Демоны должны умереть 2

Глава 10

– Это несложно, – строго заметила Анна Михайловна, пытаясь поймать мой взгляд, – но нужно хотя бы минимальное доверие.

Я старательно делала вид, что мне интересно рассматривать кабинет отца Владимировны, где мы менталисткой остались вдвоем.

Надежда жаждала реванша и, стоило Стефании за чаем заикнуться о том, что она учится фехтованию, княжна тут же предложила показать и «свое видение». Марат с дочкой, по ощущениям, тоже находились в оружейном зале, как и Шуйский, а Георг что-то обсуждал с Нетаном в столовой.

Я же старательно не смотрела на менталистику, которая собиралась скопировать мои воспоминания. Изучала узор на столешнице и удерживала щит на разуме. И тот, который позволяла поставить Печать, и привычный астральный.

– Вы ведь сами согласились, – напомнила Анна Михайловна. – Сами. Мне вам клятву принести, что копирование воспоминаний не причиняет вреда?

Я покачала головой.

– Я просто не знаю, что из моих тайн в следующий раз станет достоянием общественности.

Менталистка холодно усмехнулась.

– Могли бы и спасибо сказать. Петр Борисович, возможно, и проявил бы интерес к наследнице Ланских, особенно если вы не перешли бы в семью Хорошиловых, но лишь в рамках будущего соседства в Совете, не более. К тому же я предположила, что эта информация может быть важной для оказания вам помощи.

– Помощи, понадобившейся после исполнения вашей просьбы.

Нет, я тоже, конечно, хороша. Решила делать все как привыкла, хотя надо было понять, что если каким-то образом меня занесло в другой мир, или Параллель, или еще что-то, то нужно учитывать ограничения нового тела. Тогда бы и не пришлось начинать знакомство с Шуйским так, как оно, собственно, началось.

– Вы сами согласились на экзорцизм – во-первых, а во-вторых, знай я, чем это может быть чревато, то, разумеется, не стала бы предлагать его провести. Но вы могли облегчить состояние пациента, и я, как целитель, этим воспользовалась, вот и все.

– Юноша не сознался, откуда у него метка?

Как-то не до племянника Шуйского в последнее время. Да, Петр Борисович не похож на того, кто сам водится с демонами, и он точно не был Слугой… Но все же племянник есть племянник. Это – близкий родственник. Да и образцы «автономных махин» Шуйский выкупил…

– Сознался, – Анна Михайловна прервала мой поток размышлений, – и, думаю, вам стоит знать. Из Корпуса.

Корпус… Место, где пропал брат Владимировны. «Пропал без вести во время военно-полевых учений» – так гласила официальная бумажка, найденная в комнате Марата. Вот такая вот история… По поводу которой никто ничего не знал.

– Они с ума сошли? Там что, учат…

Менталистка покачала головой.

– Вовсе нет. У них там есть какая-то тайная компания среди курсантов. Владислав спутался с одним из простолюдинов, и через него о них узнал. Чтобы попасть в компанию нужно было «пройти ритуал посвящения», во время которого и появилась метка. После ему намекали, что истинная цель братства – «Новая Война», и следующий шаг – обучение вызову Других. Владислав к этому готов не был, и в итоге уговорил дядю забрать его из училища, что, как я понимаю, новым друзьям не понравилось.

Вот оно как… Интересно. Впрочем, в призыве демонов важнее не умения мага, а его знания. Символы, знаки, обряды, намеренья… По Анклаву ходили слухи, что при некотором упорстве даже немаг может открыть Дверь. Я в это, признаюсь, не слишком-то и верю, но все же несложно представить молодых парней, желающих получить больше власти и сил.

Вопрос в том, откуда они вообще узнали про метки.

– Их задержали?

Анна Михайловна покачала головой.

– На церемонии «посвящения» все были в масках, а того, с кем общался Владислав, уже отчислили, и он растворился где-то на просторах Империи. И давайте вернемся к нашему делу. У меня все же нет прорвы свободного времени, особенно если вы хотите получить хоть что-то из памяти этого Меринова. Вы, наконец, дадите с собой работать?

Не то чтобы мне все это нравилось… Но если я хочу, чтобы дело сдвинулось с мертвой точки, нужно снять щиты. Неприятно, но нужно.

Я свернула сначала печатный, а потом и привычный астральный щит. Словно одежду отобрали...

– Хорошо, – Анна Михайловна положила обе руки на стол так, чтобы были видны тыльные стороны кистей. – Теперь постарайтесь вспомнить тот момент, когда вы впервые применили те навыки, которым пытаетесь научить. Вспомните, что вы делали и что чувствовали, – ее голос приобрел какую-то завораживающую глубину, а Печать на ладони налилась мягким, размерено пульсирующим светом, – какие вокруг были запахи? Во что вы были одеты? Сидели, стояли, или, может быть, лежали в постели? Было ли тепло или…

Тепло. Жарко. Жара врывается в окно без занавесей, жара плавит воздух в маленькой комнатушке с обрывками обоев. В моей комнате, моей личной комнате! Пусть и маленькая, пусть одна железная кровать и высокий стул – но моя. Ни у кого такой нет, а у меня и у брата – есть. И у мамы с бабушкой есть, но их сейчас нет. Нет, но когда придут, я их обрадую. У меня получится! В прошлый раз же почти получилось, почти-почти.

Вон, дядя Док кивает и улыбается. Он тоже так думает. И улыбается, когда я глубоко-глубоко вдыхаю – и на выдохе то теплое, что есть во мне, вырывается из центра ладоней.

– Держи, держи форму! – дядя Док сидит на кровати, поставив рядом деревянную ногу. – Держи, не упускай! Представляй шар, сдвигай потоки, держи форму.

А как? Он все время так говорит!

А за окном – красивое зарево красного купола. Купола, за которым – тихий город, над чьими большими-большими домами движется солнце. Большое, желтое…

Ближе к куполу есть еще что-то тоже большое, но красное. Не солнце, а какой-то такой большой мяч, как у Киры.

Кира любит мяч. Мяч можно потрогать… А эта красная штука – как мяч. Вот бы ее потрогать!

Дядя Док говорил, что нужно представить, что у меня в руках мяч. Создать его!