Демиург-попаданка

Демиург-попаданка

Ты думаешь, что это всё вечно. Люди, машины, асфальт. Но это не так. Однажды это всё исчезнет. Даже небо.
Доктор кто

Это была величайшая битва, от которой содрогалась земля и раскалывалось небо: Четверо проигрывали одному. Все вокруг заволок непроглядный черный дым, его клубы расползались, подобно щупальцам, исторгая из себя зловоние и самую настоящую, ожившую тьму.
Четверо объединили свои силы, но их все равно не хватало, и первым пал мудрейший из братьев. Юноша, чьи зеленые одежды пестрели сложными рунами, а знания вмещали все сущее, кто был началом и концом всему. И магия утратила порядок, взвилась неудержимыми потоками, губящими всех, кто к ним прикасается.
Затем была та, что стала матерью морей и гор. Она ушла тихо, растаяла утренней дымкой, но вся природа погрузилась в траур по ней. Взбунтовались реки, поднялись жестокие бури, сама земля горевала.
Третьей погибла прекрасная чаровница, младшая из Четверых. Своим пением умела она завораживать, своей красотой — ослеплять, была хитра и как вода изменчива, но не спасла ее ни хитрость, ни изворотливость. И с нею, казалось, вся любовь ушла из мира. Всколыхнулись темные чувства, взросла ложь и зависть в сердцах.
Дольше всех держался неутомимый рыцарь, не желал отступать ни шагу, и меч его разил без промаха, но дрогнул даже он, не устоял. И когда пал последний из четверых, грянули войны, жестокости которых не видел еще белый свет, кровью обильно полившие взошедшие ростки ненависти…

Четверо погибли, но прежде, чем сгинуть, оставили свой след. Пришли четверо смертных, четыре тени, чьи жизни — лишь миг в дыхании бытия, и им были дарованы Знаки. Затем сила Четверых угасла навечно, тьма возликовала, чувствуя своем господство над миром. Однако Пятая, что пряталась во тьме, тоже нанесла свой удар. Та, о которой все забыли, о которой не принято вспоминать. И чаша весов покачнулась…

***
Алиса сонно потерла глаза. Это же надо, заснуть в вагоне метро, да еще и увидеть такой странный сон! Утомленная последними, самыми тяжелыми днями летней практики, она чуть не проехала свою станцию, и в последний момент успела проскочить в двери до того, как они закроются.
На станции стояла духота. Лампочки нервно мигали, грозя вот-вот погрузить окружающих во тьму, почти как в недавнем кошмаре. Приехал еще один поезд, выплюнул очередную порцию усталых рабочих и унесся вперед, обдав совершенно не освежающим сквозняком. От толпы вокруг стало уже не протолкнуться, Алиса почувствовала, как ее одолевает головокружение, а ноги становятся тяжелыми и непослушными. «Мне надо на воздух» — сама себе сказала она, покрепче вцепившись в поручень эскалатора, что медленной гусеницей полз кверху. Еще пара минут, и она окажется на улице.

Из головы все не шел обрывок сна, удивительным образом похожего на недавно дописанную ей книгу. Фантазия разыгралась неожиданно: Алиса точно узнала четырех богов, игравших там немаловажную роль, вот только ничего подобного в ее сюжете не было. Впору садиться и писать вторую часть — столь захватывающей и реалистичной была картинка, у девушки до сих пор мурашки по рукам бежали.

Долгожданный глоток кислорода у выхода из метро оказался спасением, которого она так долго ждала. Зажмурив глаза от солнца, ослепляющего после полутемных станций, Алиса торопливо толкнула стеклянную дверь. В лицо ей ударил свежий прохладный ветер, на мгновение оглушив собой и затмив все ощущения. Он пах отчего-то дождем, мокрым камнем и чистым, почти лесным воздухом, которого не бывает в большом городе. Незнакомо и завораживающе.

Глава 1. Фрина

С чего начинается гибель мира? Обрушатся ли небеса на землю всей своей необъятной массой, как предрекают то великие провидцы? Погрязнет ли земля в хаосе, войне и пороке, согласно обещаниям высших жрецов всех богов? Вырвутся ли демоны преисподней, несущие на своих крыльях тьму и смерть? Придет ли пророк, готовый повести всех чистых душой за собой в свет, или это случится внезапно, без предвестия и знаков, просто время вдруг остановится навсегда?

Магистр Сильванос с усталым вздохом захлопнул толстый фолиант, лежащий перед ним на столе, и с наслаждением потянулся. Книга была, безусловно, ценной, древней и, вероятно, заслуживающей большего внимания, но не ответившей ему ни на один из волнующих вопросов. Вот уже полтора десятка лет верховный магистр ордена Сотилла, основатель школы стихийной магии Аргонии и сильнейший из волшебников этой прекрасной страны, Аарон Сильванос занимался изучением такого неоднозначного вопроса, как конец света. Сидя в своем кабинете на самой вершине главной башни Ордена, он наблюдал не только за городом, столицей славной Аргонии, но и за всем миром через большой хрустальный шар на бронзовой подставке, и в мире этом в последнее время происходили все более странные и ужасающие события, наводящие на совсем безрадостные мысли. Кабинет магистра был доверху завален всевозможными книгами, содержащими древние легенды и мифы, свитками с пророчествами и прочими бумагами, имевшими хоть приблизительное отношение к предмету его пристального изучения. К сожалению, выявить из всех этих свидетельств и предсказаний те, что имели больше шансов для осуществления, нежели другие, можно было только с натяжкой, но в последнее время магистр все чаще отмечал события, подтверждающие то один вариант предсказаний, то другой, но так или иначе все указывало на то, что мир движется к своему концу, каким бы тот ни оказался.

В долине Сендарра, лежащей между эльфийским лесом и гномьими горами, вновь разгорелась война, грозящая перейти в нечто большее, чем простая грызня соседей, потому что на помощь к эльфам уже потянулись кочевники-орки, а к гномам — человеческое королевство Лэйвасс, полностью зависимое от их руды.