Демон отчаяния для разведёнки

Нежданные гости

Отдых Берта длился уже шестой день, а он так и не смог убедить себя в том, что его отправили в отпуск. Отпуск — это формальность. Фактически же его отстранили от задания. Наверно поэтому он пробыл на серных источниках всего два дня, а потом снова вернулся домой. Праздновать было просто нечего. Встреча с Лилит тоже не задалась, как демоница ни старалась отвлечь его от тягостных мыслей.

Берт в этих мыслях пребывал непозволительно долго, и пока не находил оттуда выхода.

На седьмой день отпуска в дверь его жилища неожиданно постучали.

Берт поднялся с кровати, пересёк комнату и открыл. На пороге стоял Асмодей.

Выглядел он как и полагалось выглядеть демону похоти: кожаные штаны, кожаная куртка на голый торс, чёрные волосы собраны в этот его фирменный хвост. Но что-то было не так. Куда-то делась его абсолютная, незыблемая уверенность в собственном превосходстве.

Да, Асмодей её где-то растерял. Интересно, где?

— Берт, дружище, — улыбнулся он натянуто. — Рад тебя видеть! Зашёл повидаться, пригласишь?

При других обстоятельствах — вряд ли. Они с Асмодеем никогда не были друзьями. Скорее коллегами, которые время от времени соревновались за место на доске почёта адской канцелярии. Но едва услышав неловкое приветствие, Берт почувствовал мрачное удовлетворение. Он уже понял причину визита. И, к собственному удивлению, теперь даже жаждал подробностей.

— Заходи, — он распахнул дверь шире.

Асмодей прошагал внутрь, остановился у книжного шкафа, скользнул отсутствующим взглядом по корешкам. Потом прошёл к окну, постоял там, разглядывая небо с таким видом, будто пытался прочитать в багровом зареве какие-то знаки.

Бедолага, наверное, не знал, как начать. Берт молча опустился в кресло и стал ждать.

— Как вообще дела? — наконец спросил Асмодей, присаживаясь на подоконник. Тон его был нарочито небрежным. — Как отпуск?

— Ты тоже провалил заказ на Валерию Горшину?

Имя вырвалось само. И лицо его собеседника сразу выдало ответ.

— Ну, об этом ещё очень рано говорить, — будто оскорблённо отозвался Асмодей. На идеальных скулах заиграли желваки, а в глазах мелькнуло что-то похожее на затравленность. — Как я понял, — продолжил он после паузы, — ты тоже столкнулся с трудностями, не так ли?

— Да, — на удивление легко признался Берт.

— И что, есть какие-нибудь идеи, почему она не восприимчива к демоническому воздействию?

Вот оно. Внутри разлилось странное облегчение, тёплое и приятное. И оно было связано не только с тем, что Берт теперь не единственный демон, потерпевший поражение от Валерии Горшиной.

Она не упала в объятия Асмодея.

Эта непрошенная мысль принесла с собой что-то, подозрительно похожее на радость. Берт попытался её отогнать, но она уже укоренилась, стала с ним единым целым.

Валерия Горшина не поддалась демону похоти. Не позволила себя соблазнить. Судя по лицу Асмодея, даже близко не подпустила.

Умница.

Берт тут же одёрнул себя. Он не должен был так думать. Валерия Горшина — объект заказа, жертва, не более того. Но он думал, и внутри будто развязывался узел, который душил его последние дни.

— Берт, не томи, — окликнул его Асмодей.

Как лучше поступить? Часть его не хотела делиться информацией, особенно с Асмодеем. Но другая часть, та, что провела шесть дней в мучительных размышлениях, перебирая в памяти каждую деталь, отчаянно хотела обсудить Валерию Горшину хоть с кем-нибудь.

Вторая часть победила.

— У меня есть подозрение, — медленно произнёс Берт, — что у неё покровитель из верхнего измерения.

— Не может быть, — Асмодей качнул головой. — Я ни разу не видел рядом с ней ангела-хранителя.

— Я тоже, — согласился Берт. — Но она достала где-то разоблачающее пламя. Такие вещи не берутся из воздуха и случайно их не купишь.

Он до сих пор очень ярко помнил, как трепещущее пламя высвечивало её встревоженное лицо. Как её глаза расширились, встретившись с его отражением. Пульс непроизвольно участился, когда эта картика снова всплыла в памяти.

— Вот как? — нахмурился Асмодей. На несколько секунд он умолк, явно усиленно соображая. — Но святоши ведь не дают иммунитета к демоническому воздействию. Или я что-то упустил?

— Не дают, — согласился Берт. — Но за ней точно кто-то присматривает. Это может быть ключом к разгадке.

— А если, — начал было Асмодей, но запнулся. Потёр пальцами подбородок и продолжил: — Если она, наоборот, из наших?

Берт думал об этом. Да, демоны не могли воздействовать друг на друга своими способностями. Это было базовое правило, иначе бы в адской канцелярии давно воцарился хаос. Иммунитет Валерии Горшиной мог иметь демоническое происхождение, если бы не одно «но»:

— Тогда на неё не поступил бы заказ, — возразил Берт. — Всех наших в человеческом мире держат под надзором, сам знаешь. Если бы кто-то отправил заказ на демоницу, его бы просто не приняли.

Да и не вела себя Валерия Горшина как демоница. Она была слишком... человечной. Слишком настоящей в своей усталости, слишком тёплой в отношениях со своей дочерью. Берт видел всё это, чувствовал её отчаяние каждый день, пока был рядом, и оно тоже было типично человеческим.