День энерговампира

ГЛАВА 15

    Когда торжествующая Фёкла ушла, Тина погрузилась в размышления. Потом она вышла на кухню и сказала:
    - Мне нужен твой совет, бабушка. Как совет мудрой женщины.
    - Спрашивай, - хитро прищурилась Евдокия Агаповна, помешивающая деревянной ложкой молочный суп-лапшу в кастрюльке.
    - Юлия любит Градова. А её обманывают, и я узнала об этом. Что мне делать? Как ей сказать? Я не хочу, чтобы её продолжали обманывать.
    - Запомни раз и навсегда, внучка, железное правило - никогда не становись между мужчиной и женщиной, у которых отношения. Что бы ты ни узнала об одном из них - не говори об этом другому. Потому что благодарен тебе за эту весть никто не будет - напротив, ты будешь виновата в их раздоре. В глазах их обоих. Как минимум, один из них тебя возненавидит за это, а если они помирятся - то оба будут тебя ненавидеть.
    - Бабушка, но как же мне себя вести с Юлией? Мне же, получается, придётся лгать ей!
    - Всё, что ты можешь себе позволить - сочувствие и поддержка подруги.
    - Какой из них? - горько спросила Тина.
    - А какую тебе жальче? - усмехнулась Евдокия Агаповна.
    - Сейчас - Юлию. Это ведь она обманута.
    - Ну вот ты и ответила. Поддерживай её, но про узнанное - молчок!
    - Что, так считается правильным? - хмуро спросила Тина.
    - Нет, Дестини, - вздохнула Евдокия Агаповна, - на такие случаи нет правил, это трудный выбор для каждого. Но ты же спрашивала совета мудрой женщины? Вот я и отвечаю - мой жизненный опыт подсказывает именно такой совет. Но ты можешь поступить по-другому и набить на свою голову собственные шишки, я тебя ругать не буду. Подай-ка мне толчёного сахару вон, в блюдце...
    Этот разговор не помог Тине избавиться от смятения. Она думала обратиться к Назару, рассказать всё ему, но потом понимала - он болен, ему необходима энергия для выздоровления, и волнения только повредят. Да и вообще, такой поступок будет для неё малодушным перекладыванием своей нравственной проблемы на плечи другого человека.
    Поэтому, когда снова позвонила Юлия, Тина в разговоре лишь что-то невнятно мямлила.
    - Тина, я не могла застать Петю дома, но представляешь, что я узнала? Что его завтра отправляют в служить армию, в Сибирь! Вот почему он не звонил - не хотел, чтобы я терзалась от такой несправедливости с ним, от такого несчастья, от унижения. А я вот что скажу - мне он теперь стал ещё дороже. Я, Тина, с ним поеду!
    - Юлия, нет! - задохнулась Тина.
    - Да, поеду! Я всё решила. Сейчас же собираться буду. Тайком сбегу, иначе меня запрут дома. И надеюсь, ты меня не выдашь.
    - Конечно, - проговорила Тина.
    - Ах, я представляю, как Петя счастлив будет меня увидеть и узнать о моём решении! Наша любовь так прекрасна и сильна, что весь свет восхитится. И наши родители нас с ним скоро простят, вот увидишь, и помогут вернуться. Мы вернёмся и поженимся. Или прямо там поженимся, в Красноярске.
    - Юлия... - в отчаянии закрыв глаза, сказала Тина, - Могу сказать лишь одно - я завтра утром с тобой пойду.
    - Что, проводить меня хочешь? - засмеялась Юлия.
    - Или поддержать, если вдруг что-то не сложится.
    - Да что может не сложиться, места на поезд в первый класс всегда есть. Ладно, подъезжай извозчиком к нашему дому завтра в половине шестого утра, я выйду к этому часу и мы вместе на вокзал поедем.

    Военный мундир сидел на Петре неважно. И дело вовсе не в том, что портной плохо его пошил - нет, с этой стороны всё было правильно, и два ряда новых пуговиц по бортам блестели ярко. Просто Пётр совсем не ощущал себя бравым военным, сутулился и съёживался от холодного утреннего воздуха на продуваемом ветром перроне. Шея его поверх воротника-стойки была покрыта мурашками, состриженные пряди чёлки больше не загораживали глаз, и взгляд выглядел несчастным. Этим взглядом он с тоской смотрел на начавшие желтеть берёзки кругом, на клочья утреннего тумана, перемещаемые ветром, на провожающего его Михея, который все эти дни был молчалив и мрачен. Отец зачем-то задержался в здании вокзала и предложил Фёкле остаться с ним, чтобы поговорить. О чем ему с ней говорить вообще? Пётр же всё рассказал отцу о ней и о её месте в своей жизни.
    Тут Пётр увидел лихо подъехавшую коляску, нагруженную большими дорожными сумками, к которой уже бежал служащий железной дороги, чтобы прогнать как остановившуюся в неположенном месте. Когда Пётр увидел, что из неё выскочила Юлия Свешникова, бросила тому служащему целый рубль и радостно побежала к нему, пришло понимание - Юлия от него не отреклась, она по-прежнему хочет быть с ним, несмотря на всё то, что узнала. Лицо Петра растянула широкая счастливая улыбка.

    Фёкла смотрела на Силу Градова, старательно выражая этим взглядом свою полнейшую преданность главе клана.
    - Некогда было поговорить мне с тобой в эти дни, так хоть сейчас успею, - сказал Сила, - Ты, Фёкла, мало того, что девушка красивая, так ещё расчётливая, как я вижу. Это похвально. Но твой расчёт должен быть правильным, лишь тогда тебе не будет больно, коли обманешься в своих ожиданиях. Пётр сказал мне, что предлагал тебе стать его содержанкой, и теперь ты согласилась. Ты должна понимать - из-за того, что с ним случилось, для тебя ничего не изменилось. Он не женится на тебе, если ты это себе вообразила. После нескольких лет службы он вернётся и мы подберём ему жену, соответствующую статусу члена правящего дома клана Градовых. Ты - не соответствуешь.
    Эти слова казались Фёкле тяжёлыми, словно удары. Она с трудом держала прежнее выражение лица.
    - То, что ты едешь сейчас с ним, - продолжил Сила, - хорошо для Петра. Ему понадобятся твоя нежная забота, поддержка и пригляд. И это не останется без вознаграждения с моей стороны. Все годы тамошней жизни с Петром ты не будешь нуждаться. Вот, держи.
    Сила вручил девушке небольшую кожаную сумочку и приоткрыл её. У Фёклы перехватило дыхание  - она была набита банковскими ассигнациями! Таких деньжищ не то, что Фёкла - и её отец в жизни не видел.
    - Растяни эти деньги на несколько лет, вам обоим должно хватить, - насмешливо отследил Сила выражение лица Фёклы, - Твоя главная задача - Пётр, его настроение и благополучие. И чтобы - никаких детей, поняла? Сделаешь всё по моему слову - когда вы вернётесь, я позабочусь о тебе дальше. Постарайся до того времени сохранить свою красоту.
    - Спаси вас бог, господин Градов, - от души пролепетала Фёкла.
    После этого разговора Сила задержался, чтобы отдать ещё какие-то распоряжения, а Фёкла, прижав к груди сумочку, торопливо побежала на перрон.
    - Петенька! - восторженно кинулась она на грудь к парню, - Твой батюшка благословил нас на совместную жизнь, поручил мне приглядывать за тобой да заботиться, и денежками снабдил в достатке!