Демон. Одиночка

Платон

Из примерочной я вылетаю пулей, встречаюсь взглядом с лаэрдом, о чем‑то сосредоточенно беседующим с Ульрикой, затем вспоминаю, что натянула джинсы на голое тело, и моментально краснею.

Плюнув на всех и в особенности на Курта, мышкой проскальзываю к выходу и торопливо теряюсь в людском потоке. Повертев головой, пытаюсь вспомнить, в какой стороне магазин с бельем, но память как отшибло.

Оглянувшись, быстро добегаю до информационного щита со схемой магазинов, как вдруг…

– Девушка, подержите котенка, пожалуйста, – просит незнакомец в светло‑голубых джинсах и, не дожидаясь моего согласия, впихивает мне в руки пушистый комочек.

– Мяуф!! – яростно орет комочек и выпускает острые коготки.

– Ах ты зараза! – возмущенно рычу я, пытаясь отцепить от себя этого монстра.

Куда там! Это исчадие ада британской породы держится не хуже клея «Момент», а когда я все же каким‑то чудом умудряюсь оторвать одну из его передних лап, то в ход идут маленькие, но очень острые зубки.

– Сейчас, сейчас! – подбадривает меня парень, лихорадочно расстегивая молнию переноски. – Только не выпускай это чудовище.

Не выпускай? Лучше бы он побеспокоился, как отодрать эту живность, не лишив меня значительной части кожного покрова.

– Ну, чего ты копаешься! – морщась от боли, шиплю на незнакомца.

– Сейчас, сейчас! – уверяет он, и перед моим лицом появляется долгожданная переноска.

Кое‑как в четыре руки нам удается впихнуть котенка внутрь, застегнуть молнию. Облегченно выдохнув, поворачиваю голову и, наконец, смотрю в лицо неизвестного парня, устроившего мне столько неприятностей.

Темные, почти черные глаза, каштановые вьющиеся волосы и невероятно обаятельная улыбка.

– Спасибо, – благодарит он и протягивает руку – Платон.

– Ева, – на автомате отвечаю я, зачарованная звучанием его голоса. Может, певец ка‑кой‑то?

Он сжимает мою руку, с явным удивлением смотрит на мелкие царапины, оставленные котенком на моей коже.

– Почему не восстанавливаешься?

– Пока не получается, – я быстро отдергиваю руку и сама иду в атаку: – А ты почему выбрал такой странный способ для знакомства с девушкой?

Платон смеется и ерошит волосы.

– Это кот моей сестры, – улыбается он. – Она прилетает сегодня и попросила забрать этого гада из передержки. Я планировал угостить его хот‑догом, но этот хитрюга оказался проворнее и дал деру.

– Мяуф! – возмущенно орет котенок и атакует дверь переноски когтями.

Я громко смеюсь, представив, как Платон бегает по торговому центру, преследуя котенка, и ловлю его ответную улыбку.

– Для лаэры ты очень странная, – неожиданно признается мужчина.

Почему‑то из его уст это звучит как комплимент.

– Ну, да… Я немного отбилась от стаи.

– И мне это нравится, – зачем‑то говорит Платон и берет меня за руку. – Ева, ты веришь в любовь с первого взгляда?

Я заглядываю в его пугающе темные глаза и немного смущенно улыбаюсь.

– Нет, – честно признаюсь я.

– И я – нет, но вот сейчас почему‑то жутко захотелось.

Мы молча стоим и смотрим друг на друга, и я вдруг понимаю, что куда‑то пропали все звуки. Нет больше гула проходящей мимо нас толпы, смешанных звуков музыки, рекламы и голосов. Да и вообще ничего нет, кроме темного омута его глаз.

Яблокова, очнись! На тебе же нет трусов!

– Мне пора, – почему‑то испуганно вскрикиваю я, поворачиваюсь и даю деру.

– Мяуф! – орет мне вслед котенок.

Ну нет, дружище. За тобой возвращаться не стану!

Я торопливо иду, протискиваясь сквозь плотный поток шопоголиков, не разбирая дороги. Просто хочется уйти от странного незнакомца как можно дальше.

– Ева!

Черт! Теперь он гоняется за мной. Ну, что за странная жажда преследования?

Тем не менее я останавливаюсь и жду, пока он подойдет.

– Ева, поверь, я не всегда такой придурок с котом, как мог показаться, – улыбается мужчина. – Доказать?

У меня пересыхает во рту, а на губах помимо воли расцветает счастливая улыбка.

– И как, интересно, ты это докажешь? – игривым тоном интересуюсь я.

Ой, мамочки! Я стою без трусов посреди торгового комплекса и, кажется, флиртую с незнакомым парнем!

– Пошли со мной на свидание?

Мне почему‑то хочется засмеяться от неожиданно накатившей на меня радости, но отсутствие трусов не дает покоя.

– Извини, Платон, но я не могу…

Он кидает мимолетный взгляд поверх моей головы, и, несмотря на улыбку на лице, в его глазах мелькает грусть.

– Я, кажется, понял, – немного расстроенно говорит Платон. – И, похоже, я очень сильно разозлил твоего парня.

Моего кого?