Демон. Одиночка

Карта

Я обеспокоенно хожу из угла в угол, нервно теребя в руках новенький айфон. Бросаю мимолетный взгляд на экран телефона. Без десяти восемь.

На завтрак я спускаться не стала. Во мне все еще клокотали отголоски прежней злости, а при таком паршивом настроении кусок в горло не лезет.

По идее, через десять минут я должна быть в кабинете Курта. Но я, естественно, не пойду. Еще чего!

Пара‑тройка кругов по комнате, маршрут простой – от дверей ванной вдоль кровати, затем к окну, пройти мимо створок гардеробной и вернуться к начальной точке.

Еще один взгляд на часы – осталось девять минут.

Черт! Почему время то тормозит в ненужные моменты, то, наоборот, ускоряется, когда ты этого так не хочешь?

Бросаю мимолетный взгляд в зеркало.

Выхватив из шкафа первые попавшиеся джинсы и блузку, я была так погружена в мысли, что даже не глянула, как выгляжу со стороны.

Большая зеркальная поверхность отражает растерянную девушку с упрямо сжатыми губами. Волосы после посещения салона блестят здоровым блеском, а тонкие брови взлетают высоко.

Надо же, а я даже не заметила, как изменилась моя внешность.

Откидываю пряди назад и отстраненно замечаю красные пятна на бледной коже шеи. Кончиками пальцев касаюсь оставленных Куртом следов и впервые задумываюсь – а правильно ли я поступила, наговорив все это лаэрду?

Да, я злилась на него из‑за того, что он не подпускает меня к себе. Злилась из‑за того, что он ревнует меня к брату, но не может признаться в этом. Злилась, потому что он называет меня «девочкой».

Но разве моя злость стоила того?

Негромкий стук в дверь заставляет сердце замереть и ускорить ритм. Резко поворачиваю голову в сторону шума.

Он пришел. Почему он пришел так рано?

Я в нерешительности замираю, тупо рассматривая дверь.

Может, подпереть ее чем‑нибудь тяжелым?

– Ева, я могу с тобой поговорить? – негромко спрашивает утренний гость из‑за двери.

Встряхнувшись все телом, торопливо бегу к дверям, дергаю замок и тяну створку на себя. В коридоре замерла в величественном ожидании Франциска Дамир.

– Ам‑м… Э‑э… – выдавливаю я.

Женщина снисходительно кивает головой. Она успела переодеться и сейчас красуется в кокетливом платье цвета летнего неба.

– Я на минуту, – спокойно произносит лаэра и делает уверенный шаг вперед, невольно заставляя меня попятиться, отступая от дверей назад.

Зайдя в комнату, немолодая ухоженная дама оглядывает пространство вокруг себя и с важным видом идет к белому креслу около окна.

– Никто в этом доме никогда не посмел бы так сильно ранить моего сына, как это сделала ты сегодня утром, – холодно говорит она, устраиваясь в кресле.

Я с хмурым видом смотрю на женщину, сидящую с идеально прямой спиной. Кажется, даже воздух в комнате начинает потрескивать от неприязни, которую испытывает ко мне мать Мика и Курта.

Молчи, Яблокова! Лучше молчи. Ты и так сказала сегодня достаточно – на второй раунд твоего красноречия банально не хватит.

– То, что ты сказала Курту, – правда, – лаэра смотрит мне в глаза и вздыхает. – Убийственная правда, которую никто не мог сказать ему на протяжении пяти лет со дня смерти этой Пиявки.

Приготовься, Яблокова. Сейчас тебе предстоит выслушивать нескончаемый поток оскорблений.

– Ты – дерзкая, невоспитанная, не признающая авторитетов девчонка, – оправдывает все мои ожидания женщина, – но оба моих сына что‑то нашли в тебе.

Спокойствие, только спокойствие. Поорет и уйдет. Береги нервы, тебе они пригодятся для общения с Куртом.

Лаэра оглядывает меня строгим, придирчивым взглядом и атакует вопросом:

– Ты переспала с ним?

Я на миг теряюсь, не ожидая такого поворота беседы, и скрещиваю руки на груди. Мысленно вспоминаю, что мы там с Мажором придумали вчера по поводу нашей близости, и гордо расправляю плечи.

– Дважды! – без стеснения вру я, не забыв при этом злорадно улыбнуться. – И у нас все серьезно. Мы с Микаэлем любим друг друга, – патетически заканчиваю я.

Мадам Дамир насмешливо фыркает и щурит глаза.

– Неужели ты думаешь, что я настолько глупа и не способна увидеть очевидного? – женщина делает изящный взмах рукой, словно отгоняет назойливого комара. – Достаточно было просто посмотреть, как далеко вы с Микаэлем лежали друг от друга, чтобы понять – между вами ничего не было.

Я удивленно моргаю, вмиг теряя былую уверенность.

– Но если вы догадались обо всем сами, то зачем спрашивать?

– Я спрашивала не про младшего сына, – она подается немного вперед. – Ты переспала с Конрадом?

Что? Кто, я?! С чего это вдруг у нее такие подозрения?

Не в силах ничего сказать от удивления, я мотаю головой из стороны в сторону.

– Очень жаль, – растягивая слова, произносит лаэра и поднимается со своего места. – А теперь живо спустилась вниз и извинилась перед моим мальчиком!