Демоны моего прошлого (прими меня, если осмелишься)

13. От прошлого не убежать.

Ночная дорога. Как много в ней романтики, сожаления, мыслей и эмоций. Для каждого ночная дорога — это что-то своё. Для кого-то она красива и романтична. Для кого-то же полна раздумий и сожалений. Ночные фонари создают отдельную полосу, отдельный путь, и для каждого этот путь свой. По одной и той же дороге проезжают тысячи однотипных машин, но у каждой из них различные пункты назначения и цели этого пути. Одна машина едет, чтобы привезти человека домой, другая — к кому-то на встречу, а третья же бессмысленно колесит под фонарной колеей, так отчаянно пытаясь обогнать Луну, лишь бы не увидеть рассвета.

Новенький мерседес в лучшем исполнении серого цвета Nardo Grey ехал по дороге по какой-то из этих причин. Его владелец выжимал из автомобиля всё, нарезая круги по пустой трассе. Неизвестный путь фонарей постепенно успокаивал его, но мысли так и не приходили в порядок. Наконец, мужчина свернул с трассы в пригород. Несмотря на то, что район здесь достаточно бедный, а само место зачастую безлюдное, дорога хорошая и ровная. Это была та самая дорога, по которой приятно ехать даже на маленьких скоростях. Здесь не хотелось разгоняться. Напротив, любой, даже самый заядлый гонщик, сбрасывал по этой дороге скорость, наслаждаясь атмосферой этого места. Петляя, «пьяная дорога» уводила в лес, где уже не было ярких фонарей, неоновых вывесок или жилых домов. Путь освещал только свет фар и луна, которая пыталась пробиться через заросли деревьев. Мужчина ещё сбрасывает скорость и переключает дальний свет на ближний, чтобы не ослепить встречный автомобиль, чего тот, в свою очередь, делать не собирается. Серебристый опель проносится мимо, словно убегая от сюда, а мерседес снова переключается на дальний, пока водитель пытается разобрать дорогу. Неожиданно, на пути попадается обвалившееся дерево, и автомобиль резко тормозит, выруливая на обочину. Объехав препятствие, машина продолжает путь ещё спокойнее и аккуратнее. Днем ранее здесь был жуткий ураган, но парня это не волнует. Он сворачивает с дороги и, наконец-то, выдыхает. Вот и его конечный пункт назначения.

Это огромное озеро, по берегу которого расположены лавочки и выступы над водой. Звезды отражаются в воде, оставляя место лунной дорожке. Вот Курт и дома. Вокруг полнейшая тишина, лишь звук журчания воды заставляет вспомнить, что он еще живой. Уильямс идет к выступу и садится на самый край. Не долго думая, он ложится, закидывает одну руку под голову, а вторую опускает в воду. Небо настолько прекрасно и завораживающе, что когда мужчина видит падающую звезду, впервые за этот вечер улыбается. На мгновение он закрывает глаза и поворачивает голову. Он не один тут, однозначно. Никого не видно, даже если открыть глаза, но Курт знает, что она рядом. Она всегда будет с ним, а в этом месте однозначно. Курт открывает глаза, и настойчивая слеза всё-таки скатывается по его щеке, стирая улыбку. Он снова смотрит в небо и пытается понять, что происходит вокруг, что происходит в его жизни, и задается одним единственным вопросом: а кончится ли это когда-то?

— Что мне делать? — Уильямс не выдерживает и спрашивает уже вслух. Он садится и, смотря в даль, пытается услышать ответ. — Что мне делать? — Парень кричит, не в силах больше держать это в себе, но его эхо поглощает тишина, не давая никакого ответа. Курт хватается за голову. Дышать становится сложнее, кажется, он чувствует чье-то присутствие рядом, чью-то поддержку и самую сильную любовь. Только этого человека, на самом деле, рядом нет, а мысли все больше запутываются в клубок, который, кажется, снова невозможно распутать. Уильямс начинает раскачиваться и, больше не в силах сдержать слез, дает им волю, завывая в голос от боли, которую нельзя стереть.

***

Светлело. Звезды начали пропадать с черного полотна, а далеко на горизонте небо постепенно окрашивалось в оранжево-желтые цвета. Наступило утро, а Курт всё лежал на выступе у воды. В эту ночь он о многом успел подумать и принять решение, или же смериться с тем, что его выбор всего лишь иллюзия. Иллюзия выбора, которого на самом деле нет. Курт уже хотел встать, как почувствовал вибрацию телефона. Ему не нужно было смотреть, кто звонит. Он знал.

— Слушаю. — Тихо ответил шатен, боясь нарушить тишину.

— Ты оказался прав, как и всегда. Мои люди всё подтвердили и смогли выяснить всё, что ты просил. — Голос на том конце был спокоен и тверд.

— Дата уже известна? — спросил Курт без какого-либо интереса и совершенно холодно.

— Через пару дней. Надо встретится и обсудить всё.

— Мне нужно забрать кое-какие вещи из дома.

— Забери меня через час с того же места. Я поеду с тобой, заодно и обсудим.

— Хорошо. — На этом Курт положил трубку и, еще раз взглянув на небо, на котором уже не было видно звезд, встал, потянувшись, и направился обратно к машине.

Дорога обратно была не такой атмосферной, как ночью. Лес был еще пуст, но, стоило выехать обратно к дачным участкам, как стали появляться машины. Добравшись до города, оживленность стала куда больше. Кто-то уже спешил на работу, кто-то выходил из кафе с утренней чашечкой кофе, а кто-то еще нежился в теплой кровати. Мерседес завернул на знакомую улицу и остановился возле огромного двухэтажного дома. Уильямс три раза посигналил, и через пару минут из дома вышла девушка. Это была невысокая, спортивного телосложения брюнетка. На вид она была ненамного младше Курта, лет тридцати. Она подошла к машине и села на пассажирское кресло.

— Ты уверен, что можешь спокойно заехать к себе домой? — спросила девушка сразу, как только захлопнулась дверь.

— Ключи только у Смита, так что опасаться нечего. — Спокойно ответил Курт и неспешно тронулся с места.

— Мне не нравится, что он снова в курсе дел. — недовольно выдавила брюнетка, даже не смотря в сторону водителя.

— Тебе и не должно это нравиться. Вы даёте дело, я его выполняю. Разве не так мы всегда работали? Джим в курсе всего, а остальное тебя не должно волновать.

— Не забывай, что главным условием твоей работы всегда была и будет скрытность. Никто не должен ничего знать. Тем более…