сказал, направо и по прямой.

Я тяну его обратно.

— Не по людям же, или кто там лежит! Тропинка есть.

Доментиан ворчит, что не так уж и сильно мне нужен наг. И что путь мы выбрали вовсе не краткий. Но я стараюсь пропускать эти выпады мимо ушей, выбирая прислушаться к ощущениям. Нет ли среди них переживаний Мадлен?

К счастью, кажется, она делает ровно то, о чём я просил — хорошо проводит время. По крайней мере, никаких следов страха или тревоги нет.

«Почтамт», — напоминаю я себе, преодолевая очередной ионельский сугроб. Как только найдём нага, надо зайти на почтамт.

Ресторан «У моря» стоит у набережной. Я понимаю, почему полуорк его выбрал: отсюда открывается самый лучший вид на, собственно, море. У дверей нас встречает напыщенный метрдотель в белой выглаженной униформе.

— Господа, прошу прощения, — говорит он гнусаво, окидывая нас презрительным взглядом. — Увы, мест нет. Все столики заняты.

— Нам не места нужны, а полуорк. — Я наступаю, и в нём сразу становится меньше спеси. — Есть тут такой?

— Есть. Господин Сурк-Зольд весь второй этаж арендовал на вечер. Он уже там и ожидает появления гостьи. Ждёт ли он вас, господа?

— Ждёт, — отвечает Доментиан. — Но он ещё об этом не знает.

Мы проходим внутрь и шагаем к широкой лестнице. Стоит добраться до последних ступеней, и на нас выпрыгивает Сурк-Зольд. Разодет он не хуже Доментиана: сюртук бархатный, жилет шёлковый — цвета весенней листвы. Хотя с его оттенком кожи лучше бы смотрелся малахитовый. Впрочем, не моё дело. Главное, чтобы его девице понравилось.

— Прекрасный… — Полуорк кидается нам навстречу, но замолкает при виде Доментиана.

Тот ухмыляется и медленно проводит рукой волосам.

— Спасибо. Я старался.

— Прекрасный вечер ещё прекраснее, раз я вижу тебя, моя Розочка, — бормочет Сурк-Зольд. — Это хотел сказать. Вы не могли бы уйти? Сегодня этот зал закрыт. Я жду девушку, Розу, она с минуты на минуту должна прийти.

А он и впрямь её ждёт: заказал лучшие блюда, расставил свечи, даже о музыке позаботился — разорился на музыкальный кристалл. Розочке сегодня повезёт. Сурк-Зольду, надеюсь, тоже.

— Уйдём, когда ответишь на пару вопросов, — говорит Доментиан, и в голосе слышатся знакомые нотки угрозы. Но полуорк же не ментальщик, чтобы ему угрожать. Тот просто из вредности помогать не хотел, а у Сурк-Зольда есть серьёзные причины для недовольства. Если бы кто-то пытался испортить мой вечер с Мадлен, я бы того ещё и с лестницы спустил.

— Мой друг хочет сказать, — вмешиваюсь я, пока не разгорелся спор, — что мы будем рады, если ты нам объяснишь… ну ответишь на вопросы. Кажется, ты видел нага — принца Пар… рилья… Кяярмэмиеса.

Ненавижу это имя. И нага, где бы он ни был, ненавижу!

— Не помню, — говорит Сурк-Зольд. — Парни, ой, простите, господин преподаватель Доментиан, давайте потом, а то моя Розочка вот-вот придёт. Вы наверняка её знаете. Моя Розочка, — он мечтательно вздыхает и возводит глаза к потолку, — первая красавица Академии.

Вот это заявление.

— Не знаю никакой Розочки, — шепчу я Доментиану, встав полубоком. — А ты?

— Нет.

— И вообще, первая красавица — это Мадлен.

— Лайон.

— Мадлен!

— Лайон!

— Обе красавицы!

— Согласен.

Не время с ним спорить. Просто запомню, что на следующий Хон Галан демону нужно подарить очки. Пусть рассмотрит получше и запомнит, что нет никого красивее Мадлен. Её глаза не просто серые, они как облака июльским утром, за которыми прячется солнце. А её кожа? Такая нежная, почти прозрачная, с лёгким румянцем в минуты смущения...

Сурк-Зольд продолжает вещать про Розочку, а Доментиан глядит в одну точку, о чём-то хорошенько задумавшись. Я вывожу его из транса, пощёлкав пальцами.

— Ещё раз так сделаешь — сломаю пальцы.

— Так ты не спи.

Полуорк, не прерывая поток влюблённых речей, показывает нам нечто аляповатое, лежащее на подушке в бархатной коробке. По форме похоже на колье, но… камни ужасно грубые. Цвета не сочетаются друг с другом. Вряд ли нормальная девушка станет такое носить.