Демон. Одиночка

Дело 1313

– Готова?

Я сыто киваю и тут же запоздало спохватываюсь:

– К чему?

Курт отодвигает тарелку и белую чашку на блюдечке. К яичнице он так и не прикоснулся, зато с чистой совестью умял все три блина и даже ни разу не вспомнил Бет. По крайней мере, вслух…

– К разговору с Авророй, – говорит лаэрд.

Мягко и спокойно, словно боится напугать меня громкими интонациями. Кто бы намекнул ему, как это бесит!

– Э‑э‑э… Так сразу?

Честно говоря, как‑то не думала, что разговаривать придется тут же. В мои планы входило выждать недельку, успокоиться, стрясти с Вениамина Георгиевича дело Аврорки и только после этого соглашаться на встречу.

– Я завтрак съел при тебе, – подмечает Курт, бдительно наблюдая за мной. – Офисное здание через дорогу, Крис и Аврора уже ждут нас там.

Зашибись! Значит, все было решено за меня еще до перелета.

Идти и встречаться с лаэрдом и бывшей подругой не тянет, но отец всегда учил нас с братьями держать слово, потому что человек, не отвечающий за свои слова, – пустозвон.

Пустозвоном быть не хочется, поэтому я решительно встаю и тянусь к куртке.

Курт с маской каменного спокойствия на лице поднимается следом. Тот же маневр выполняют и личный водитель с охранником. Лаэрд не обманул – офисное здание действительно было через дорогу от нас, а Аврорка и Кристоф действительно ждали.

Едва я переступаю порог, как длинноногая блондинка в шикарном деловом костюме подбегает ко мне, порывисто обнимает и… начинает реветь.

– Блин, Аврор! – недовольно ворчу я. – Ну, сколько можно реветь‑то? Взрослая женщина уже, между прочим, а продолжаешь реагировать на все, как ранимый воробушек.

– Ева‑а‑а‑а… – громко шмыгает носом она. – Ева‑а‑а…

У‑у‑у… Чую, это надолго.

Пока девушка методично заливает мое плечо слезами, я поворачиваю голову и укоризненно смотрю на Курта.

– Это как бы мало похоже на разговор…

– Блины тоже мало похожи на оладьи, но я же ел, – парирует мужчина, обходя нас двоих. – Все готово? – спрашивает он у Кристофа Дамира после обмена дежурными рукопожатиями в качестве приветствия.

Я тяжело вздыхаю. Вот почему девушки так не могут. Вместо тысячи слов типа «сколько лет, сколько зим», «как ты похорошела!» и коронным «что на личном фронте?» почему нельзя ограничиться сухим рукопожатием и сразу перейти к сути дела?

Аврорка жалобно всхлипывает. И ведь даже непонятно, в честь чего слезы!

– Включай, – слышу я громкую команду Кристофа Дамира, и неказистый с виду подросток, сидящий за узким офисным столом у окна, щелкает клавишами ноута.

– Дело номер тринадцать‑тринадцать, запись от первого января 2016 года…

Вначале я слышу ворчливый голос своего куратора и, только отстранив от себя Аврору, вижу перед глазами его лицо на экране огромной плазмы.

– Объект сломала нос и руку оперативнику Алексею Крякову, – на лице мужчины кривая улыбка, больше похожая на оскал.

– И после этого ее еще называют неопасной! – Вениамин Георгиевич качает головой и недовольно хлопает ладонью по столу. – Алексей временно выведен из операции. В настоящий момент подыскиваются кандидаты на роль осведомителя. Пока желающих в отделе нет…

Видеоряд резко обрывается, экран гаснет.

– И как это понимать?

Мужчины переглядываются, решая, кто из них возьмет на себя миссию по разжевыванию информации одной глупой девочке, но тут в дело включается Аврора.

– Ева, я не первый агент, который наблюдает за тобой для УНЗД, – говорит она, вытирая слезы белым платочком.

– Это я уже поняла, – с раздражением чешу запястье.

Курт берет ближайший стул, подносит ближе и ставит передо мной.

– Садись, – в приказном порядке предлагает он.

Пожав плечами, сажусь, хотя все остальные, кроме парня у компьютера, остаются стоять как стояли.

Скрестив руки на груди, вальяжно киваю головой. Ну, давайте, включайте то, что так хотели мне показать. Я готова ко всему!

Экран снова включается, но вместо лица куратора на нем молодая женщина со светло‑русыми волосами.

– Дело тринадцать‑тринадцать, – она словно напевает эти слова. – Агент Людмила Железнова приступила к наблюдению…

И если вначале я думала, что просто обозналась, то теперь все сомнения ушли.

– Мамочка… – шепчу одними губами, резко поднимаюсь со стула и иду в сторону мальчишки с компьютером.

Никто не ожидал от меня такой реакции, поэтому я беспрепятственно дохожу до стола и смотрю на подростка.

– Свалил, – беззлобно прошу парня, подталкивая его в плечо.

– Еще чего! Это мой комп, – напоминает молодой программист.

И вот откуда в людях столько жадности. Я же у него этот ультрабук не навсегда забираю. Сейчас кое‑что проверю и верну.