Демоны должны умереть 2

Глава 6

Отдохнуть, правда, пришлось – Шуйский попросту усыпил воздействием, ничего не спросив.

Проснулась я все в той же палате. Стемнело. Рядом на тумбочке стоял стакан, накрытый бумажкой с однозначной инструкцией выпить содержимое после пробуждения.

Вот так вот – даже поганого Нулевого без последствий не могу изгнать… Впрочем, все закончилось чуть лучше, чем в прошлый раз, а Плакальщица все же опаснее Кровожада. Ладно, со временем приду в норму. Я у себя-то не один год тренировалась, просто привыкла к тем возможностям, а тут – все заново…

Особого толка в сожалениях нет. Надо уточнить у Георга насчет этого стакана – и можно заняться чем-то более полезным, чем лежание на кровати. Интересно, где, собственно, целитель? Домой поехал или пока в лечебнице?

В жизни в Анклаве я, став главой рода, могла почувствовать, где находится брат. Георг – не родственник Владимировны, но – вассал. А коль вассал, то, может, тоже получится? Сил, по идее, много уйти не должно, это ведь не проведение и не взаимодействие с астралом… Наверное. Ладно, попробую, что уж.

Стоило настроиться на восприятие астрала и сосредоточиться на образе Георга, как появилось ощущение направления. Целитель находился совсем рядом, так что я подхватила обнаружившийся в углу палаты рюкзак, взяла в руку стакан и отправилась на поиски. Недолгие, в общем-то, поиски: Георг обнаружился в соседней палате. Сидел около не то спящей, не то потерявшей сознание законницы, и изучал что-то на экране смартфона.

– Несешь дозор? – поинтересовалась я, заходя в помещение.

– Да. Пока она не полностью стабильна. И, к сожалению, нельзя сказать, что даже тут, в лечебнице, можно доверять всем и каждому. Того же Виноградова вспомни. Ты восстановитель выпила?

– Это ты зелье оставил?

– Разумеется, там ведь записка была. Откуда такая подозрительность?

– Сам же сказал, что нельзя доверять всем и каждому.

Георг пожал плечами.

– Палата закрытая. Тебе, в отличие от нее, не нужно непосредственное наблюдение. Пока.

– Хочешь рассказать, что нужно беречь себя?

– А поможет?

Я покачала головой.

– Вот и я так думаю. Пей. И, если ты достаточно хорошо себя чувствуешь, то думаю, можешь домой ехать.

Я хмыкнула.

– Ну спасибо за разрешение. Вообще-то, у меня к тебе вопрос был, – я залпом выпила зелье и, поставив стакан на тумбочку, вытащила из рюкзака клинок, – как к алхимику. Где в городе нормальные оружейники? Ну или кузнецы там.

Георг усмехнулся.

– Понятия не имею, – он повернулся и, прищурившись, осмотрел рукоять и гарду, – может, ты вообще перестанешь его с собой на виду таскать?

– Георг…

– Я про то, что лезвие тут достаточно тонкое, а почерневшие части можно и вовсе убрать, проводимость-то от этого не ухудшится. Но зато, если все грамотно сделать, то можно будет клинок в трость спрятать. Меньше ненужного внимания, да и при желании можно и без использования лезвия кого-нибудь угомонить. Вон, Нетану пару раз приходилось трость по назначению использовать – и он остался доволен.

Я прищурилась.

– То есть он свою носит как оружие?

– Разумеется. Или, по-твоему, создателя «Нитей Марионетки» все нежно любят? У него врагов и так более чем хватает, даже без истории с этим… безумным Аспектом внутри Виноградова.

Вот я же вроде объясняла... Но, видимо, зря.

– Это не Аспект, а Перерожденный Высший демон был, я говорила. Ладно... Наверное, будет правильным, если я расскажу об этих тварях всем. Чтобы все понимали, что такое Слуги, Высшие и вот это все. Ну или если не все, то хоть кто-нибудь.

Георг прищурился.

– Согласилась на предложение Шуйского?

– Откуда знаешь?

Целитель лишь плечами пожал.

– Он уже не первый день выспрашивает о твоем состоянии и о том, не пыталась ли ты учить меня или еще кого-то. Сложить два и два легко. Конечно, такие знания лучше в роду оставлять… Но Шуйский – хороший союзник. Ты, кстати…

В дверь постучали, и второй раз за короткое время сразу за стуком появился Голицын.

– Простите, что отвлек, но, Ника – вы не хотите поговорить со старшим Оберихиным? Он согласился на мой визит, но, думаю, вам расскажет больше интересного.

– Хочу.

Сомнительные знакомства Федора Прохоровича могли прояснить хоть что-то насчет заводов. Да и личность напавшего на Дмитрия так и осталась загадкой, а ведь то был Слуга, наверняка как-то связанный со всем происходящим.

Георг тяжело вздохнул.

– Я тебя не отговорю, – проворчал он и протянул мне один из стоявших на тумбочке бутыльков, – так что возьми, и потерпи хотя бы пару дней без магии. Иначе потом придется искусственный блок накладывать, и надолго. Но если собираешься делать что-то активное, то выпей. Но как закончишь, то сразу домой, и…

Я коротко улыбнулась и алхимик, покачав головой, оборвал сам себя.

– Спасибо, – искренне отозвалась я и, вернув меч в рюкзак и закрепив торчащую часть ножен так, чтобы не мешали, отправилась за Голицыным.

Коридоры больницы, наполовину погруженные в темноту, казались еще более старыми, чем при дневном свете. Тени придавали резным панелям на стенах странную глубину, а редкие люстры с теплыми лампами оставляли достаточно темного пространства для игры воображения. Не больница, а старый замок со страниц книг...

– Я уже не первый раз просил старшего Оберихина о личной встрече, – на ходу рассказывал трибунальщик, – но едва стало понятно, что обвинения ему выдвинуты не будут, как Федор Прохорович тут же уехал куда-то на Кубань и начал игнорировать звонки. Недавно вернулся, его видели в аэропорту, но не в поместье. Я вновь написал ему о встрече – и никакого ответа. А вот недавно, буквально несколько часов назад, он прислал согласие и адрес. Судя по всему, наш контрабандист засел где-то в своем убежище и носу оттуда не кажет. Но коль он согласился поговорить, а вы уже отдохнули, то я решил, что и вам будет интересно задать ему вопросы, и он будет менее сдержан со спасительницей сына.