Демонесса поневоле и Шторм из Прошлого

Глава 9.2

– Всех-всех? И где они столько твоей крови взяли? Будь ты смертным, я бы еще понял, они сдают кровь на анализы или в банк крови… Или ты и в этом тоже смертным уподобился? – насмешливо уточнил он.

– Разумеется, нет, – огрызнулся Сторм. – К слову, именно то, что я крайне щепетильно отношусь к каждой капле своей крови и не позволило мне осознать масштабы расставленной для меня ловушки.

Пятьсот лет всё же не маленький срок. Столетия сливаются, воспоминания наслаиваются друг на друга, подобно пыльным архивам: что-то забывается, что-то теряет свою актуальность, порой и важность. Невозможно все держать в голове всё. Особенно, если это не самые приятные твои воспоминания. А те несколько дней, которые я провел в застенках парижского трибунала Святой веры по вашей милости, приятными нельзя назвать даже с очень большой натяжкой.

Глаза Исаии округлились от ужаса, лицо побледнело. Даниил опустил глаза и вздохнул.

Демон же был непробиваем.

– Ты хочешь сказать, что инквизиторы парижского трибунала перед тем как отправить тебя на костер, запаслись на будущее твоей кровью? – с явным скептицизмом в тоне, вопросил он.

Вампир повернул голову в его сторону и, поймав его взгляд, спокойно ответил.

– Да, именно это я и хочу сказать. Кто-то из тех, кто меня пытал, запасся моей кровью. И еще я хочу сказать, что это не могло быть сделано по заказу Филлипа. По нескольким причинам. Во-первых, ему моя кровь была без надобности. Во-вторых, у него не было возможности забрать её и, тем более, надежно спрятать. В то время, как у другого нашего знакомца было все: и влияние на инквизиторов, и возможность не просто спрятать, но сохранить мою кровь, и знание того, что я не сгорю в пламени костра. Да, я снова об Урииле! – многозначительно посмотрев на старейшин, с нажимом сказал Сторм. – И прежде чем, вы снова назовете меня параноиком, хочу заметить, что в пользу версии с консервацией моей крови говорит то, что, восставшая из мертвых Фелисити не узнала меня по запаху и набросилась на меня с явным намерением «осушить» меня до дна.

Правда, то, что ей это удалось, признаю, сто процентов моя вина. Я в последнее время слишком разнежился, так что несколько утратил инстинкт убийцы.

– Кхе-кхе, – пряча смешок, откашлялся Исаия. – Не льсти себе, Мик, инстинктом убийцы ты никогда не обладал. А вот насчет новообращенной ты прав, если бы с твоей кровью было все, так сказать, в порядке, она бы переродилась рабски зависимой от тебя на подсознательном уровне. И даже пикнуть против тебя не посмела бы, не то что напасть. Это прописано, как сказали бы смертные биологи, в её ДНК. Да и в остальном тоже не наговаривай на себя, дело не в том, что ты изнежился, а в том, что эта Фелисити Джонс во-первых девушка, во-вторых, твоя сотрудница, в-третьих, хорошо знакомая тебе сотрудница.

В душе Микаэль был согласен с нефелимом, он действительно растерялся там, в морге, и не знал, что делать с Фелисити.

Одно дело вынуть сердце из бездыханного тела, со всеми признаками трупного окоченения, совсем другое – прикончить уже ожившее ни в чём неповинное существо.

В этом, кстати, и был просчёт Уриила – он считал всех вампиров монстрами, а Микаэль – монстром не был. Ну или, по крайней мере, он не был законченным монстром.