Демон. Одиночка

Попутчик

Резкий рывок автобуса и шум голосов заставляют меня сонно поднять голову и оглядеться по сторонам.

– Остановка десять минут! – громким голосом сообщает водитель.

Я оглядываю в окошко небольшую площадку маленькой автостанции и торопливо поднимаюсь.

Черт, Яблокова! Ну кто хлещет четыре чашки кофе перед самой дорогой?

Вызнав нужное направление, бегу в сторону местного автовокзала, старенького здания из красного кирпича. Освободив мочевой пузырь, я весьма нелогично покупаю минералку в ближайшем киоске и топаю к автобусу.

Поднявшись на ступеньку, слышу, как за моей спиной с легким шумом закрываются двери, и иду по салону на свое место.

Но дойдя по проходу до нужных кресел, я испуганно замираю.

– Чипсы будешь? – как ни в чем не бывало предлагает лаэрд, шурша пачками. – Есть с крабом, сыром и зеленью.

– К‑к‑курт?

Мужчина оглядывает пачки задумчивым взглядом.

– Увы, такого вкуса нет, – хитро улыбается он. – Но если ты очень попросишь, то я, так уж и быть, разрешу себя лизнуть, куснуть и поцеловать.

Я нервно сглатываю и поскорее закусываю нижнюю губу, с ужасом осознавая, как внизу легким отголоском желания сжались мышцы.

Да что ж такое! Яблокова, ты же не какая‑то там озабоченная маньячка. Живо соберись и прекрати смотреть на него с немым обожанием.

Невероятно злая на свое тело, я с трудом подавляю нахлынувшую волну радости при виде Курта и надеваю маску безразличия.

– Как ты меня нашел?

И правда, а как? Я же все продумала, все рассчитала… Или не все?

Лаэрд развернулся в кресле так, чтобы я могла пройти и сесть на свое место.

– Садись, – невероятно сексуально улыбаются его губы, а широкая ладонь хлопает по сидушке кресла.

С глупой надеждой на чудо оборачиваюсь в сторону водителя. Он остановится, если я рвану назад с диким криком. Вряд ли успею. Курт поймает и задушит в объятьях, стоит мне сделать хоть полшажка назад. Кричать тоже бессмысленно – зацелует.

Мой блуждающий по салону взгляд выхватывает табличку: «Запасной выход», прилепленную к стеклу. Как там по инструкции? Дернуть шнур и выдавить стекло?

– Давай без глупостей, – устало просит Курт, легко касаясь моей руки.

Его прикосновение, словно разряд магического тока послушания. Мне почему‑то тут же становятся безразличны все варианты побега, а вот колени мужчины наоборот – чересчур заманчивыми.

Сейчас бы забраться к нему на ручки, обнять руками за шею и самозабвенно целовать все, до чего дотянутся губы…

Яблокова, подбери слюни! Он тебя все‑таки обидел!

Резко дергаюсь, вырывая свою руку из губительного для гордости захвата горячих пальцев. С неприступным видом прохожу мимо Курта и занимаю свое кресло.

– Не хочу с тобой разговаривать, – грозно рычу ему прямо в лицо и торопливо отворачиваюсь к окошку.

– А чипсы?

Перед моим носом зависает розовая пачка.

Черт! С крабом – мои любимые!

Но, несмотря на искушение, я капризно отодвигаю его руку в сторону и обиженно смотрю на проползающий за окошком уныло‑серый зимний пейзаж.

Сбоку доносится тихий смешок и раздражающе громкое шуршание открываемой пачки. Я сжимаю кулаки.

Спокойствие, Яблокова! Только спокойст‑вие!

Но, услышав громкий хруст и восторженное «м‑м‑м!», все‑таки не выдерживаю.

– Дай сюда! – буквально вырываю у смеющегося Курта вкусняшку. – И прекрати улыбаться!

– Ты же не хотела со мной разговаривать, – в его сине‑зеленых глазах мелькают самодовольные смешинки.

Гад! Самый натуральный гад! Это ведь он все специально, чтобы вынудить меня.

С видом святой простоты Курт снимает с себя куртку и по‑хозяйски кидает на соседний с нами свободный ряд кресел, где уже лежит большая дорожная сумка.

Пока мужчина не видит, я быстро скольжу взглядом по его растрепанным волосам, отмечаю отросшую со вчерашнего дня щетину на щеках и подбородке. Помимо воли оглядываю широкую накачанную грудь, выгодно подчеркиваемую тонкой майкой с коротким рукавом…

– Любуешься? – ловит меня на «горячем» лаэрд.

Я невольно вздрагиваю, но не подаю виду, что смутилась, и цежу с максимальной издевкой:

– Ты майку наизнанку напялил!

Мужчина опускает голову вниз, с некоторым удивлением разглядывает вывернутую швами наружу вещь и качает головой.

– Незадача, – тихо соглашается он и, никого не стесняясь, одним движением стягивает майку через голову.

Я с открытым ртом наблюдаю неожиданный стриптиз. Нос тут же ловит едва уловимый запах мужского тела. Порыв подвинуться к нему ближе и уткнуться носом в голую грудь удается пресечь на корню, но отвести глаза я все‑таки не в силах.

Заметив мою весьма неоднозначную реакцию, Курт улыбается.