Дело об исчезнувших вампирах. Дело №1.

Глава 9.

Краасу пришлось отпаивать меня молоком с добавлением капли живой воды полчаса, прежде чем я смогла вменяемо соображать. Неудивительно. После всех потрясений то.

- Тебе повезло, что ты сумела уйти на своих двоих и в своей шкуре.

Для нравоучений черт нашел укромное местечко в углу таверны Рышкевича. После визита тайной канцелярии «старый вояка» нуждался в денежных вливаниях как никогда в жизни. И сейчас в теплом и довольно уютном помещении из посетителей были только мы с чертом.

Меня знобило так, что я не осмелилась снять пальто в хорошо отопленном помещении и стакан с подогретым молоком и пряностями держала руками в перчатках.

- Что с ней? – Грустно поинтересовался Рышкевич, ставя передо мной тарелку с кашей и грибами.

- Нахарар собирался шкуру снять, – подсунув под подбородок руку, ответил черт.

- А если собирался, обязательно сделает, ну, а если не сделал – просто пугал, – логика у гоблинов железная.

- Вот и я говорю, дурака он валял. Демоны просто так угрозами не бросаются, они сразу их выполняют. А нахарар тем более. Вообще, я считаю, ты ему нравишься, лапуль. Недаром он прискакал в «разобранном виде», как только узнал о твоем исчезновении. Из-за меня он вряд ли так спешил.

Злобно смотрю на насмешника поверх стакана. Правда, отчасти его слова меня немного успокоили. Если то, что он говорит верно, и демоны скоры на расправу, то что бы ни случилось, это произойдет быстро, то есть испугаться я не успею.

- А если души ничего не найдут?

Краас разводит руками.

- То прими мое сочувствие. Что бы сдержать клан бесноватых вампиров с тобой он церемониться не станет.

- Мне к Аукушке нужно.

- Теперь никак. Наверняка уже поставили заслон. Архимаги, они знаешь какие? Бреши не оставят. Хотя…

- Архимаги? Серьезные дела творятся, – Рышкевич сделался еще печальнее. Махнув на нас рукой, скрылся за дверью кухни.

- Краас, почему бестелесные? – Задала я вопрос, который не давал мне покоя и словно надоедливая муха мельтешил в мозгу.

- Не знаю. Меня тоже это беспокоит. Может, потому что они подконтрольные, а может, еще по какой причине. Я считаю, князь и мой шеф скрывают что-то. Одна надежда – Аукушка найдет доказательства. Ты же его просила об этом?

Киваю.

Я тоже на это надеюсь, иначе… даже представлять не хочу, что там иначе будет.

- Кстати, если ты рискнёшь сделать глупость и сбежать, он тебя найдет… из принципа, я думаю. Ммм, Серафи, ты не могла бы ускориться? Я Рышкевичу жареного козленка заказал, не думаю, что ты хочешь это видеть, яхонтка.

Есть как раз не хотелось совершенно. Но я привыкла делать это впрок. Никогда не знаешь, что ждет завтра бублик или его дырка.

- Спасибо, что помог, – произношу я, берясь за деревянную ложку и торопливо набивая рот кашей.

- Не хотелось видеть, как он тебя ломает, если честно, – черт задумчиво взглянул в мою тарелку и добавил: – думаю, и ему тоже. Потому позволил вмешаться.

Я не совсем поняла его высказывание, но пообещала его чем-нибудь отблагодарить на днях.

Потянув носом исходящие со стороны кухни запахи, Краас безмятежно заулыбался и, решив, что обед совсем скоро, вышел из-за стола в туалет.

Моя тарелка опустела, а рыжий все еще не появлялся. Не собираюсь думать о причине его задержки, однако, уходить, не попрощавшись, мне не хотелось. Задавшись целью его дождаться, я вспомнила о бандерольке и письме, еще утром засунутые в карманы. Похлопав по пальто, безошибочно угадываю маленький сверток. Он без печати как и посылка от бабушки Агафьи, просто перевязан атласной ленточкой ярко-алого цвета. На темной бумаге написан только мой адрес без обратного адресата. С удивлением узнаю ровный почерк. Неужели прощальный подарок? Никогда бы не подумала. Сейчас я буду рада любому знаку внимания, который поднимет мне настроение, и поможет забыть недавние события сегодняшнего дня. А если презент не понравится, я всегда смогу его продать и получить деньги. Вывод – подарок мне понравится в любом случае.

С возрастающим любопытством срываю ленту.

Плотная бумага раскрывается сама как футуристический цветок, являя на свет содержимое посылки.

Стоп кадр.

Немая сцена.

Где-то меня прокляли.

Не знаю, смеяться мне, плакать, кричать, биться головой о стенку.

Очень медленно заворачиваю бандерольку обратно. И прячу в карман.

Вот так подарочек.

Первым желанием было сорваться и бежать в туалет к Краасу. Но вовремя вспоминаю о … дарителе.

- Убери лучше это.

Бесшумных шагов гоблина я не услышала. Вздрогнув от его шепота, вскидываю голову.

- Не знаю, откуда это у тебя, но лучше бы твоему кавалеру этого не видеть. Зеленый палец поддел атласный лоскут и подтащил к краю стола.

- Не думаю, что ему приятно будет узнать, где ты проводишь свободное время.

Смаргиваю ступор. С облегчением понимаю, что опасалась зря. Он говорит о… ленте?

- А что это?

Безволосая бровь дернулась вверх. Зеленая голова повернулась в сторону туалета и опять ко мне.

- Ну… это особый цвет, для особых леди… понимаете? Такие, как Вы, и такие, как они, это как Навь и Правь, –

по всему, говорить ему стало вдруг неловко.

- Госпожа Серафи, я понял, как ошибся, прошу прощения, но ленту уберите все равно.

Я перехватываю ее и прячу в кармане быстрее, чем это делает Орри. Пожав плечами и сняв с себя груз ответственности, он забирает пустую посуду со стола.

- О, ты еще здесь, малявка.

Острые кончики рыжих волос стояли ровно вверх и слегка поблескивали от манипуляций с влажной водой. Теперь понятно, чем черт занимался в туалете так долго.