Демон для неудачницы

Глава 20

Весь день я не находила себе места. Вейрон исчез после поцелуя, растворился в тенях, оставив после себя только горечь и смятение. Я пыталась тренироваться, но магия не слушалась — словно тосковала по его присутствию.

Ночь опустилась на старый особняк, и я сидела в нашем подвале, машинально создавая из теней узоры на стенах. Свет магического шара становился всё тусклее — как моя надежда на то, что он вернётся.

— Это красиво.

Я вздрогнула. Вейрон стоял у входа — мрачный, собранный, непривычно тихий. Даже его обычное золотое сияние в глазах казалось приглушенным.

— Ты вернулся, — я постаралась, чтобы голос звучал ровно.

— Я… должен извиниться, — он медленно прошел в комнату, остановившись на расстоянии нескольких шагов. — За свои слова. За то, что назвал это ошибкой.

Я молчала, не зная, что сказать. Тени вокруг колебались, отражая наше общее напряжение.

— Ты не ошибка, Кайла, — его голос стал мягче. — И не тень прошлого. Я просто… испугался.

— Ты? — я не смогла сдержать удивления. — Великий Архонт Бездны испугался?

Его губы дрогнули в слабом подобии улыбки: — Даже древние демоны могут бояться. Особенно когда…

Он замолчал, словно подбирая слова.

— Когда что? — я поднялась с дивана, делая шаг к нему.

— Когда история грозит повториться, — он поднял руку, останавливая меня. — Позволь мне… позволь рассказать.

Он опустился на старый стул, и впервые я увидела в нём усталость — древнюю, выматывающую усталость существа, прожившего слишком много.

— Это было три века назад, — начал он тихо. — Я был другим тогда. Более… свободным. Правитель Теней, один из сильнейших демонов. А она… — его голос дрогнул, — она была похожа на тебя. Не внешне — душой. Та же чистота, та же жажда познания. Та же способность видеть красоту даже во тьме.

— Как её звали? — спросила я тихо.

Вейрон застыл. Несколько долгих минут он просто смотрел в темноту, словно видел там что-то, недоступное моему взгляду. Тени вокруг него заколебались, отражая внутреннюю борьбу.

— Элеонора, — наконец произнес он, и её имя прозвучало подобно заклинанию. — Её звали Элеонора.

Он поднял руку, и тени сплелись в женский силуэт — высокая фигура с гордой осанкой и длинными волосами.

— Она была из старого магического рода. Благородная семья, древняя кровь… Её брат-близнец занимал высокий пост в Совете. Они должны были стать гордостью семьи — такие одаренные, такие многообещающие.

Теневая фигура растаяла, сменившись изображением двух детей, играющих с магией.

— Что случилось? — мой голос прозвучал едва слышно.

— Она услышала зов теней. Как ты сейчас. Её брат… он тоже мог его слышать, но подавил в себе эту способность. А она… — Вейрон сделал паузу, сжимая кулаки. — Она откликнулась.

Тени заплясали на стенах, показывая девушку, создающую из тьмы удивительные узоры.

— Тогда они начали давить на неё. Её семья, Совет, брат… Особенно брат. Он считал, что демоническая магия — это скверна, что она оскверняет их род. Каждый день ей говорили, что её сила неправильная, грязная. Что ее тяга к теням — это болезнь, от которой нужно излечиться.

Его голос стал горше.

— А потом появились Охотники. Они… они умеют находить нужные слова. Умеют играть на страхах, на чувстве вины. Они убедили её, что есть способ всё исправить. Ритуал, который очистит её душу от скверны.

— Она поверила им? — я почувствовала, как сжимается сердце.

— Не сразу, — он покачал головой. — Она сопротивлялась долго. Но когда твоя собственная семья, твой брат-близнец день за днем говорит, что ты больна, что тебя нужно спасти… — он сделал паузу. — В какой-то момент она сломалась.

Тени показали сцену ритуала — множество фигур в серых плащах, магические цепи, сияющие древними рунами.

— Они использовали нашу связь. Её чувства ко мне… Только она могла подойти так близко. Только ей я доверял настолько, чтобы позволить… — его голос дрогнул. — Я не сразу понял, что происходит. А когда понял…

Он замолчал, и я видела, как напряглись его плечи.

— Что случилось потом?

— Она поняла, что её обманули. Что Охотники не собирались её «спасать» — они хотели мою силу. Использовать её для своих целей. И тогда она… — он сжал кулаки так, что костяшки побелели. — Она отдала всю свою жизненную силу, чтобы остановить их. Она не могла снять с меня оковы — они уже впитали слишком много её крови, её магии. Но она смогла открыть портал в другое измерение, куда Охотники не могли дотянуться.

— Она пожертвовала собой, — прошептала я.

— Да. Последнее, что я видел — её глаза. Полные слез, раскаяния и… любви, — он произнес последнее слово так тихо, что я едва расслышала. — А потом была пустота. Три века пустоты.

— До тех пор, пока я не призвала тебя.

— Да, — он наконец посмотрел на меня, и в его глазах плескалась такая боль, что у меня перехватило дыхание. — Теперь ты понимаешь, почему я… почему мне так страшно?

— Потому что боишься, что все случится вновь?

— Потому что знаю — Охотники не остановятся. Они будут пытаться использовать тебя так же, как использовали её. И я… — он замолчал, словно подбирая слова. — Я не переживу этого снова.

Я медленно подошла к нему и осторожно взяла его руку в свои.

— Я не она, Вейрон. И наша история будет другой.

— Ты не можешь этого знать, — но он не отнял руки.

— Нет, не могу, — согласилась я. — Но я знаю, что не позволю никому — ни Охотникам, ни Совету, ни кому-либо еще — убедить меня, что эта сила неправильная. Что наша связь — это что-то грязное. Я не предам твоего доверия.

— Дело не в доверии, — внезапно произнес Вейрон, всё еще держа мою руку. — Я знаю, что ты не предашь меня. Ты… другая.

— Тогда в чём?

— В том, что я могу потерять тебя, — его голос дрогнул. — Эта сила… она опасна. Чем глубже связь между нами, тем сильнее ты привязана к теням. К моей тьме.

— И ты думаешь, что если будешь держаться на расстоянии, это как-то защитит меня? — я покачала головой. — Посмотри.