Демон Розы и Льда

Глава 9. Заново родиться

Сознание то приходило, то покидало меня - и я бы предпочла, чтобы покинуло вовсе.

Боль была невыносимой - она выгибала мое тело, заставляло кричать, будто ломали изнутри. Ни один человек не сможет такое вытерпеть; я умирала тысячу раз, чтобы снова возродиться и снова испытать эту муку.

- Аврора...

Голос преследовал меня, далёкий, то затухающий, то такой громкий, что в ушах звенело. Кажется, я просила прекратить это... а может, просто меня убить... Но голос оставался глух к моим просьбам, безжалостно приказывая жить.

Он успокаивал, этот голос. Причинял столько мук, но все равно успокаивал.

Я цеплялась за него, по крохе отвоевывая жизнь. Терпела. Оставалась с ним, как он того хотел.

И нити, что нас сплетали, становились все крепче. Они опутывали меня, навсегда связывая с владельцем голоса, и у меня не было сил это прекратить.

- Алатар шерпет рио...

И был еще голос, больше похожий на шепот. Он вплетался в дым от трав, бьющий в ноздри; звучал в огненных всполохах свечей, от которых слезились глаза, и в маске скалящейся твари, отлитой из камня; он проникал в мою кровь. Этот голос ломал меня. Искажал меня. Терзал мою душу когтями.

Он разрывал меня в клочья, этот голос, и я его ненавидела, но именно он не давал мне уйти, привязывая к реальности толстыми цепями.

- Да, - услышала я первый голос, тихий, но решительный. - Клянусь.

- Кровь к крови. связанные вечностью...

Мою голову подняли и заставили разжать плотно сжатые челюсти. Меня напоили горькой отравой, она побежала по моим венам, она пахла кровью, она жгла меня и впивалась иглами в плоть. На мгновение сознание меня оставило, но потом я распахнула глаза, и мое сознание было ясным, как небо. Я вцепилась в руку Велора, чувствуя страх, такой страх, какой никогда не испытывала.

- Это надо прекратить! Прекратить немедленно! Это опасно! Неправильно! Нельзя! - Слова вырвались сами, они словно шли не от меня, а из глубины моей души. - Пожалуйста! Я не хочу!...

Но Велор остался глух и к этой просьбе. Его лицо походило на камень, и в глазах стоял лед. Он сбросил мои пальцы с запястья резким, грубым жестом, и, приняв кубок, осушил одним глотком.

- Все будет хорошо, Рори. Теперь будет... – Он упал на колени, не удержавшись на ногах. Его ладонь легла на мой лоб, и я почему-то поверила. Глядя в изумрудные глаза, я почему-то ему поверила.

И стало так спокойно... хорошо... Боль разлилась по каждой клеточке тела и затихла, притаившись. Веки налились свинцом, закрываясь, но это было не забытье боли, а объятия безвременья. Словно по моим венам побежала чистая магия, исцеляя, наполняя силами. Словно я сбросила с себя все прожитые годы разом, все цепи, оковы и тяготы...

...и родилась заново - чтобы обрести давно забытые крылья...

- Все будет хорошо... - повторил Велор, перебирая мом волосы. - Все будет...

Он задохнулся, отпрянув, вцепившись в камень алтаря... голова низко наклонилась, лицо исказилось от боли…

- Рай! Что с тобой... – услышала я будто издалека. В моих ушах звучала кровь, и все будто погружалось в туман…

Статуя скалящейся твари слетела с постамента и разбилась на сотни мелких осколочков, и последние, что я увидела - злобный оскал застывшей маски тьмы.

- Алатар... принимает тебя, - прошипела она в моей голове, ввинчиваясь клещами в мою душу, забирая ее себе…

Себе – без остатка.

______________

Я очнулась от резкого звука ломающегося льда. Пахло морозом, и вокруг что-то звенело, словно маленькие колокольчики. Музыка ветра была успокаивающей и приятной, но сон выдался тяжелым - и пробуждение тоже. Учитывая, что я со всей дури грохнулась с кровати, каким еще оно могло быть?

Застонав, я замерла – лед подо мной действительно трещал… но, к счастью, оказалось, трещит не зимнее озера, а всего лишь качественно замороженный ковер. Я похлопала по нему ладонью – и впрямь ковер, - и села, растерянно озираясь.

Что происходит? Где я?

Я оказалась посреди поля ледяных цветов. Комната была незнакомой, роскошно обставленной, но вокруг кровати все сплошь усеяно ледяными розами. Маленькими и высокими, разных оттенков синего - именно они так приятно перезванивались, раскачиваясь на невидимом ветру. Красивое зрелище, но странное. Будто пол пророс цветами.

Много льда...

Я потянулась за одной из роз, и стебель хрустнул, ломаясь. Свет путался в ледяных лепестках, сиял так ярко, что глазам больно, и я поморщилась.

Ничего не помню! Последнее, что приходит на ум, так это крайне неприятное чувство металла в спине. Фу... Я передернулась и, спешно задрав сорочку, ощупала себя на предмет дырок. Но странно, ни ран, ни дырок, ни даже бинтов.

Идеально ровная кожа.

Привиделось, что ли? Но почему комната такая незнакомая? В красно-золотых оттенках, шикарная. Кровать с балдахином, подсвечники золотые, люстра из хрусталя, от нее веером разбегались радужные дорожки. Все такое… королевское! Даже чересчур помпезное.

А на столике, рядом с кроватью, стояла ваза с черными розами. Будто ледяных мало. Я выхватила цветок из букета, повертела в пальцах, вспоминая, что он мне напоминает… необычная роза. У людей таких нет. Черный цвет таил в себе красный отблеск, и мелкие красные прожилки просвечивали на свету. Я провела по стеблю пальцем и даже не удивилась, когда острый шип вонзился в кожу.

- Черт, - выругалась вполголоса, рассматривая лепестки, вмиг окрасившиеся в неестественно-красный. Все вдруг стало на свои места.

Я вспомнила тихий смех Адэйра, и холод металла… он проник так глубоко, что до сих пор будто чувствовала его внутри себя. А потом куча бессвязных отрывков – думала, это часть сна. Голос Велора… клятва… скалящаяся маска… а еще, еще… я вспомнила, как, подчинившись магии демона, выдохнула «да, только отвали и дай сдохнуть».