Демонесса поневоле и Шторм из Прошлого

Глава 2

Глава 2

3 Декабря 1562 года

Зубы отчаянно заныли. Но… прошла одна секунда. Потом вторая, а они все ещё были целы. Микаэль с опаской покосился на рефаима, тот насмешливо-недоуменно на него.

– Да, – нарушил установившуюся недолгую тишину Исаия. – Мы проверили.

– И всего-то навсего на это у вас ушло сто пятьдесят лет! – на сей раз даже не потрудившись покоситься на грозного и скорого на расправу рефаима, сыронизировал узник.

Да, безнаказанность она такая. Раз спустишь. Два спустишь. И вот уже все – тебя не только не боятся, но и даже не опасаются.

– Лучше поздно, чем никогда, так ведь? – философски заметил демон Иезекиль.

– Вам виднее! – пожав плечами, язвительно заметил Микаэль. Вслед за чем предусмотрительно отошел от рефаима, как можно дальше, и добавил: – Это же вы у нас мудрые, всезнающие и всевидящие!

Старейшины опять закашлялись, но Микаэль уже понял, что в нем весьма заинтересованы и потому более не трудился вести себя почтительно и сдержанно.

– Итак, я оказался прав, и Филипп с его псом Гийомом все же обращают людей в вампиров без их согласия. И поскольку убедить вас могли только неопровержимые доказательства, коими, в своё время, мои слова признаны не были, – не преминул случаем напомнить он. – Я нужен вам не как свидетель обвинения? – усмехнулся он. – А как подсадная утка, – добавил он, потерев сквозь одежду, оставленную осиновым колом в его груди рану. – Я угадал? – риторически поинтересовался он.

Но ему всё же ответили.

– Угадал, – со вздохом кивнул нефелим, неосознанно при этом сцепив зубы. – Мы упустили момент, и теперь власть Филиппа слишком велика. Он сумел обратить в вампиров десятки тысяч людей, и теперь у него целая армия преданных последователей. Готовых ради него – хоть на кол, хоть в огонь.

Он замолчал на несколько секунд, явно обдумывая и тщательно подбирая свои следующие слова. Тяжело вздохнул. Когда он вновь заговорил в его словах слышалась горечь:

– По этой причине любая попытка действовать грубой силой неминуемо приведёт к большой войне… Войне, которая затронет не только наш мир, но и смертных. Ибо ареной наших битв станут также и их города и села. Что неизбежно приведет к тому, что для многих из них наше существование, как и существования сумеречного мира, перестанет быть тайной. Что в свою очередь столь же неизбежно приведет к ещё большим зверствам инквизиции. Подозрение станет оружием, а страх – главным инструментом. Люди станут доносить на своих соседей, на друзей, родных, любимых… чтобы защитить себя. Смертные начнут охоту на всех, кто покажется им связанным с магией, даже если это будут просто знахари или те, кто учит читать. Знания и книги – в огонь, выдающиеся произведения искусства – в небытие, а любые проявления отличий – под нож, в воду с камнем не шее или на костёр. Селения будут опустошены, деревни и даже города «пособников нечистого», «орудий зла» и «нечестивых слуг дьявола» сожжены дотла.

Исаия прикрыл глаза ладонью правой руки, словно бы закрываясь от видений смертей. Хотя почему «словно»?

– Прольются даже не реки, а океаны крови смертных. Да и нашей крови тоже… Разумеется, в конце концов победа будет за нами. И Филипп с его псом Гийомом будут наказаны. Жестоко наказаны. Но какой ценой? Война посеет хаос и смятение среди смертных, опустошит их земли, переполовинит наши ряды… – он в очередной раз тяжело вздохнул.

– Поэтому мы решили действовать не силой, а хитростью, – принял у него эстафету Иеремия. – Мы разработали план. И тебе, Микаэль, в нем отведена ведущая роль! – и таким это было провозглашено торжественным голосом, что, между строк, так и читалось, мол, гордись, сын мой! Ибо тебе проявлено аж та-аакое доверие! Аж та-аакая великая честь!

Скажи Иеремия это ему полтора века назад, и Микаэль бы гордился и в лепешку бы разбился, дабы оправдать высочайшее доверие. Но…

Как говорится, ложка хороша к обеду!

Микаэль приподнял бровь и нервно-искренне-неверяще-саркастически хохотнул.

– Ха-а! Я таки попал в альтернативную реальность! – всплеснув руками воскликнул он. Его голос звенел язвительной насмешкой, а глаза указывали на то, что в его роду, кроме королевских особ, были еще и ракообразные, настолько они округлились и увеличились. Он сделал шаг вперед и задрал вверх голову, дабы заглянуть исполину в глаза. – Сто пятьдесят два года назад, я передал вам информацию, услышав которую ВЫ, – указал он на рефаима указательным пальцем. – Конкретно вы, Иеремия! Заявили мне, что дальше вы разберетесь без меня, ибо не моего это ума дело! А сейчас, ох-те, на-те, вдруг выясняется, что это не только МОЕГО УМА ДЕЛО, но и еще и МОЯ ПРОБЛЕМА?!! Ведущую роль они мне отвели, хлябь твою твердь, ёрш твою медь!

– Сын мой… – в очередной раз тяжело вздохнул Исаия, прикрыв глаза и медленно покачав головой.

– Что «сын мой»?!! – раздражённо перебил его Микаэль, оборачиваясь к нему и разводя руками.

– Молодой человек, если вам нужны виновные, – прозвучал за его спиной миролюбиво-заискивающий голос демона, – то это мы трое. – Исаия отнесся к вашим словам со всей серьезностью и перед тем, как впасть в спячку, настоятельно попросил нас тщательно проверить информацию.

– Попрошу не обобщать! – сварливо поправил его хорей Даниил, скрещивая на груди руки. – Меня никто ни о чем не просил! Я на тот момент спал! И до меня информация дошла с очень большим опозданием! И как только дошла, я тут же принял меры! Иначе мы бы еще полтора века тут не собрались!

– Если бы еще было кому собираться, – поддержал его, проворчав себе под нос, нефелим.

– Даниил, Исаия, не начинайте! Не начинайте снова! – закатил глаза Иеремия. – Мы же уже всё обсудили. Все мы порой совершаем ошибки…

– Ошибки?! – прорычал хорей с такой силой ударив кулаком по стене, что та обиделась и осыпала его вековой пылью и паутиной. – Ничего себе ошибки?! – яростно отряхиваясь, негодовал метаморф. – Это была не ошибка! Это была непростительная небрежность! Нет, даже хуже, – не успокоился он. – Вы позволили себе преступную халатность, коллеги!